Приворотное зелье - Елена Малиновская

Я кивнула, мудро решив не рассказывать про Лоренса. С ним все как раз происходило далеко не столь целомудренно, я бы даже сказала – намного более развратно. Но до детального изучения тел друг друга мы так и не добрались.

– Поразительное дремучее невежество! – с таким чувством воскликнул Нико, как будто был потрясен моим признанием до глубины души. – Ну и дурак же твой жених! Как можно было заниматься любовью со столь красивой девушкой и по доброй воле лишить себя удовольствия зацеловать всю ее с головы до пяток!

Я смущенно опустила голову, польщенно зардевшись. А Нико умеет делать комплименты. Пожалуй, еще немного – и он на самом деле мне понравится. Удивительное дело, но даже смущение куда-то исчезло. Я даже не вспоминала о том, что по-прежнему не одета.

– Ладно, смотри дальше, – милостиво разрешил мне Нико и взял мою руку в свою. Провел моими пальцами по своему животу, щурясь от удовольствия. – Спрашивай, если что-нибудь непонятно.

Я немедленно уставилась на самый главный мужской орган, который сейчас величественно вздымался из треугольника жестких курчавых волос. Даже смешно признаться, что я впервые вижу его так близко и так ясно.

– Ну как? – горделиво поинтересовался Нико, проследив за моим взглядом. – Впечатляет?

– Ага, – честно призналась я, и молодой барон расплылся в широкой улыбке, которая, правда, тут же сползла с его губ, когда я вдруг брякнула: – Если честно, на редкость нелепо выглядит.

– Почему это – нелепо? – обиженно переспросил Нико, и его достоинство, словно оскорбленное моим нелестным определением, начало на глазах уменьшаться в размерах.

– Нет, я не имею в виду, что у тебя нелепый… – Я замялась и покраснела. Язык никак не поворачивался назвать простое слово из четырех букв. Поэтому я неопределенно взмахнула рукой и сделала еще одну попытку, которая тоже завершилась полным провалом: – Ну, что у тебя нелепый… Это нелепое… То есть нелепое это…

– Что – это? – насмешливо переспросил Нико, без особых проблем догадавшись о причинах моего смущенного замешательства.

– Вот это. – Я ткнула пальцем в его орган, который хоть слегка и утратил величественный вид, но продолжал еще выситься.

– Так, Беата, давай называть вещи своими именами. – Нико фыркнул от сдерживаемого с трудом смеха. Затем опять поймал мою руку и положил ее на предмет нашего разговора, который, почувствовав тепло моих пальцев, немедленно принялся твердеть и вновь увеличиваться в размерах. А Нико тем временем продолжал свою на редкость познавательную лекцию: – «Это» называется членом. На крайний случай – достоинством. Кое-кто величает жезлом наслаждения. Выбирай любой вариант, какой тебе более по нраву.

– Жезл наслаждения, – пробормотала я, впечатленная фантазией того, кто дал сему органу такое название.

– Так почему мой член нелепо выглядит? – вернулся Нико к тому, с чего мы начали наш разговор.

– Нет, я не говорила, что именно твой… – Явтянула в себя воздух и с усилием продолжила: – Твой член нелепый. Я имела в виду, что этот орган, то бишь достоинство, как-то нелепо выглядит у всех мужчин. Болтается такая финтифлюшка спереди. Так и тянет оторвать.

Говоря все это, я продолжала держать руку на достоинстве Нико, поэтому почувствовала, как резко он отреагировал на мое признание. Прежде твердый и внушительный по размерам, он внезапно съежился и стал таким маленьким, что с легкостью уместился в моей ладони.

– Ой, – испуганно пискнула я, поскольку не ожидала такой реакции.

– Н-да, после таких слов у любого мужчины все опустится, – хмуро резюмировал Нико. – Беата, нашла о чем говорить в постели! Ишь ты, оторвать ей кое-что хочется.

– Не кое-что, а член, – вернула я ему той же монетой. Невежливо ткнула пальцем в его достоинство, желая, чтобы барон понял, о чем я говорю: – Ну посмотри же! В самом деле, такая висюлька забавная…

– Да у любого бы повис после твоих откровений, – огрызнулся Нико и поторопился спрятаться под покрывалом, явно покоробленный моими откровениями. Задумчиво добавил: – Кажется, теперь я понимаю, почему твой жених предпочитал не показываться тебе голым при свете.

– Ты обиделся, – скорее утвердительно, чем вопросительно протянула я. – Прости, пожалуйста. Сама не знаю, почему сказала тебе это.

