Маятник - Борис Игнатьев-Мурин

И теперь он обосновался в ее мире. И пытается уничтожить ее оттуда. Кто-то из ее ближайшего окружения – один из его свиты. И я ничего не могу поделать с тем, что происходит. Мы можем лишь стараться защищать ее здесь. И надеяться, что ее сущность проснется раньше, чем ее разум потеряется в веренице реальностей.

Другая память. Настоящее время. Другая реальность

Когда Ника пришла в себя, она лежала у костра. Рядом сидел Хиск и подкидывал в огонь ветки.

– Что случилось? Голова все еще кружилась.

– Ты слишком устала от бега. Я думал, что ты более вынослива. Но это ничего. Скоро ты придешь в себя.

– А где Шу?

– Шу?! А при чем здесь она? Хиск непонимающе уставился на девушку.

– Как при чем? Она же была здесь! Ты попросил ее поставить охранное заклинение. Она начала ставить защиту, а я почему-то потеряла сознание.

– Ника. Хиск с беспокойством подвинулся к девушке и внимательно посмотрел на нее. – Тебе все это привиделось, пока ты была без сознания. Шу здесь не было. Да и быть не могло. И никто не ставил тут защиту. И вообще. Магию нам применять нельзя. Это было бы самое плохое, что можно придумать. По расходу магической энергии нас вмиг обнаружат.

Ника нахмурилась. Видение было настолько ярким, что она не могла поверить, что Шу здесь не было. Она оглянулась вокруг. Тот же костер, та же поляна. Только Шу на ней не было. Лишь она и Хиск.

– Ладно. Ника. Слушай. Я пошел против воли отца и всего совета клана.

Хиск замолчал.

– Они хотят, чтобы ты как можно скорее стала воином. Не по умениям. По духу. А для этого тебя хотели сильно напугать. Как – не знаю. Знаю лишь, что тебя должны были похитить. А там – пытки, изнасилования.

– Что!? Ника вскочила с земли. – Что ты говоришь?! Как они могли такое замыслить?

– Успокойся. Сядь. Потому я и вытащил тебя, что считаю их неправыми.

– Неправыми!? Ты их считаешь неправыми?! Да какое они вообще имели право так со мной поступать?! Девушка была возмущена до глубины души. Обида, злость, разочарование перемешались внутри нее. Слезы застилали глаза. Она бросилась прочь с поляны.

– Стой! Глупая! Куда ты! Хиск настиг ее за секунду, скрутил, прижал к себе.

Она пыталась вырваться, но даже пошевелиться в стальных руках парня было сложно.

Одной рукой Хиск ухитрялся держать пытающуюся вырваться девушку. Другой гладил ее по голове.

– Тихо, тихо, Никки. Не плачь. Успокойся. Он продолжал шептать ей успокаивающие слова. Через некоторое время девушка пришла в себя. Перестала вырываться и рыдать.

– Спасибо. В ее голосе еще слышались истеричные нотки. – Теперь отпусти меня. Пожалуйста.

– Хорошо. Только не пытайся убежать. Если тебя поймают… Я отведу тебя к озеру. Тут недалеко. Ты сможешь умыться.

Они прошли несколько минут по лесу и вышли к берегу. Луна освещала все вокруг и отражалась на поверхности воды.

– Умойся. Искупайся. Тут безопасно. Я буду ждать тебя у костра.

Хиск ушел.

Ника подошла к воде. Наклонилась. Зачерпнула воду и обмыла лицо. Вода была прохладной. Ей захотелось искупаться, ощутить всем телом прохладу ночного озера. Она тихо прокралась до поляны. Хиск сидел у костра и о чем-то думал.

Девушка вернулась к озеру. Немного отошла в сторону так, чтобы кусты у самого берега загораживали ее, если парень решит прийти за ней. Потом она скинула с себя защитный комбинезон и, обнаженная, вошла в воду. Прохлада поднималась по телу, унося с собой усталость, расслабляя натруженные мышцы. Ника плавала, стараясь не очень далеко отплывать от берега. Полностью успокоившись, она выбралась из воды и присела на траву, чтобы немного обсохнуть. Лунная дорожка перед ней зачаровывала. Ника никогда не видела такой большой луны. Она смотрела на нее, и в голове постепенно становилось пусто. Мысли затихали. Девушка погрузилась в медитацию. И чужая ладонь, резко заткнувшая ее рот, не давшая закричать, нож у шеи и шепот: не шевелись!

Ника дернулась, но холодная сталь у горла заставила ее замереть.

– Ника! Молчи! Это я, Шу! Ника хотела вскрикнуть от удивления, но ее рот еще сильнее придавили ладонью. – Ни звука! Не верь ничему, что он тебе рассказывает! Я слышала, какую чушь он тебе нес! Не верь этому! Они все заодно. Он сыграл мастерски. Нападение на тебя, бег, спасение. Тебя должны были пытать, насиловать. Он хочет войти к тебе в доверие. Скоро вашу поляну обнаружат. И сделают вид, что хотят его убить. Все это для того, чтобы ты поверила, что все это по-настоящему. Чтобы начала убивать. Чтобы прекратила считать все это игрой. Они хотят сделать из тебя убийцу. Но если ты пойдешь по этому пути, ты навсегда потеряешь возможность стать собой. Молчи! Я не могу сейчас все объяснить. Но ты должна знать, что очень важна для этого мира! В тебе скрыты колоссальные возможности! Но они не хотят дать тебе стать той, кем ты можешь стать! Если ты начнешь убивать, если пойдешь по той дороге, на которую они тебя толкают… Никки! Прошу тебя! Не потеряй себя! С этими словами Шу исчезла также стремительно, как и появилась.

Ника некоторое время сидела молча, пытаясь осмыслить услышанное. Кто обманывает ее? Хиск? Он сын одного из правителей клана. Сын человека, входящего в совет правящих кланов. Один из самых умелых бойцов клана. Но он влюбился в нее. Как и всякая женщина, Ника чувствовала это. Ловила его взгляды. Но чего здесь больше? Чувств или желания? И можно ли разделять их? Она возбуждает его как женщина. Ника не сомневалась в этом. Сколько раз она специально наклонялась, делая разминку, и всегда он старался всмотреться в ее выпяченную попку. Да, другие парни тоже глазели на нее. Но взгляды Хиска были особенные. И ей было интересно с ним. Он привлекал ее как мужчина. И физически и духовно. Но сможет ли он ради нее пойти против воли отца и, по сути, против воли клана? Променяет ли он свое будущее на нее? Ведь не простым воином он будет. Его место явно в совете клана. Если не в совете правящих кланов. А она? Мимолетное увлечение? Или его чувства более глубокие? А Шу? Ника всегда чувствовала, насколько сильно Шу заботится о ней. Зачем ей это? В ее отношении к Нике переплеталось множество граней. Когда Ника поняла, что со стороны Шу к ней явно присутствует эротизм, сначала ее это напугало. А потом? Потом она поняла, что