Гарри Оберон - Андрей Балакин

Фибби на гитаре играть не умел. Жаль. Но прибирался он весьма профессионально. Без всяких веников, как придурочный Кикимер, исключительно силами магии. Глядя на него, я восхотел еще несколько приобрести для домашнего использования. А может посадить бригаду эльфов шить смокинги и вечерние платья? Не боги же горшки обжигают?

Самое очаровательное в поместье было, это крытый бассейн 3*4 метра и парная. Правда парная была скорей турецкая. Но, тем не менее, баня была. Для мерзкого зимнего климата, сейчас самое оно! Я срочно зарядил Фибби в наряд по бане, после того, как приготовил пару спален. Особенно долго набиралась свежая вода в бассейн. Но было еще утро, так что к вечеру мы вполне могли побаловать себя банными процедурами и купанием в бассейне. Я через свой сумочный магазин заказал еды и услугу по покупке эльфов для поместья.

Заказывая, я вдруг расхохотался. Там, в книге заказов, была позиция по покупке дорогой элегантной одежды. Вот я протупил вчера! Хотя… вечер с голыми девчонками в постели, вряд ли можно считать неудавшимся. Все ж таки досуг. Это как-то сблизило семью, сплотило…

Потом я пристал к Венди с вопросами питания кровососа Джека. Она сказала, чтобы я не совал свой маленький нос в это дело. И уж как-то, два медика в состоянии решить эти проблемы сами. Поэтому я пошел любоваться поколениями предков. Некоторые оказались разговорчивыми. Но невменяемых, вроде портрета Вальпургии, которые нас бы ругали грязнокровками, не нашлось. Да и чего вдруг? Все сплошь чистокровки. Разве что Гермиона полукровка.

Оказалось, что в поместье есть живность. Фибби, только благодаря заботе о единорогах и не помер от тоски. Девчонки сразу восхотели на них кататься. Благо все девственницы. Как, впрочем, и я. Только Венди смотрела на них издалека. Единорожки оказались покладистыми, видимо от скуки. И с радостью катали девчонок. Да и я прокатился на них воображая себя кавалеристом. Их было всего пять голов. В лесу еще какая-то живность водилась, но помельче.

Еще было озеро. Без русалок, но вполне рыбное. Правда, сейчас оно было слегка покрыто коркой льда. Все ж третье января! Возможно, единороги потому и катали нас с готовностью, что мы им спины задницами и шубками грели. Так что мы вполне осмотрелись до вечера. Все были в восторге.

Но еще больший восторг был в бане. Теща Амели ломалась, но девчонки и её затянули купаться. Что сказать за фигуру? Женщина в летах, но стройная. Марья Сергевна Шевцова, конечно помоложе, и покрасивей. Но видно, что Амели со спортом дружит и на работе своей не за столом сидит. Лет, так на тридцать с хвостиком своих выглядит. Это уже через десяток лет, когда пойдут события канона, она уже будет, как старуха под полтинник идти. А сейчас она вполне еще боеспособна. И на фронтах преступности и на фронтах любви. В своем старом теле, я бы за ней приударил легко. Правда, смущал длинный семейный орлиный нос.

Моя Галина Сергевна тоже имела аналогичное украшение. Но метаморфу он страшен не более чем не вымытое лицо. Я уже прикидывал порядок совместных занятий с девчонками, чтобы освоить свалившиеся на нас супернавыки. Даже Нимфадора, строго говоря, не разбиралась в морфинге того уровня, на который мы вышли. И как назло книг на эту тему не было. Морфинг очень редкий талант оказался.

А каникулы через несколько дней заканчивались, и приходилось расставаться с частью жен. Но думаю, они там скооперируются для совместных занятий. Благо на одном факультете учатся. Надо будет им рассказать о комнате «по желанию». Тут я задумался о проблеме школьной формы и подплыл к Галине Сергевне с Нимфадорой, которые дурачились ныряя на время.

— Девочки? А что вы думаете об уровне элегантности школьной формы? Не придется ли вам из нее выпрыгивать при большом стечении народа? — спросил я ехидно. Девчонки призадумались и погрустнели.

— Да и голой спать в общежитии… соседки этого могут не понять! — подтвердила мысль Нимфа.

— Да, подставились мы с этой элегантностью, — согласилась Галина Сергевна: — Фактически стали изгоями. Нас теперь никуда в приличное общество замарашек не пустят! Что же делать?

Девчонки пошли жаловаться дамам постарше. Те тоже растерянно задумались.

— Я попробую уговорить школьную администрацию, поселить девочек в одну комнату, отдельно от всех, — сказала Боунс: — И позволить по медицинским показаниям не носить школьную форму. Иного варианта нет. Если откажутся, перейдем на домашнее обучение.

