Иностранка - Александр Исаевич Воинов

class="p1">— Помолчи!.. Надо рассуждать трезво!.. — Агнесса строго погрозила ему пальцем. — Куда могла пойти Мадлен?!. У нее были деньги?!

— Нет, — проговорила мадам Жубер.

— Вот видишь! У нее не было денег! Значит, магазины исключаются!

— Может быть, она просто пошла погулять! — попытался внести успокоение Этамбль.

Мадам Жубер категорически отвергла эту версию.

— Я ей запретила выходить одной!..

— Значит, вы предполагаете… — вмешался в разговор Барро, который дежурил у окна, но дамы не дали ему договорить.

— Ее похитили! — крикнула Агнесса.

— Заманили в ловушку!.. — поддержала ее мадам Жубер.

Этамбль схватился за голову.

— Мадам Жубер, в котором часу вы легли спать?! — тоном следователя спросил Барро.

— В двенадцать дня, месье!

— Значит, сразу после завтрака?

— Совершенно верно.

— А когда вы проснулись?

— В половине второго!

— Таким образом вы спали примерно полтора часа?

— Около этого!

— А сейчас сколько времени?..

— Половина четвертого! — торжествующим голосом произнесла Агнесса. — Даже если предположить, что Мадлен ушла за пять минут до того, как мадам Жубер проснулась, то ее нет уже целых два часа! Мы должны немедленно заявить протест местным властям!.. Соединиться по телефону с Москвой и сообщить в посольство!..

Барро покосился на столик, где наготове лежал фотоаппарат.

— Мы теряем время, — сказал он, — надо действовать!

В это время в дверь постучал Грегуар.

— Войдите! — пригласила его мадам Жубер: еще один советчик в таком деле помешать не мог.

Грегуар выслушал все варианты плана действий.

— Мне все-таки кажется, что нужно еще подождать, — сказал он.

— Сколько еще прикажете ждать?! — хлопнула себя по колену записной книжкой Агнесса.

— Мы не должны терять времени! — поддержал ее Барро. — Нельзя забывать, в какой стране мы находимся.

— Я расхожусь с вами в оценке положения, месье Барро! — сказал Грегуар. — И, кстати, в оценке страны, в которой мы находимся. Мадлен говорила, что у нее здесь есть друзья. И даже показывала мне письмо с русской маркой!.. Возможно, она пошла к ним.

— Это правда? — повернулась Агнесса к мадам Жубер.

Мадам Жубер отрицательно покачала головой.

— Нет, нет!.. Она здесь никого не знает!.. Действительно, она получила какое-то письмо!.. Но совершенно не знакома с теми, кто его послал…

Барро продолжал настаивать. Но все же «военный совет», несколько поколебленный в своей решимости Грегуаром, постановил ждать еще час! Только час, не больше! А затем — действовать!..

Грегуар спустился вниз и вышел на улицу. Он решил ждать Мадлен у дверей гостиницы. Мало ли что может случиться! Во всяком случае, он первым узнает новости, какими бы они ни были. Барро, томимый жаждой сенсации, тоже вышел из гостиницы. Так они и стояли на раскаянии друг от друга, время от времени обмениваясь холодными взглядами.

Не прошло и двадцати минут, как Мадлен, живая и невредимая, показалась на другой стороне улицы…

Когда мадам Жубер немного успокоилась, она потребовала, чтобы Мадлен подробно рассказала, где она была и что делала.

— Боже мой! — воскликнула Агнесса, услышав, что Мадлен убирала чужую квартиру. — Ее силой принудили работать! — И, уже не слушая дальше, стала записывать в свою книжку все детали неслыханного насилия, совершенного в советском городе, дополняя их собственным вымыслом.

— Как жаль, что я там не был! — досадовал Барро. — Такой снимок упущен!..

Забившись в угол, Мадлен враждебно молчала. Она понимала, что доставила бабушке много тревог, но в словах Агнессы и Барро чувствовалась такая недоброжелательность, что это насторожило ее против них.

— Посидите у нас! — умоляюще взглянула Мадлен на Грегуара, когда он поднялся, чтобы уйти. И, почувствовав в ее тоне волнение, Грегуар снова опустился на стул.

Разговор постепенно принял другое направление. Мадам Жубер не терпелось узнать, как выглядит ее квартира, и была очень огорчена, узнав, что в ней остались только две комнаты, а камин замурован.

— Как я любила греться у его огня! — с чувством воскликнула она. И снова, в который уже раз, стала рассказывать присутствующим о годах своего детства.

Месье Этамбль и Грегуар слушали мадам Жубер из вежливости. А в это время Агнесса и Барро задавали Мадлен все новые вопросы, стараясь выудить у нее что-нибудь сенсационное.

Мадлен отвечала неохотно. Ей хотелось, чтобы эти чужие люди поскорее ушли отсюда.

Грегуар понял это. Дождавшись, когда мадам Жубер сделала небольшую паузу в своих воспоминаниях, он сказал:

— Пойдемте, господа! И бабушке, и внучке сейчас нужен покой!

Мадлен взглянула на него с благодарностью.

— Я думаю, мадам Жубер, что Мадлен уже достаточно наказана, — сказал Грегуар на прощание, — и мы просто-напросто забудем этот случай!..

— Посмотрим! — сказала мадам Жубер и взглянула на Мадлен уже без прежнего негодования. Гнев у нее сменился желанием подробнее, с глазу на глаз, расспросить Мадлен о доме.

— Ну, как тебе понравился мой дом?.. — спросила она, как только дверь за гостями закрылась.

— Он очень хороший, бабушка, — проговорила Мадлен.

— Я уверена, что он простоит еще двести лет!.. Ты не узнала, сохранился ли там кто-нибудь из старых жильцов?!.

— Нет, бабушка.

— Как жаль!.. И тебе не известно, кто живет в другой половине квартиры?!.

— Нет. Посреди коридора стоит глухая стена!..

Мадам Жубер подумала:

— Понимаю! Наверно, за всю квартиру очень дорого платить. И теперь одни пользуются парадным входом, а другие — черным!.. Завтра я пойду к юристу!.. Есть же здесь какие-нибудь законы, охраняющие право собственности?!. Они должны считаться с тем, что я теперь французская подданная!.. Пусть возместят мне часть стоимости дома, и дело с концом!..

Мадам Жубер казалось, что у нее железная логика. Законы каждой страны обязательны только для тех, кто и ней живет. А раз она теперь гражданка Французской республики, то на ее собственность декреты Советской власти не распространяются.

По правде говоря, до этой, казалось ей, счастливой мысли она дошла не сама. Эта идея принадлежала Агнессе…

Наконец-то потушен свет. Бабушка ворочается в своей достели. Ей не спится. А Мадлен лежит тихо, притворившись спящей.

Мадлен думает… Она соприкоснулась с новой, еще не известной ей жизнью… Хорошо бы узнать об этой жизни побольше. Получше познакомиться с Алешей и его товарищами… Но теперь это трудно сделать. Ведь бабушка будет следить за каждым ее шагом… Как жаль, что здесь нет Жака. Он бы непременно что-нибудь придумал!.. Нет, Мадлен должна встретиться с советскими ребятами и рассказать им про Жака. И потом, может быть, они помогут ей выполнить просьбу Марии…

Мадлен думает, думает… Из порта доносятся дальние гудки кораблей. В окне мерцают звезды. Они постепенно удаляются. Становятся все более тусклыми, словно растворяются в темной ночи… Вот они уже совсем исчезли с небосклона… Мадлен закрыла глаза. Она спит…

Глава четвертая

То, что произошло