Пришествие драконов. Начало. - А. Лейк

Им пришлось вытянуться гуськом. В лабиринте становилось все теснее, даже мелким рыночным лошадкам негде было развернуться. Эдмунда охватила паника: ощущение было такое, словно его похоронили заживо, облегчение приносили только мерцавшие над головой звезды. Он то и дело задевал коленями стенки лабиринта. Кобыла Элспет взволнованно помахивала хвостом, но послушно брела за конем Клуарана. Путь их лежал вверх, но с неизменным отклонением вправо; казалось, они описывают круги по склонам горы и никогда не достигнут вершины.

— Элспет! — шепотом позвал Эдмунд девочку.

Та обернулась было, насторожив его своей испуганной бледностью, но Клуаран приказал недовольным шепотом:

— Тихо!

После очередного круга по склону холма Эдмунд почувствовал, как содрогается земля: сначала задрожали стенки тоннеля, потом земля под лошадиными копытами. Конь под ним прижал уши. Значит, всадники въехали в лабиринт. Клуаран, подавая им пример, пустил своего коня быстрее.

Дрожь сменилась мерным грохотом. Эдмунд догадывался, что их нагоняют. Он заставил своего мерина быстрее двигаться по темному извилистому проходу. Лишь полоска звезд вверху напоминала, что они не зарылись глубоко под землю. Когда он уже решил, что больше не выдержит, они проехали под каменной аркой и оказались на открытом пространстве, под необъятным черным пологом неба, где снова можно было дышать полной грудью. Эдмунд упоенно глотал холодный ночной воздух.

— Вот мы и на вершине, — шепотом сообщил Клуаран.

Впереди чернело что-то непонятное, слишком гладкое и ровное, чтобы быть склоном. Клуаран сделал жест, призывая их к молчанию, и двинулся вперед, озаряемый взошедшим полумесяцем.

Теперь их окружали развалины древнего храма. Колонны его рухнули и лежали на земле, но в одном месте к крутой скале притулилась галерея из маленьких колонн. С обеих сторон от развалин зияли пропасти, но Клуаран указывал путь среди рухнувших колонн. Между выстоявшими колоннами Эдмунд увидел сгусток непроницаемой тьмы. Что это — лаз в подземелье?

Стук копыт позади них уже походил на гром с небес.

— Туда! — приказал Клуаран, указывая на вход между колонн. — Живо!

Эдмунд возился с поводьями, пытаясь сдвинуть своего коня с места, но того слишком пугали тени. Пришлось ударить его пятками, отчего он рванулся вперед, едва не сбросив седока.

— Живее! — подгонял Клуаран.

Сзади напирала лошадь Элспет. Наконец Эдмунд протиснулся в дверь. Проем мерцал каким-то неземным светом, так что Эдмунд не мог понять, каким зрением видит его — настоящим или внутренним. Странное белое свечение озаряло каменную камеру, от которой отходил темный тоннель. Все стены камеры были от пола до потолка испещрены замысловатыми линиями и письменами. Руны? По позвоночнику Эдмунда пробежал неприятный холодок. Чья рука оставила отметины в этом Богом забытом месте?

Он обернулся, чтобы убедиться, что Элспет следует за ним, и увидел всадников, показавшихся из тоннеля за развалинами храма. Он застыл, слыша хриплые крики, видя озаренные луной обнаженные мечи. Клуаран развернул своего коня, что-то крича на неведомом Эдмунду языке. В следующий миг в руке у него появился лук с вложенной стрелой. Но выстрела не последовало.

Элспет тоже успела развернуть лошадь и теперь мчалась среди колонн. Ее правая рука уже была продолжена полоской ослепительного белого света.

— Элспет, нет! — крикнул Эдмунд. Где ей выстоять против целого отряда! Но свет от волшебного меча был так ярок, что ему пришлось зажмуриться. Когда он разжал веки, Элспет успела остановить лошадь между Клуараном и их преследователями. Полотно меча в ее руке горело, словно прирученная молния.

Стражники неуверенно остановились, кони их пятились, испуганно косясь на свет. Но Элспет не проявляла намерения на них нападать. Вместо этого она размахнулась и нанесла удар мечом под одной из колонн, поддерживавших навес над пещерой.

Меч разрезал камень, словно это было подтаявшее масло. Разрубленная колонна обрушилась, увлекая за собой навес. Лошадь Элспет отпрянула от катящихся, грохочущих камней. Элспет и Клуаран влетели в пещеру, едва не опрокинув Эдмунда. Тот успел увидеть через плечо искаженную ужасом физиономию одного из стражников. Мгновение — и проход в пещеру завалило огромными камнями.

Теперь все трое находились почти в кромешной темноте — освещал окружающее лишь горящий холодным огнем хрустальный меч. В ноздри Эдмунду ударил густой запах сырой земли и конского пота. Лошади испуганно прижались боками друг к другу в тесной пещере.

Элспет приникла к шее своей полуобезумевшей кобылы, поглаживая ее левой рукой и стараясь не показывать ей меч.

— С ней ничего не будет? — шепотом спросила она у Эдмунда.

— Это просто испуг, — ответил он, сам не в силах оторвать взгляда от меча, который, даже тускнея, продолжал заливать пещеру ледяным светом. Полотно становилось прозрачным, сквозь него уже была видна стена.

Клуаран подъехал к Элспет. Он смотрел на меч такими глазами, что можно было подумать, будто он готов вечно на него таращиться. Вот он протянул руку, но вместо того, чтобы дотронуться, уронил руку и развернул коня головой к тоннелю за пещерой. Лицо его было непроницаемым, но Эдмунд не сомневался, что менестрель отлично знает, как знал Аагард, что это за меч.

— Не разбредаемся, — сказал им Клуаран. — Элспет держится в середине. Ее кобыла медлительная. Не теряйте меня из виду. Вам двоим здесь не место. Те, кто преследует нас, беспощадны.

С этими словами он нырнул в тоннель, следом за ним исчезла Элспет; потом и на Эдмунда навалилась, как глухая стена, непроглядная тьма.

Лошади почти неслышно ступали по мягкой земле тоннеля. Эдмунд невольно пытался уловить малейший звук. Иногда ему казалось, что он слышит пение, один раз как будто звякнула о камень железка, но все звуки были настолько слабыми, что, возможно, это шутило шутки разгулявшееся воображение. Мальчик чувствовал, что тоннель уходит вниз, но при этом утратил чувство направления и времени. То и дело откуда-то начинало тянуть сквозняком — значит, поблизости находился боковой ход. Клуаран подгонял своего коня, шепотом приказывая через плечо спутникам не отставать. Эдмунд гадал, куда могут вести боковые ходы. «Лучше этого не знать», — приструнил он себя, обмирая от ужаса.

Через некоторое время — он не мог бы сказать, сколько именно времени истекло, — дышать стало легче, снова запахло свежей землей. Тоннель опять стал уходить вверх, а вскоре Эдмунд понял, что снова видит перед собой конский круп.

— Подождем здесь, — сказал Клуаран, натягивая поводья. — Только чтобы ни звука!