Я с наслаждением представил, как по Хогвартсу ходят две моих жены в вечерних туалетах и на высоких каблуках. Прикольная картинка должна получиться. Но слишком они выделяться будут. Это не есть гут! Тяжко выделяться из толпы. Все камни твои. Принцессами прозовут, и это в лучшем случае! Ладно, еще несколько дней есть. Может на дому девчонкам обучаться самое оно?

Глава 10 Тренировка морфинга

Вечером, когда Гермиона под боком уснула, я чего-то вскочил. Очень у меня из памяти улыбчивая моя старшая не идет. Надо к Венди нагрянуть. С сюрпризом. Захожу в туалет и делаю себе лицо Кристофера Ламберта. Мало я красавцев мужчин помню. Не Шварца же делать? Который…неггер? И, рост подправил повыше, ну и стать, конечно. Где ты любовь моя Венди? Тихо к ней захожу!

Тыдыщь! Меня ступефаят влет!

— Ты кто такой? — грозные глаза Венди делают мне «страшно». Страшней чем от Беллатрикс.

— Ну, Ве-е-енди! — говорю я ноющим голосом: — Это же я твой муж Гарри! Я себе лицо красивое сделал, чтобы тебя порадовать. А ты в меня стреляешь!

Венди хихикает, и оживляет меня.

— Ну-с, посмотрим, что там за красавчик! А ничего мальчик! — замурлыкала Венди, даже не зажигая свет. Хорошо иметь ночное зрение — это же какая экономия на электричестве!

— Пошли муженек! Будешь супружеский долг от слова «долго» исполнять! — страстно зашептала Венди и потянула в постель… Ночь действительной была долгой. И влажной. К утру я проснулся у нее где-то подмышкой опять в теле малыша. Вся красивость накрылась. Как у Золушки. Пробило шесть часов утра и голова стала тыквой. Волшебники, язви их…

— Венди, а я не знал, что заклятье «окаменей» можно только на часть тела наложить! — довольно говорю я, карабкаясь на нее.

— Отвали мелкий дрищь! — презрительно говорит Венди: — У меня ночью такой красавец был, что не тебе чета!

— А может в другой раз еще красивей будет? — предполагаю я.

— Я порядочная женщина и однолюбка! Мне не хочется ходить по рукам звезд Голливуда! Вдруг ты еще в теле этого лысого припрешься… как его? Крепкого такого с «орешками» …бр-р!

— Я уже понял, что обречен до старости быть Кристофером Ламбертом, — проворчал я и пошел мыться. Ну, не любит женщина разнообразия! Что только хорошо её характеризует. Тем более, что я больше красавцев не помню. Разве что, как там его? Который Ихтиандр? Стою, делаю перед зеркалом лицо Ихтиандра. Прикольно, что шрам никуда не исчезает, только может переползти в сторону. Я погонял в шрам и убрал в сторону, чтобы не слишком бросался в глаза. Рост и стать опять добавил. Красивый мечтательный вьюнош.

— Где ты моя Гутиэре? — говорю я бархатным голосом, и иду в спальню девочек. Смотрю что-то девочки мои подростки совсем в ауте, покраснели как маков цвет. Ну, конечно, я же голый гуляю! Бельё шестилетки на меня не лезет.

— Гога? Это ты? — осторожно спрашивает Нимфадора, не веря своим глазам. А Галина Сергевна только издает всхлип нервный. Надо будет для нее Полежайкина изваять попробовать.

— А кто же еще может себе позволить голым гулять в моем гареме? — отвечаю я: — Свои, не пугайтесь!

— И чего ты к нам пришел такой красивый? — настороженно говорит Нимфадора.

— Приставать буду! — говорю грозно. Смотрю, они уже палочки наготове держат.

— Ну чего перепугались? Не нравится дядька? Сейчас другого изображу.

— Нет-нет! — крикнула Галина Сергевна: — Дядька красивый получился! Даже слишком. Просто неожиданно как-то. Напугались…

Тут я получаю сзади чувствительный шлепок по заднице от Венди.

— Чего девочек пугаешь? Меня и то ночью, чуть заикой не сделал! А они вообще малышки еще!

— Ну, не такие уж мы и малышки… — ворчит Нимфадора. И даже пару размеров груди нарастила для аргумента. А тут как раз и малышка Гермиона пришлепала в спальню.

— Дядя, а вы кто? Мама, кто это? — спросила она, разинув рот, увидев голого мужика в спальне.

— А это Гарри дурью мается, не бойся! — говорит Венди: — А ты бы сократился что-ли? Дали дурню силу метаморфа! Пока всех заиками не сделает, не успокоится.

Гермиона недоверчиво потрогала меня за руку, как будто я растаю, как морок.

— А что и нам так можно? — распахнув глаза, спросила Гермиона.

— Нет! Вам без разрешения нельзя! А то вы меня напугаете! — вредным голосом говорю я: — И вообще, если вы будете свой размер менять, на вас одежды не напасешься!