Мой инфантильный супруг - Анна Денира

что передавалось по наследству у Красных Императоров. И, так сложилось, что последним, кто жал мне руку перед исчезновением, был именно твой муж…Вот такие дела. Что скажешь?

Да, ничего я не скажу. Все путалось. Два образа никак не связывались между собой. И, что более удивительно, факт того, что я несколько месяцев жила и спала с убийцей, меня нисколько не напугал и страх перед Лои не вызвал. Как это расценивать? Зато теперь понятно, почему муженек о себе ничего не рассказывал…

— Позволь, милая, задать вопросец: а почему сейчас он сбежал? От тебя?

— Нет, если б от меня, то все было б проще…Когда я вернулась, дом был разрушен…Лоинел словно знал, шо…кхм…что так произойдет, и поэтому попросил меня в это время сходить в другую деревню. Думается мне, что это те самые недоброжелатели, о которых ты упоминал…

— Есть варианты, кто это?

— Абсолютно нет…Хотя… — я вспомнила реакцию Шаркана, когда тот увидел моего муженька, — Южный Глава рыцарского ордена…Лоинел ему явно не нравился…

Родреш вновь нахмурился, и какое-то время мы сидели молча.

— Слышал, — медленно начал он, — что Глава этот из семьи знатной происходит…Послы, что с эльфами дела имели…Вроде. Смею предположить, что Лоинел кого-то кокнул из его семьи. А, быть может, причина и вовсе в другом. Ты знаешь, где этот Шаркан сейчас?

— Мне сказали, что после бала он будет в столице эльфов. Зачем он нам теперь, если у него такие помыслы?

— Думается мне, что не зря этот глава у эльфов остановится.

— Но нам к эльфам просто так не попасть. Даже тебе.

— Ох, ну что ты за девушка-то. Сама ходячий клад, а о своей ценности и не знаешь. Я лично слышал, как этот наследный эльфийский принц спрашивает о тебе у какого-то мага. Поверь мне, это приглашение мы получим очень быстро.

Глава 14

Судьба у женщин нелегка. Двум парадоксам нет ответа. То нету в жизни мужика, то есть мужик, а жизни нету…

Не помню уже, кто мне слова эти золотые сказывал, да только они сейчас в головушке и вертелись. Пока сидела в приемной принца эльфийского, знатно перенервничала, аки бесприданница на сватовстве. Спина уже затекла так ровно сидеть, искренне хотелось сгорбиться и откинуться на мягкую спинку дивана, но вместо этого я с видом деловым манжеты ковыряла на рукавах черного платья. Аудиенцию, как и говорил Родреш, мы мгновенно получили — в тот же день, когда запрос подали. Именно поэтому встреча предстоящая меня волновала сильно. Не такая уж я дура деревенская, чтоб намерения эльфийские не понимать. Тут еще и Родреш все усугубил: сначала рассказал мне, как Эфириэль про меня информацию выведывал, а потом и на встречу со мной напросился. Сидит вон в углу, улыбается. Ты, рептилия, грибы в чужой кладовке не выращивай, нам своих хватает. Более того, я врать принцу не буду, сразу скажу, что мужа ищу. Коли нравлюсь ему, пусть помогает…Странно, но когда я это дракону сказала, тот закатил глаза и назвал меня простачкой. Я ему в ответ на ногу случайно наступила.

За дверью, где гостиная эльфа располагалась, послышался уже знакомый голос, что перебивал говорящую прислугу. Против воли, я на Родреша обернулась. Растерялась как-то. Дракон мне ободряюще кивнул. Лучше поддержки не найти. Как разговор-то начать? У новорожденных эльфов даже слово первое не «мама», а «эстетика». Мне все-равно, да только не с дурачком местным разговариваю, а с принцем грации и шелковистых волос, которым бы все бабы позавидовали.

Дверь отворилась. Принц зашел. Позади него семенили четыре служанки, что в пол смиренно смотрели. Я с диванчика подскочила, поклон сделала и назад села только тогда, когда Эфириэль сам напротив меня устроился. Успокойся, Ани. В туалет ты его уже послала, хуже уже ничего не будет. Хотя…Так всегда. Ты думал, что дно, но снизу постучали.

Чем больше он смотрел на меня, тем шире становилась его улыбка. Затем он переводил взгляд на сидящего позади Родреша, и все его обаяние меркло, заменяясь недовольным презрением. Я же косилась на служанок. При них говорить что ли? Неловко это…Принц смущение просек. Одним щелчком пальцев всех разогнал и заговорил только тогда, когда за последней из служанок захлопнулась дверь.

— Ваше появление здесь, словно яркий солнечный луч в пасмурном небе…

Опять эти странные эльфийские комплименты.

— Слепит?.. — неуверенно проговорила я, спиной чувствуя, как хочет где-то позади расхохотаться наглый дракон.

— Нет, я имею в виду, что вы прекрасны. Я сам лично хотел бы с вами поговорить.

— Благодарю…

— Отнюдь. Я уверен, такая красавица, как вы, получаете комплименты гораздо прекраснее.

Я вспомнила, что за комплименты я получала. Работяга, пышногрудка, лань, курочка поджарая и — самое возвышенное — красавица. Меня даже бабуля так называла. Когда я зимой на рынке, стоя на ледяной картонке, валенки мерила.

— Однако я не думал, что у вас будет такой…сопровождающий.

Эфириэль этим был явно не доволен. Родреш, стоит заметить, тоже от радости не прыгал. И между ними сидела я: не то сонная, не то убитая.

— Расскажите о своей работе, откуда вы родом? — принц вновь повернулся ко мне и даже нагнулся вперед, не скрывая свой интерес.

— Прошу прощения, но мы к вам с довольно серьезной проблемой и просьбой, — голос Родреша звучал хрипло и басовито. Дракон вошел в образ.

Эльфа это впрочем не впечатлило. Тот и бровью не повел, продолжал смотреть исключительно на мое непроницаемое лицо, пока не задал вполне логичный вопрос «И что же?».

— Не знаю, с чего и начать…

Прижала руку к груди. Эфириэль следил за каждым моим движением.

— В сложившейся ситуации, — медленно начала я, подбирая слова, — нам нужно найти одного человека…И, так вышло, что сейчас он пребывает…Ну…В вашей столице. Понимае…

— А! — меня бесцеремонно перебили. Эльф хлопнул в ладошки, и вместе с этим хлопком у меня сердце в пятки ухнуло. Наверняка сейчас он сочтет нас меркантильными существами и отправит копать картошку. Надо было начинать издалека… — Полагаю, вы хотите получить приглашение?

Я неуверенно кивнула. Чувствовала себя так, словно меня за что-то отчитывали. Мы ведь и не знакомы-то толком, а я прошу у него подобное…

— Не думал, что этот день настанет так быстро. Я все-таки был прав.

Принц встал со своего места, а я опустила голову. Почему, когда Родреш только озвучивал этот план,