Пунктирные линии - Девни Перри

— Таков план.

— Во сколько ты уезжаешь? — спросила Ария.

— Рано. А вы?

— Мы первым делом отправимся на автобусную станцию, — сказала я. — Автобус в Вегас отправляется в девять. Но мы придем пораньше, на всякий случай.

— Итак, вот и все. Последний вечер. Пора отпраздновать.

— И как же? — Я последовала за ним, когда он подошел к дальнему концу грузовика, чтобы посмотреть на свалку.

— Сэндвичами с арахисовым маслом и медом, конечно.

Несколько часов спустя, когда солнце село и Ария уснула, я выбралась из грузовика, осторожно, чтобы не разбудить ее, и направилась к палатке.

Фонарь Карсона был включен. Его сумки были сложены у двери, а он сидел на своей кровати.

Ждал меня.

Ни один из нас не произнес ни слова, пока он обнимал меня и целовал, затаив дыхание. Или, когда снимал с меня одежду и свою собственную. Или, когда занимался со мной любовью в последний раз, крепко обнимая меня до утра.

Я отказалась засыпать, когда он задремал. Вместо этого я прижималась к нему, пока первые лучи рассвета не осветили небо, и я прокралась в гараж, чтобы принять душ, прежде чем он или Ария проснутся.

Пока Ария была в ванной, я нашла маленький блокнот и ручку, которые Ария хранила в своем рюкзаке, и вырвала страницу. Затем я написала записку и оставила ее у входной двери.

Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ, Лу. Спасибо.

Клара

— Прощай, Лу, — прошептала я его хижине. — Береги себя.

Вчера Ария попрощалась с ним. Никогда еще ее растения не выглядели такими зелеными, а цветы — такими яркими, как вокруг его хижины. Она расставила их так искусно, что я сомневалась, что даже профессиональный садовник справился бы также.

Пока она собирала свои вещи, я приготовила миску с кошачьим кормом для кошки Кэтрин. Затем отнесла полупустой пакет с едой в гараж и оставила его у двери, где Лу мог его найти.

— Я не думала, что буду грустить, — сказала Ария, когда мы обе стояли возле грузовика.

Я думала. Я знала, что это будет больно.

У каждого из нас был рюкзак за плечами, а другой мы держали в руках. Я стерла со стены вчерашний номер и ничего не написала на его месте.

— Спасибо тебе, — сказала я грузовику, и мой подбородок задрожал. Спасибо, что ты был нашим домом. Спасибо, что был нашим убежищем. Спасибо, что оберегал нас.

Со слезами на глазах я взяла Арию за руку. Затем, как и в тот день, когда мы приехали сюда, мы вместе направились к воротам.

Я не смотрела на «Кадиллак». Я не смотрела на палатку.

Я знала, что там будет пусто.

Я смотрела прямо перед собой и двигала ногами, пока мы в последний раз не двинулись по нашей дороге. Пока мы не оказались на вокзале с автобусными билетами в карманах. И когда я садилась на свое место в автобусе, который должен был отвезти нас в Вегас, я прокручивала в голове последние слова, которые мы сказали друг другу перед тем, как он заснул.

— С днем рождения, Клара.

— Увижу ли я тебя когда-нибудь снова?

— Надеюсь на это. Действительно надеюсь.

Глава 9

Карсон

Двенадцать лет спустя…

— Это действительно ты.

Клара Сент-Джеймс.

Она стояла на подъездной дорожке к моему дому, и все, что я мог сделать, это улыбаться ей, как дурак. Она была прекрасна. Красивее, чем я когда-либо мог себе представить.

— Это действительно я. — Она улыбнулась, и мое сердце затрепетало. Ее улыбка всегда поражала меня в самое сердце.

Мальчик, стоявший рядом с ней, уставился на меня. Если не считать беглого взгляда, я не обратил на него особого внимания, потому что невозможно было надолго оторвать взгляд от Клары.

Боже, я представлял себе это. Я надеялся на это. Просто увидеть ее снова, во плоти, и знать, что она в безопасности. Знать, что она обрела новую жизнь. Знать, что она счастлива.

— Что ты здесь делаешь?

— Это долгая история. — Она махнула рукой в сторону своей машины.

Я проследил за ее движением и увидел классический «Кадиллак». Он был потрясающим, но совсем не в стиле Клары. Орнамент на капоте в виде буквы V, выполненный красным, золотым и серебряным тиснением, поблескивал на солнце. Он показался мне знакомым. Слишком знакомым.

Я знал этот орнамент.

Я знал эту машину.

— Подожди. Это…

Клара кивнула.

— Выглядит немного по-другому, чем раньше, да?

— Что? Как? — У меня отвисла челюсть, когда я бросился к машине, положив руки на вишнево-красный капот, металл которого был еще теплым. Я прошел вдоль «Кадиллака», осматривая и смакуя каждый дюйм. — Я не могу в это поверить. Я не могу поверить, что это та же самая машина. Это невероятно.

«Кадиллак» был моей мечтой. Он совсем не походил на ту ржавую груду, какой был много лет назад. Салон был отделан белой мягкой кожей. Приборная панель, на которой раньше были трещины была новой. Полированные хромированные элементы сверкали.

Я понятия не имел, что привело эту машину и Клару в Калифорнию, но это был воскресный сюрприз.

Проведя пальцами по заднему бамперу, обрамлявшему широкий багажник, я снова прикоснулся к машине, просто чтобы доказать, что она настоящая.

— Бьюсь об заклад, я не найду здесь арахисового масла и меда, как мы привыкли.

Она усмехнулась.

— Определенно нет.

— Как? — Клара была лучшей в этом неожиданном визите, но машина была в буквальном смысле вишенкой на торте.

— Лондин, — сказала она.

— Лондин. — Я кивнул, обходя багажник. — Перед смертью Лу сказал мне, что она позвонила и купила машину. Но я не ожидал увидеть ее снова. Как она у тебя оказалась?

— Это долгая история. — Она посмотрела на мальчика сверху вниз и улыбнулась. — Мы удивили тебя сегодня. Не хочешь встретиться за ужином или что-то в этом роде? Если ты свободен?

— Я свободен сейчас. — Я ни за что не мог упустить ее из виду. Еще нет. Я взглянул на мальчика, который наблюдал за каждым моим шагом, когда я приблизился. Я присел перед ним на корточки и протянул руку для рукопожатия. — Но как насчет того, чтобы сначала представиться? Я Карсон. Как тебя зовут?

— Август. — Он посмотрел на мою руку, затем хлопнул по моей, сжав ее крепче, чем я ожидал от маленького ребенка. Одно сильное пожатие, и он посмотрел на Клару и улыбнулся.

Она подмигнула ему сверху вниз.

— Крепкая хватка. — Я пожал руку, притворяясь, что мне больно. — Ты довольно сильный для… четырехлетнего ребенка?

— Мне пять. Почти шесть.

— Тем не менее, ты довольно сильный. —