Тонкие грани чувств (СИ) - Серж Олли

«Рома, не звони и не пиши мне больше, пожалуйста. Все подробности ты сможешь узнать у своего отца, а я приняла решение уехать из страны. Вылет сегодня вечером. Будь счастлив. Все.» Все?? Заорать? Затопать ногами? Что значит «все»?

- Ты чего мобильник гипнотизируешь? - я даже не заметил, что в кабинет зашёл родитель. Плечи нервно дергаются, будто от холода, а телефон хочется расквасить об пол. Кладу его на стол от греха подальше.

- Алиса не желает говорить со мной. Написала, что улетает куда-то сегодня вечером. Может, правда, дать ей остыть? Пусть отдохнёт? - я в полной растерянности поднимаю глаза на отца.

- Пока мы с Арсланом шли по коридору, ему позвонили из дома. Их младшая девочка в больнице с аппендицитом. Ей делают операцию. Очевидно, что Алиса полетит в Стамбул сегодня вечером вместе с матерью.

- Твою ж мать! - кулак с грохотом впечатывается в стол, - Как ее остановить?

- А как ты хочешь, я не пойму? На цепь посадишь? Или самолёт захватишь? - скрещивает на груди руки и выжидательно на меня смотрит, - Ну?

- Помоги мне, - смотрю отцу прямо в глаза, - Она не должна уехать, потому что больше не вернётся.

- Предложения?

- Ее должна не выпустить таможня! - мои глаза загораются нездоровым блеском от идеи, кажущейся прекрасным решением всех бед, - Помоги мне, пусть твои ребята создадут фэйковое заявление в полицию.

- Это отвратительная идея, Рома. Подлая. Я предупреждаю, - очень строгий голос отца вибрирует на обертоне.

- Я знаю... - вот не надо так на меня, блин, смотреть! Не хочу отдавать свою девочку никому. И за все сам отвечу.

Алиса 15. 

- Алиса, - мама нарушает наше молчание, повисшее в салоне такси, и осторожно накрывает мою руку своей, - Расскажи мне о себе.

- О чем ты хочешь узнать? - перестаю считать капли дождя на окне и поворачиваюсь к женщине лицом.

Я не думала, что мне будет так сложно уезжать. Не думала, что мне дороги эти огни никогда не спящего  мегаполиса, какие-то кафе, магазины и улочки, ночной клуб, не думала, что в груди будет так больно, что не продохнуть. Все дело в НЕМ. Я уезжаю от своей любви, бегу, оставляя без ответов вопросы. Только ты, пожалуйста, будь счастлив. Хотя бы чуть-чуть, или по-своему, или просто, как умеешь. Ведь мы вернулись в точку отсчета, я вернула деньги. Ничего не было.

- Что ты любишь? Что кушаешь на завтрак? Мне интересны любые мелочи, - уголки ее губ дергаются, скрывая смущенную улыбку, а глаза смотрят прямо в мои.

- Спроси, пожалуйста, точнее. Не знаю с чего начать, - у меня не получается скрыть усталый вздох. Лучше вопроса, который задала моя мама, может быть только вопрос «Как дела?» от старого знакомого в социальной сети. Который больше года молчал, а теперь живо предлагает общение. И ты принципиально не против с ним общаться, но пока ещё пытаешься его прощупать. «Не мошенник ли? Не предаст?» Собираешь в кучу события последних дней и понимаешь, что рассказать то нечего. Никто не женился, не поступил в институт, не родил ребёнка, а остальное - это только твоё. Личное. И объяснить человеку, почему дела - плохо, и ты рыдаешь, лёжа лицом на коробке конфет «птичье молоко» , просто так не получится. А если начать, то будешь выглядеть идиотом, ведь просто у всех конфет коричневая начинка, а ты любишь желтую, и это тебя добило. Да, поэтому ты плачешь. Но что-то же ещё было до, и позавчера было, и, вообще, надо было не идти в семь лет заниматься танцами. Тогда сегодняшней боли бы не было.

- Хорошо. Ты любишь сладости?

- Люблю. Ты, наверно, не знаешь, что Бабушка пекла торты на заказ. Я ей помогала.

- Не знала, - женщина удивленно качает головой, - При мне свекровь практически не готовила. Ела только то, что готовила я и ни разу не поблагодарила. Уж прости, детка. Наши реальности о твоей бабушке сильно разнятся. Хорошо, ты водишь машину?

