Страна Арманьяк. Бастард - Башибузук Александр

Не знаю… К счастью или к несчастью — это, наверное, смотря кому, — виконт и его пажи уже отошли в мир иной. Горевать о них особо было некогда, да и, здраво размышляя, незачем. Они умерли с оружием в руках, как настоящие кабальеро, и, скорее всего, сами себе другого конца не желали.

Оруженосец с распоротой щекой лежал без сознания, кровь не останавливалась, продолжая толчками выплескиваться на траву… Ну что я смогу тут сделать, твою мать… Сам же напал. Чем я ему сейчас помогу? Плюнул и направился к шотландцу. Не мой это грех…

Снял с Тука кольчугу и гамбизон. Потом камизу.

— Ну что, братец Тук, будем тебя лечить, — сообщил шотландцу, с опаской следившему за моими манипуляциями.

— А чего там, ваша милость, лечить-то? Писануть на тряпку да приложить, а потом перевязать. Делов-то.

— Я тебе сейчас на голову писану! Ты что, придурок, сдохнуть хочешь? — рявкнул на него и смочил арманьяком чистую тряпочку.

— Так это же пить надо, ваша милость, зачем добро переводить? — Тук сглотнул слюну и вожделеюще посмотрел на бочонок.

— Ладно… заслужил сегодня. — Я налил половину чашки и сунул в руки шотландцу. — Жри давай и не мешай.

Особых навыков в медицине я не имею: так, лишь все то, что должен уметь любой мужик. Главное — не умение, а энтузиазм. И вообще гарант успеха любой операции — это хорошо зафиксированный пациент.

Действуя в основном по наитию, обработал края раны арманьяком; сам, конечно, предварительно пропустил внутрь полкружечки. Промокнув импровизированным тампоном кровь в ране, снял крышки сразу с обеих баночек с мазями.

И что дальше?.. Подумал и наложил ту, что пахла лучше. Кровь, кстати, довольно быстро после этого унялась. Затем сложил в несколько раз бинт, положил на рану и поверх плотно забинтовал. А что… мы, медики, такие… изобретательные.

— Все, дружище. Теперь будешь жить, — хлопнул шотландца по ноге.

— Ай!.. Ваша милость… Нога!.. — завопил тот.

— Тьфу, черт, что же ты молчал, придурок… — Я уставился на довольно глубокий разрез, зияющий на бедре.

— Так я думал, вы видите… а это… можно еще полстаканчика? Очень уж хорошо эта штука боль отшибает…

— Alkogolik… — сообщил я ничего не понявшему Туку.

— А стоит ли, ваша милость, заклинания говорить… богопротивно это… — ужаснулся шотландец.

— Это не заклинания, придурок. Пей… — Сунул кружку и принялся обрабатывать по той же схеме рану на ноге.

Закончил и предупредил шотландца:

— Смотри у меня, лежи без движения. Крови ты все-таки много потерял. Времени у нас много. Пока барон приведет подмогу — не меньше десяти часов пройдет. Мы успеем далеко уйти. И пойло больше не трогай, по башке получишь.

Немного посидел, соображая, что в первую очередь надо сделать. Лошади и трофеи… у меня всего хватает с избытком, а Тука надо по первому классу экипировать… заслужил парень. Виконт-то неизвестный вроде размерами подходит. Значит…

Притащил за ногу его труп к шотландцу и обязал обдирать по мере сил. Потом собрал все оружие и сложил в кучу, откинув в сторону более достойные на первый взгляд образцы. Хотя в эту категорию попал только цвайхандер виконта и шотландский палаш его оруженосца… Вру, еще мизерикорд и кинжал того же неизвестного кабальеро. Остальные образцы ни качеством, ни особой красотой не поражали. Да и куда нам столько…

Юшман с оруженосца тоже вознамерился отдать шотландцу, но сам его снять с трупа не смог. Противно… Крови как со свиньи натекло.

После недолгих раздумий и этот труп отволок поближе к Туку, который, несмотря на раны, с энтузиазмом уже почти полностью ободрал доспех с виконта.

Большая часть лошадей разбежалась, но боевой конь виконта и еще пара лошадок так и стояли, привязанные к дереву.

Опасливо подошел к караковому жеребцу. Зверюга здоровенная, похоже, той же породы, что и мой Роден.

— Тише. Тише, мальчик, ты же не будешь возражать, если у тебя появится новый хозяин… — приговаривая, я зашел сбоку, стараясь не испугать коня.

