Попаданка, открой свое сердце - Anna Konda

отогнать от себя все посторонние мысли (о Ханте). Все та же кристальная, прозрачная вода, ласково-прохладная. Разве может нести она опасность?

Настя прислушивалась к своим ощущениям. Да, нет! Простая водичка. Нет в ней разрушительной магии. Девушка уже хотела убрать руку, как почувствовала, что что-то кольнуло ее в палец. Рыбка шаловливая что ли укусила? (Конечно, нет)

Но вот кончики ее пальцев стало покалывать интенсивнее. А рыбок и в помине не было поблизости, они уже давно уплыли по своим делам подальше, на глубину.

Сначала были легкие покалывания, будто у нее затекла рука, а потом Настя почувствовала, что с каждым «проколом» нарастает интенсивность и боль. Ей уже казалось, что ее вновь прошивают ледяными иглами.

Но вместе с адской болью приходила и опьяняющая эйфория.

Голова кружилась, словно она осушила бокал игристого вина (и может даже не один), залпом и оно стало незамедлительно действовать. «Вертолеты» приближались со скоростью боинга и девушку уже начало подташнивать. Но она упорно продолжала держать руку в воде. Незаметно для себя она села на колени, опустила руку по локоть в воду, нащупав для опоры дно.

А иглы все кололи и кололи, будто черными нитками вшивая в нее остатки темной магии.

Но вот ледяные иглы стали снижать свой натиск. Потом они сменились на легкие покалывания и стихли вовсе.

Но девушка уже не реагировала на происходящее вокруг. Она не могла уже удерживать равновесие, стала заваливаться набок. И упала бы в воду, если не мгновенная реакция Ханта, который подхватил ее. Обнял и поднял на руки.

Настя пьяно улыбалась и с удовольствием обнимала его за шею. Но вот мужчина поставил ее на ноги. А девушка все также висела у него на шее, даже не думая расцеплять пальцы рук, что заключали его в объятья. Она уткнулась в грудь мужчины лицом, ощутила его запах, а потом подняла глаза и посмотрела на него затуманенным, пьяным взором.

Дотянулась до подбородка и провела языком вдоль тонкого шрама. Ее губы стали подниматься ближе к губам. Кончиком языка она провела по ране на губе, а потом осторожно и нежно поцеловала его.

Хант ответил на поцелуй. Из легкого и почти невинного он превратился в глубокий, страстный и голодный. Настя стала еще сильнее обнимать Ханта. Ее ногти превратились в когти. Она вновь стала царапать и без того разодранную спину мужчины. Послышалось довольное и угрожающее утробное рычание.

– Эй, тебя что, жизнь ничему не учит? – зло прикрикнула Сиара и стала разнимать целующуюся парочку.

Нехотя Хант воспринял слова принцессы 7 морей и оттолкнул Настю.

– Ну же синеглазка, давай, – раздраженно прошипела Настя, смотря на мужчину безумными глазами, хищно скалясь в улыбке.

Но через мгновение девушка стала прежней. Она еще раз взглянула на Ханта. Ее щеки залил румянец. Она инстинктивно закрыла лицо руками.

– Прости я не… – недоговорила она.

Девушку «накрыло». Она задрожала, к ней вернулась лихорадка с попеременно бегающими жаром и пронзающим холодом. Зубы начали отбивать чечетку. Тело сковали тяжесть и усталость. А в глазах заплясали черные мушки.

– Ей нужно тепло! Есть чем укрыть ее? – опомнилась первой Сиара.

– Сейчас, – охотник метнулся к оставленным вещам, достал из мешка какое-то полотно (плед) и заботливо завернул Настю, как ребенка, в кокон.

– Огонь, пусть согреется у огня, – отдала очередной приказ Сиара.

Мужчина довольно быстро соорудил костер, впопыхах собрав какие-то разбросанные на берегу ветки. Он пытался вспомнить, куда положил огниво, но никак не мог. Похоже, что забыл.

Да, со своими искрами он долго будет разжигать костер, состоящий из сырых веток. Мужчина призвал свою магию и с удивлением увидел, как ярко вспыхнули красивым ровным пламенем его ладони.

Словно и не было того жуткого ритуала, который вытащил из него его магию. С ним вновь были его силы.

Костер вспыхнул как спичка, будто бы дрова заранее облили бензином. Настя сидела, завернутая в кокон пледа, сидело около костра и грелась. Со стороны она сейчас напоминала обиженного ребенка. Но ее все еще колошматило. К девушке подсела Сиара и стала изучающим взглядом сверлить Ханта.

Но мужчина даже не обращал внимания на девушек, что сидели напротив, за костром. Он все смотрел на свои руки. Теперь Хант вдруг ясно ощутил, что в нем снова есть силы. Магия вернулась!!! Нет, это были не те жалкие капельки, что плескались на дне резерва, но тем ее менее не давали ему умереть.

Это был уже небольшой такой «ручеек», который плескался и давал надежду на то, что полноводная «река», что была когда-то у него, сносившая все вокруг и поражающая своей мощью сможет еще вернуться.

Да, конечно, это был не тот полноводный поток магии, что был у него раньше. Но уже что-то. Истории о дерах оказались правдивы. Магическая энергия вернулась, она была с ним и сейчас грела душу похлеще этого костра, что горел так ярко в этот вечер.

На зачарованные озера спустились сумерки. Идти в потемках к ближайшему поселению не хотелось вовсе. Мирное потрескивание костра, живописные виды кругом, резко навалившаяся усталость отбивали всякое желание куда-то идти. Да и к тому же Настя, заботливо завернутая в кокон пледа, сладко задремала на коленях Сиары.

Принцесса 7 морей улыбалась. Она поначалу испугалась, когда Настя устроилась у нее на коленях. Она помнила, что перед ней дера. Но потом выдохнула, успокоилась. Увидев, что в этой девушке, что так сладко спит, находится столько светлых чувств, что она просто не сможет ее забрать вновь. Девушка любила этот мир, в ней зарождалась влюбленность.

А влюбленность – это же так прекрасно? (Спросите об этом Виланда)

Жалко только, что Хант не ответит ей искренней взаимностью. Его сердце уже давно обуглилось, прогорело от грешной страсти к другой женщине. Теперь в нем живет только прагматичный расчет и магическое очарование магов из рода Сиорских.

Сиара долго размышляла, стоит ли навязывать влюбленность Ханту или же нет. Костер постепенно затухал. Настя и Хант спали по разные стороны от мирно потрескивающих красных углей, что, догорая, отдавали свое последнее тепло.

Сиара вздохнула, вспомнила Виланда. Нет, от навязанной любви не жди ничего хорошего. Она решила разбудить Настю.

– Мира… Нэс, проснись, – стала тормошить девушку жрица любовной магии.

Анастасия что-то недовольно пробурчала.

– Нэс, мне нужно тебе кое-что отдать…

Настя недовольно поднялась. Уставилась сонным взором на Сиару.

– Дай руку, – девушка послушно протянула ей руку, – благодарность моя безгранична, я не знаю, сколько бы еще варилась в этом котле ненависти, похоти и убийственной страсти, если бы не ты. Держи. Когда ты почувствуешь,