Смерть берет тайм-аут - Эйлет Уолдман

Глава 14

Эл приехал из Вестминстера на встречу в курьерскую компанию, которая наняла его следить за сотрудниками. Мы договорились позавтракать вместе, после того как я завезу детей в школу. Я пообещала проконсультировать его о подводных камнях в законе о выплатах компенсаций работникам и вечером потратила около часа, чтобы разобраться в этом вопросе. Многие думают, что юрист — это кладезь законов, правил и дел, которые хранятся у него в памяти. Миф. Самое главное, и, пожалуй, единственное, чему учат на юридическом факультете — знать, где искать ответ на тот или иной правовой вопрос. И если честно, этого вполне достаточно. Иногда юрист вообще ничего не знает, а просто является хорошим следователем.

Мы с Элом разговаривали о переходе ответственности к страховой компании, незаконном уходе с работы, законе о минимальной пенсии и на другие занимательные темы, которые хорошо идут вместе с крекерами и кетчупом. Затем, когда все было съедено, я поведала о Лили и ее матери. Когда я закончила, Эл с чашкой кофе в руках тяжело откинулся на стуле. Покачал головой и спросил:

— Ты поедешь к Вассерману?

Вопрос на миллион. Поделиться ли этой информацией с адвокатом Юпитера? Я точно знала, как использовала бы рассказ Лили, если бы представляла интересы Юпитера в суде. Я бы попыталась отвлечь внимание от клиента. Доказала, что в жизни Хло имелся человек, у которого был мотив убить ее, человек, чье будущее зависело от ее пожизненного молчания: Лили Грин. Я бы вызвала в суд телезвезду и убедила присяжных, что именно ее палец нажал на курок. И даже тот факт, что Лили моя подруга, не разубедил бы меня.

— Я должна сказать ему, — произнесла я.

Эл кивнул.

— Хотя совершенно не хочется.

Он опять кивнул и поинтересовался:

— И что ты думаешь? Может, ее рук дело?

Я отодвинула тарелку, вдруг ощутив, что наелась:

— Честно говоря, я просто не представляю, что она могла сделать это. Я вообще не могу представить, что она способна кого-то убить.

— Но тогда кто?

— Лили думает, что когда Юпитер пригрозил Хло, все и случилось. Ситуация вышла из-под контроля, и кончилось тем, что он ее убил.

Эл пожал плечами:

— Это вполне возможно.

Он поднял руку, подзывая официантку. Мы помолчали, пока она разливала кофе. Я отодвинула чашку, так как уже выпила свою порцию кофе на сегодня.

Когда официантка отошла подальше, я продолжила:

— Маловероятно, что Лили убила. Она не убийца. Она амбициозная и волевая, но в то же время скромная и чуткая. У нее удивительное чувство юмора. Она не убийца.

— Убийца.

— Что?

— Ведь она убийца. Она убила свою мать.

— Пистолет выстрелил случайно, когда ей было пять лет. Как можно называть ее убийцей?

Он поднял брови.

— А что? — бросила я. — Ты, как и я, не веришь, что пятилетняя девочка может застрелить человека. Если на то пошло, ее родители сами виноваты, что оставили пистолет без присмотра.

— А может, это не несчастный случай.

— Что?

— Может, это не несчастный случай. Возможно, она умышленно выстрелила в свою мать. И поэтому так боится вспоминать об этом.

Я протянула руку через стол за чашкой, которую только что отодвинула. Отпила глоток. Почувствовав, что успокоилась и уже не сорвусь на крик, я сказала:

— Дети в пять лет не стреляют в своих родителей умышленно. Во-первых, они просто не умеют. И даже, если пистолет выстрелил не сам, даже, если она нажала курок, ребенок в ее возрасте не понимает, что делает. У него нет ничего, что хотя бы отдаленно можно назвать «виновной волей», а значит, его невозможно обвинить в убийстве. Ребенок даже не понимает, что такое смерть.

— Я не говорю, что ее нужно привлечь к суду, или что она осознавала свои действия. Я хочу сказать, что, возможно, она не просто играла. Может, она хотела выстрелить, и боялась, что Хло расскажет именно об этом.

Я решительно покачала головой:

— Все равно не могу представить, что Лили способна убить. Сам-то ты представляешь?

— Ну естественно.

— В смысле?

— В смысле, представляю. Люди способны на многое, чтобы защитить себя. Лили Грин не исключение.

Вот, что делает с человеком работа в полиции. На секунду мне стало жаль его. Ужасно, годы работы полицейским сделали его циничным, готовым поверить, что все люди такие эгоисты. Я передернулась от внезапно пришедшей в голову мысли. Возможно, опыт Эла не ослепляет, а помогает ему увидеть главное: всем людям присуща жестокость. Может, у меня неправильное восприятие. Может, моя вера в то, что большинство людей просто не способны убить, наивна.