– Да нет, все в порядке, – отозвался Нико, и улыбка вновь вернулась на его губы. – Наоборот, я даже рад, что ты преодолела свое смущение и поговорила со мной на столь откровенную тему. Это значит, что ты перестаешь видеть во мне врага и начинаешь видеть друга. Между мужем и женой не может быть никаких секретов и недомолвок, особенно в столь интимных вопросах.

Теперь у меня испортилось настроение. Ну вот, зачем он опять заговорил про свадьбу? Не хочу я становиться баронессой Бриан! По крайней мере, не таким образом. Полагаю, если бы мы с Нико встретились в обычной ситуации, он бы начал ухаживать за мной, а потом, через некоторое время, сделал предложение, то я бы не имела ничего против. Но мне не нравится, когда меня ставят перед решением. Мол, будешь моей женой – и все тут. Причем свадьба уже через день, а твое мнение на сей счет никого не волнует. Вот почему Нико так поступает? Как будто не понимает, как сильно меня злит его твердая убежденность в собственной правоте.

– Я не могу ждать, Беата, – проговорил Нико, каким-то чудом угадав мои мысли в этот момент. – Прости, но не могу. Ты должна стать моей женой. Иначе Ильза доберется до тебя, а я не желаю твоей смерти.

Я угрюмо вздохнула, не впечатленная его словами. Впрочем, я прекрасно понимала, что не стоит затевать очередной бессмысленный спор. Нико все равно останется при своем мнении. Он не желает обращаться за помощью к властям, поскольку у самого рыльце в пушку, и собирается решить эту проблему в одиночку. А для этого ему необходимо, чтобы я стала баронессой Бриан.

– Ладно, не будем о грустном, а то я чувствую, что мы опять поссоримся. – Нико, по-прежнему стыдливо придерживая покрывало около бедер, встал, прежде легонько чмокнув меня в плечо. Посмотрел на меня сверху вниз и добавил с иронией: – Пожалуй, отложим наш урок сексуального просвещения на потом. Мне надо переварить твои откровения. Отдыхай, Беата. Тебе необходимо хорошенько выспаться после столь тяжелых испытаний, поскольку сегодня вечером ты станешь моей женой. Поверь, в первую брачную ночь тебе спать не придется. И вряд ли после этого ты посмеешь и дальше называть мужской член нелепой финтифлюшкой.

Если честно, прозвучало это как угроза. Но я не успела ничего сказать в ответ, поскольку Нико торопливо развернулся и буквально вылетел из комнаты, словно испугался чего-то. Выглядело это как весьма трусливое бегство, однако я невольно залюбовалась той картиной, которая мне при этом открылась, поскольку сзади себя Нико не удосужился прикрыть покрывалом. Эх, отличные у него все-таки ягодицы!

Я стояла на крыльце дома и задумчиво глядела в зеленый сумрак подступающего к ограде леса.

Естественно, я не оставила надежды на бегство. Времени у меня на это оставалось всего ничего. Сейчас день уже перевалил за середину, а Нико сказал, что священник явится в дом вечером. Получается, у меня в запасе всего несколько часов.

Я тяжело вздохнула, силясь тем самым заглушить недовольное бурчание живота. Говоря откровенно, я бы предпочла хорошенько подкрепиться перед тем, как сломя голову кидаться в новую авантюру. Но никто не пригласил меня к обеду, который, по моим скромным представлениям, уже давным-давно должен был начаться. Нико после моего честного признания о том, насколько я нелестного мнения о главном мужском органе, куда-то запропастился. Видимо, предпочел без лишних свидетелей осмыслить мои откровения. Томас тоже не подавал голоса. И правильно делал, кстати. Меня начинали душить ярость и ненависть при воспоминании о том, как зловредный призрак оставил меня в полном одиночестве и без света в подвале. Пусть и дальше помалкивает, а то я выскажу ему все, что о нем думаю!

Кстати, на первый взгляд ничто в гостиной не указывало на произошедшее. Дверца, ведущая к магическому ходу, была все так же крепко закрыта. Стену вокруг нее не пачкали копоть и жирная сажа. Даже статуэтки на каминной полке стояли в прежнем порядке. Как будто мне все привиделось и за нами по пятам не гналась разгневанная хранительница, желающая полакомиться моим молодым мясом, а потолок не рушился нам на голову.

Первым моим порывом было открыть дверь и проверить, как обстоят дела за ней. Нико говорил, что ход завален. А что, если он солгал и на самом деле все в порядке?

Но почти сразу я отказалась от этой идеи. Даже если предположить, что лестница не обрушилась, то все равно не стоит забывать о Шарриаш, обитающей в подвале. Вряд ли она обрадуется, вновь увидев меня. Скорее, поспешит закончить то, что не дал ей сделать Нико в мой первый визит.

Я уныло вздохнула и переступила с ноги на ногу. Нервно провела рукой по подолу платья, разглаживая складки.