Мой муж, мой враг - Марина Серова

врубиться, чего от нее хотят. Сразу стало заметно, что гости в этом отеле останавливаются нечасто. Она неохотно объявила, что душ только один, в конце коридора, туалет там же. Завтраки включены в стоимость, но, если численность меньше пяти человек, готовить никто не будет.

Я согласилась. Деваться было некуда.

Забронировав один номер на троих, я положила трубку и задумалась.

Какая же все-таки несправедливая жизнь. Сегодня ты счастлив и у тебя есть все, а завтра заколачивают в гроб огромные гвозди. И так становится все не нужно: ни деньги, ни власть, ни близкие родственники.

* * *

Тем временем Петрович уже битый час пытался успокоить Нику на берегу озера. Даже голос родного и любимого мужчины не мог привести в чувство женщину.

У Ники из головы не выходили дети Андрея и Валентины. Она очень хотела им помочь, вот только не знала как.

– Давай усыновим, хочешь? – Петрович смотрел на нее своими огромными черными как смоль глазами, встревоженно и печально.

Она молча кивнула и еще сильнее прижалась к своему защитнику. Петрович протянул ей стакан с какой-то жидкостью. Она не глядя осушила его и закашляла. Это был чистый, неразведенный спирт. Горло обожгло. Она начала жадно хватать воздух ртом, и Петрович протянул ей бутылку с минералкой. С благодарностью кивнула и осушила ее.

Спирт подействовал словно живительный источник. Печали в один миг улетучились. В голове зашумело, а веки стали тяжелыми.

Она в темноте нащупала губы прокурора и стала их целовать. Хотя бы сейчас этим двоим было хорошо. Без лишних слов и вопросов. Понимали друг друга с полуслова.

* * *

Пришли они только под утро. Раскрасневшиеся и притихшие. Я сидела на веранде и курила. Увидев их счастливые лица, сделала вид, что не поняла, в чем дело. Не хотелось смущать и без того ошарашенного прокурора. Было заметно, что нахлынувшие чувства для него в новинку. Да и Ника расцвела и похорошела. Из трудоголика она превратилась в смазливую красотку. С горящими глазами и румянцем на щеках.

Я молча кивнула Петровичу и удалилась в свою комнату. Пост был сдан. А мне просто необходимо было поспать хотя бы несколько часов. Дорога предстояла неблизкая. И кто знает, что нам предстоит пережить за это время.

Через несколько часов я мчала по трассе в направлении к Белокаменке. По легенде, мы должны были туда ввалиться с максимальной бесшабашностью. Нас должен был увидеть весь поселок. Мы были приманкой, а «приманка» должна хорошо выглядеть. Я решила остановиться по дороге у небольшого супермаркета.

Было заметно, что уставшим девчонкам просто необходим небольшой отдых. Зойку постоянно тошнило, она еще не оправилась после перенесенного выкидыша, Ника была бледной и задумчивой. У каждой за такой короткий промежуток времени произошло столько потрясений и потерь. Их можно было понять.

Двухэтажное серое здание местного торгового центра выглядело вполне прилично, несмотря на то что находилось на трассе. Первый этаж занимало небольшое кафе-столовая. На втором были магазинчики с вещами и обувью.

Глаза у Зойки заметно заблестели, когда мы проходили мимо отдела с детскими игрушками.

Ника направилась прямиком в обувной. Неудобная обувь, взятая впопыхах, когда они сбегали к Петровичу на дачу, давала о себе знать. Я тоже выбрала несколько удобных спортивных кроссовок и дорожную сумку побольше. Зойка шла с огромным плюшевым медведем для Маринки. Ника с несколькими пакетами из мужского магазина. Что-то мне подсказывало, что там были подарочки для Петровича.

После шопинга решено было перекусить. Вежливая девушка-официант быстро помогла нам определиться с выбором. Остановились на легких салатах, десерте и кофе.

Я огляделась. Слежки не было. Только в глаза бросалась бабушка, которая просила милостыню у дверей. Она битый час стояла у окна и смотрела на нас, будто что-то сказать хотела, но боялась.

Я подошла к официантке и распорядилась, чтобы бабушку покормили. Девушка кивнула и подошла к дверям. Бабуля начала отказываться, но потом сдалась и прошла внутрь. Сняв свое грязное, потрепанное пальто, она стала с жадностью уплетать еду. Быстро, не жуя, закидывала ее в желудок, изредка запивая горячим чаем.

Было заметно, что она не верит своей удаче и боится, что сейчас она надоест и ее выставят за дверь.

Бабуля несколько раз поперхнулась, потом, смачно рыгнув, успокоилась и захмелела от еды и теплоты помещения.

Я подошла к ней. Она будто только этого и ждала. Было заметно, что бабушка уже давно тронулась умом. И я не могла понять, зачем мне вообще нужны были ее ненормальные разговоры.

Бабуля, выпучив глаза, принялась рассказывать все, что видела за последние несколько лет, причем одновременно. В ее голове была каша.

– Змея вышла на охоту, бойтесь его. – Вдруг бабушка стала выкрикивать страшные ругательства и указывать на телевизор.

Плазма как раз показывала репортаж с автомобильной аварии Андрея и Валентины.

– Вы что-то знаете? Кто эта змея? О чем вы?

Я пыталась еще что-то узнать у нее, но она как-то заметно обмякла и замолчала. Будто и говорить вовсе не умела. Она молча кивнула в сторону туалета. Я отпустила ее и пересела к девчонкам. Они сидели испуганные и притихшие.

Через несколько минут с криком из туалета выбежала официантка. Бабушка лежала с выпученными глазами, изо рта текла пена.

В таком же точно состоянии я застала Варю. Было очевидно, убийца ходит за нами по пятам. Маньяк убивает всех, кто находится рядом с Зоей и Никой. Становилось жутко, даже мне, человеку, многое повидавшему на своем пути.

Пока ждали полицию, я расспросила персонал. Но мало что удалось узнать. В кафе есть вторая дверь для сотрудников, она не закрывается. Пройти через нее мог кто угодно. Камер здесь нет, ибо они денег стоят. Только на входе, вместе с охраной. Кроме бабки, официантки никого не видели. Незнакомцев не попадалось.

Камеры, собственно, тоже ничего интересного не показали – я подошла к охранникам, помахала корочками телохранителя и упросила их поделиться информацией. Старенькие, черно-белые, эти камеры здесь невесть с каких времен. На них не то что лиц не разглядишь, по фигуре не поймешь, мужчина или женщина входит, все в пикселях. На всякий случай я скачала видео и переправила Петровичу, пусть его эксперты покопаются. И о происшедшем написала. Но надежды на это маловато. Народа здесь ходит достаточно…

Дождавшись полицию и дав все необходимые показания, мы отправились дальше. Озираясь по сторонам, я пыталась выследить убийцу, но все тщетно. Он в этот раз выполнил свою работу и залег на дно. Трасса была чистой.

Мы сильно задержались в кафе,