Жеребец всхрапнул, покосился глазом, вздрогнул, но не укусил.

— Умница, хорошая лошадка… — Похлопал коня по шее и, нащупав пряжки седельных сум, осторожно расстегнул и сбросил их на землю. Затем отстегнул кобуру с арбалетом и ножны с полуторным мечом, при виде гарды которого память услужливо подсказала название. Скьявонеска это. Предок скьявоны — палаша, которым вооружены ватиканские гвардейцы. Полетел на землю тяжеленный тарч в чехле. Потом по гербу Тук разберется, кого я на тот свет отправил.

Отвязал поводья — и чертово животное… Ну, как его еще можно после этого назвать? Коняка хватанула меня зубами за руку, выдрала поводья из рук и галопом умчалась в лес, задрав хвост трубой.

— Долбаная скотина… — с чувством выругался.

Еще хорошо, что рука в защите, а так прокусил бы, как пить дать.

— Что б тебя волки сожрали!

— Ваша милость… Так надо было ему морду коттой закутать… — подал голос шотландец. — Эх… жаль. Хороший крессе был. Ладно хоть что-то с него досталось.

— Не жалей, пути Господни неисповедимы. Только он знает, что дать, а что забрать. Ты доспех ободрал?

— Ну да, делов-то, тут у кабальеро еще три десятка дукатов и чуток серебра в мошне было…

— Это хорошо. Теперь все это твое… Кроме дукатов, конечно. Серебро пополам.

— Благодарю, ваша милость… — Шотландец, покряхтывая, встал и вознамерился произвести свой обычный ритуал целования моих рук.

— Брось… Сам знаешь, не люблю. Слушай задачу. Уроды подстрелили нашу лошадку; значит, надо выбрать из трофеев коня получше и перегрузить все. Забираем все что нужно и валим куда-нибудь подальше. Куда, чуть позже решим. И не хватайся за все. Я делаю, а ты подсказываешь, как лучше, и помогаешь. Время пошло… Только нос не задирай, пришибу…

— Благодетель вы мой… Как можно…

— Еще раз так выразишься, собака, сдам в инквизицию на опыты. Какая тут лошадь лучше?..

Со всеми делами справились довольно быстро. Теперь встал вопрос, куда податься.

От своих намерений посетить замок Бюзе я отказываться не собираюсь, все равно сделаю, что задумал, но… Но барон поднимет всю округу на уши, и так просто по дорогам не попутешествуешь: схватят, со всеми вытекающими из этого последствиями.

— Ну? В какую сторону отправляемся?

— Я думаю, ваша милость, нам следует продолжить путь по тому же направлению. Обойдем Лектур с востока по большой дуге. В лес они больше не полезут, будут на дорогах дежурить. С божьей помощью как-нибудь проскочим. А пока желательно убраться как можно подальше от этого места и переждать денек-другой. Так что туда. — Шотландец рукой показал на восток.

— Туда так туда… — Мне было почти все равно, как раз стала наступать разрядка после боя, и голова практически ничего не соображала.

Хотелось просто лечь и заснуть. К тому же тело бастарда еще не привыкло к темпу, с которым я махал оружием, и отчаянно протестовало. Болели все мышцы без исключения: сам себе казался столетним стариком.

К вечеру забрались в неимоверную глушь, даже солнце с трудом пробивалось через кроны вековых деревьев. Я приметил полянку около небольшого озерца и скомандовал привал.

Тук себя чувствовал неважно, был бледный как мел, даже разговаривал с трудом. Уложил его на попону и опять осмотрел раны. К счастью, воспаление не началось, только слегка покраснели края, но главное — раны перестали кровоточить. Не знаю, что за мазь досталась мне от бастарда, но она работала неплохо. Наложил ее опять и перебинтовал, прописав шотландцу полный покой до завтрашнего утра. Попутно наорав, когда он собрался натаскать хворосту.

Налил ему полную кружку арманьяка, заставил выпить и с облегчением вздохнул, когда шотландец почти мгновенно уснул.

Расседлал коней, обтер их, как мог, и задал по доброй порции овса. Лошади — наше всё, беречь надо.

Наконец занялся собой. Залез в озерцо и долго плескался, смывая с себя пот и кровь. Потом тщательно вычистил одежду и ботфорты. Клятые солдаты… Ну никак не хотели помирать эстетично. Заляпали меня всякой гадостью по самое не хочу. Грязное это дело — людей убивать… м-да… в прямом и переносном смысле.