Я заставила себя допустить возможность того, что Лили убила Хло. Попыталась представить, как все было. Но не смогла. Не получалось.

— Даже если Лили и способна на убийство, она бы не стала делать это сама. Она бы наняла кого-нибудь, — заявила я.

Мы посмотрели друг на друга, обдумывая эту вероятность.

— То есть, думаешь, она кого-то наняла? — спросил Эл.

— Нет! Я не это хотела сказать. Если она и правда хотела смерти Хло, то скорее наняла бы кого-нибудь. Но вряд ли она так поступила.

— Но это возможно, ведь так?

Я не ответила. В этом не было необходимости.

Вдруг меня осенило:

— Это мог сделать Артур!

Эл кивнул:

— Может быть. Между прочим, за ним ничего нет.

— Правда?

Какое разочарование. Как было бы удобно, окажись у него криминальное прошлое.

— Итак, ты едешь к Вассерману, — сказал Эл.

— Да. Но не прямо сейчас. Я собираюсь еще немного в этом покопаться, посмотрим, что удастся выяснить. Может, и не придется ничего рассказывать.

Мы оба знали, насколько это проблематично. Если есть малейшая вероятность того, что Лили совершила убийство, сама или наняв кого-то, я должна предупредить адвоката Юпитера. Даже если все произошло так, как сказала Лили — что она обратилась к Юпитеру за помощью, а он убил Хло лишь для того, чтобы защитить ее, я все равно обязана сообщить Вассерману всю известную мне информацию. Взаимоотношения Юпитера и Лили, его действия по просьбе Лили очень важны для построения теории защиты. Присяжные вряд ли будут настаивать на смертной казни для убийцы, которым двигали благородные побуждения. Тот факт, что он занимался сексом с жертвой прежде, чем убить ее, несколько очернял Юпитера-рыцаря и делал его отрицательным героем, но это проблема Вассермана, а не моя.

— Немного покопаться где? — спросил Эл.

— В биографии Полариса. И Юпитера. Также буду продолжать обыкновенное расследование. Выясню подробности плохого обращения с ним в детстве, поговорю с учителями младших классов, со старыми друзьями. Не помешает также поговорить со знакомыми Хло. Никогда не знаешь, как все обернется.

Эл встал, кряхтя по-стариковски.

— Везет тебе. А я пошел отсиживать задницу, зарабатывая геморрой с этим расследованием, которое обещает быть очень длинным и нудным, — он громко втянул воздух сквозь зубы и покачал головой. — Может, нам сменить отношение к бракоразводным процессам? Они гораздо интереснее, чем эта хренотень с жуликами-рабочими.

Я улыбнулась:

— Тоже рискованно. Не ты ли мне говорил, что самые опасные вызовы полиции — вызовы по поводу семейных конфликтов?

Он хмыкнул:

— Это правда. Я всегда утверждал, что сильнее всего тебя ненавидят люди, которые должны любить.

На этой оптимистической ноте Эл направился к кассе с чеком, проигнорировав мою попытку заплатить самой за свой обед.

Глава 15

В это утро мне совсем не хотелось тащиться в окружную тюрьму. Там невыносимый запах. Даже в холле стоит слабый аромат дезинфицирующих средств, смешанный с чем-то сырым и гадким — потом или чем-то похуже. При этой мысли меня начало мутить. Я решила, что буду спасать Юпитера в другой день, и позвонила в офис Полариса, но не смогла продвинуться дальше секретарши. Или секретарши секретарши. В любом случае, побеседовать с Поларисом Джонсом по телефону не удалось. В конце концов, после двадцати минут бесполезного разговора с его энергичными помощницами, которым казалось абсолютно невероятным предположение, что я достойна беседы с Его Высокопреподобием, мое терпение лопнуло.

— Послушайте, — сказала я последней секретарше, которая отказала мне в разговоре с Поларисом. — Передайте Его Высокопреподобию, что мне нужно поговорить с ним о трагической смерти Труди-Энн.

— Перешедшую жену Его Высокопреподобия звали Хло.

Опять это слово. Перешедшую откуда куда? Навряд ли из тела в изъеденный червями прах.

— Вы просто передайте ему мои слова.

Я дала номер своего телефона. Сообщила, что босс наверняка немедленно свяжется со мной, как только узнает, о чем будет разговор. Ожидая звонка, я заглянула в супермаркет и нагрузила тележку продуктами, которые, говорят, могут ослабить тошноту — имбирное печенье, японский соленый имбирь, лимоны, цитрусовые леденцы, травяные средства от морской болезни, дыня, лимонад, картофельные чипсы и пара браслетов, которые тоже должны помочь от морской болезни. Я застегивала браслеты, нюхала лимон и сосала леденцы, когда зазвонил телефон.