- Да, и очень хорошо. Представляешь, я на днях обогнала на треке одного турка... - я вздрагиваю, неожиданная догадка подкидывает меня вверх и заставляет немного истерично стиснуть мамину руку в кулак, - Покажи мне фото Арслана, пожалуйста, - голос хрипит. Таких совпадений не бывает.

- Вот, смотри. Эти фото с дня рождения Ланы. Листай вправо, - с экрана телефона на меня смотрят иностранные гости Ивана. Этого не может быть! Я - партнёр семейства Фетисовых. И те заводы, на которых я была, частично мои.

- Мама, я должна тебе рассказать кое-что действительно важное, - закрываю глаза и откидываюсь головой на подголовник, - Я очень хорошо знакома с русскими коллегами твоего мужа. И они тоже успели познакомиться со мной. Арслан и Осман думают, что я - Помощница и любовница Ивана.

- Алиса, - мама смотрит на меня строго и испуганно, - Это так?

- Не совмем. Я, к своему сожалению, люблю его сына и сегодняшнюю ночь провела с ним. А с Иваном у нас был договор, чтобы я исполнила роль его женщины перед Арсланом.

- Это какой-то бред, - частое дыхание выдаёт волнение родительницы. Она всматривается в мое лицо, но я только закусываю губу и отвожу глаза, осознавая кошмар ситуации, - Я хочу услышать эту историю ещё раз, - она косит глаза на водителя такси, - С подробностями и без свидетелей.

Шумный терминал международного аэропорта позволил на некоторое время расслабиться и ни о чем не думать, совершая механические движения.

- Сумки - на ленту, вещи - в корзину. Девушка, - это работник окликает меня, потому что пищат детекторы «рамы», - Ремень с платья снимите и пройдите ещё раз.

На второй раз прохожу контроль успешно, и мы спешим к стойке регистрации. До ее окончания осталось пятнадцать минут, мама заметно нервничает, стоя в очереди.

- Почему не открыли VIP обслуживание?  - она теребит в руках обложку паспорта и обмахивается билетом.

- Не переживай так, здесь все быстро. Мы - следующие.

- Маликова Алиса Игоревна, - таможник забирает паспорт у оператора и внимательно вглядывается в мою фотографию, - К сожалению, вы не можете вылететь из России.

- Почему? - я в полном шоке открываю и закрываю рот, прикидывая в голове основания для отказа.

- Для подробной информации вам стоит пройти со мной, - он жестом указывает на ряд прозрачных кабинок к глубине аэропорта, в которых обычно заполняют декларации и возвращает мне чемодан, - Прошу.

- Моя дочь никуда не пройдёт без меня! - мама хватает меня за руку и едва поспевает следом за мужчиной, пытаясь одновременно выяснить ситуацию, - Это просто беспредел! Мы будем жаловаться.

- Послушайте! - таможник резко поворачивается и мы врубаемся в его спину, - Я ничего не решаю. Есть закон. И вы, Алиса Игоревна, его нарушили, - открывает стеклянную дверь в бокс. Внутри есть стол и несколько стульев, - Ваша дочь совершеннолетняя, - мужчина резко останавливает маму за локоть, - Я не могу пустить вас в переговорную.

- Алиса, ничего не бойся, - мама немного в истерике, а я на удивления совершенно спокойна. С меня просто достаточно эмоций, - Я уже звоню Арслану. Он все решит, - я захожу в помещение и за мной закрывают двери.

- Могу я узнать, почему мне отказано в выезде? - голос звучит совершенно беспристрастно, что сильно удивляет мужчину.

- На вас заведено уголовное дело по статье сто пятьдесят восемь УК РФ. Кража.

- Это какая-то ошибка... - по спине начинает строиться липкий пот, - Это какая-то ошибка. Я в жизни ничего ни разу не крала.

- В особо крупном размере, Алиса Игоревна, - в комнату заходит девушка в форме, подаёт таможеннику несколько распечатанных бумаг, что-то тихо говорит на ухо и выходит, - Вот, можете ознакомиться с постановлением и повесткой.

Вчитываюсь в расплывающиеся перед глазами строчки: «Потерпевший - Фетисов Роман Иванович...»

- Это какая-то не смешная шутка? - хочется скомкать и швырнуть эти сраные бумажки в лицо работника в форме, но умом, я понимаю, что он ни в чем не виноват. Это так практикуются во всевластии двое зажравшихся циников. Которые с чего-то решили, что могут управлять моей жизнью.