Подарочек из прошлого - Марина Канаева

Ну, Алика! Ну, даёт! А мне, любимой внучке, и словом не обмолвилась! Спорю на конфетку: всё она знала и про Эльвиру, и про Таро, и про мои весёлые похождения! Да, приплыли. Багаж и детей в каютах не оставлять.

— Инна! Ау! Ты слышишь?

Но я не слушала. Я пристально смотрела на лежащий поверх какой-то старой книги рекламный листок. Рука сама по себе потянулась к нему. «Гадалка Анна. Сниму сглаз, создам…». Так, очень хорошо. Алика как-то связана с Анной.

Я уставилась на фото и вдруг поняла, что Ане грозит опасность. Я буквально увидела заволокшие её лицо тени — тьма потянулась к ней.

Было явно не время размышлять на высокоморальные темы. Я стремительно повернулась к Лизочке, которая всё ещё вопросительно смотрела на меня. Мой голос в тишине зазвучал резко и чётко, без малейших эмоций:

— Лиза, ты останешься одна. Человеку грозит опасность, потому я не собираюсь разводить сопли. Ты сидишь и ждёшь, а я — запомни! — для всех ушла покупать продукты, скоро вернусь.

— Понятно, — ответила девочка. Я ожидала вопросов, но их не последовало.

Подхватив со стола карты, я выбежала на улицу, для разнообразия воспользовавшись дверью.

Я неслась вверх по ступенькам, мечтая лишь об одном: не опоздать. Как бы там ни было, Анна не должна стать очередной жертвой Филоны. Молодая гадалка, в сущности, вообще ни при чём. Она ни в чём не виновата, ведь это Лика втравила молодую актрису в эту историю…

Вот, наконец, и дверь с гениальной табличкой, причём она почему-то приоткрыта. Воспитанный с детства безотчётный страх наполнил душу, но я отогнала его и шагнула в тёмное жерло коридора. Тут до меня долетел громкий, полный ужаса вопль.

Я влетела в «гадальную» комнату, без церемоний распахнув дверь, посмотрела направо, посмотрела налево. Может, разумней работать преподавателем в детском саду? Но лучше уж тени, чем такие персонажи, как Лизочка.

Моим глазам открылось жуткое зрелище: над перепуганной до смерти Аней склонилась одна из семи теней, находящихся в комнате. Причём сделала она это явно не для того, чтоб нашептать гадалке на ушко всякие милые прелести.

Я шагнула вперёд, и, стараясь, чтоб голос не дрожал, небрежно сказала:

— Что, вечеринка в клубе вампиров? Кто первый выпьет кровь из кролика? А меня что, слабо? Самых сильных — на меня, а Ане слабачка какого-то приставили? Кто б сомневался!

Тени двинулись ко мне, отпустив Аню.

— Этим сгусткам магического киселя не чуждо самолюбие? Кто б мог подумать! — небрежно сказала я, но руки дрожали. Я слышала, как за спиной, захлопывая мышеловку, щёлкнул замок. Вдруг карты подведут?..

Аня валялась в глубоком обмороке, так что все проблемы, как обычно, на мои плечи.

Я прикрыла глаза и мысленно очертила границу, за которую тени не могут ступить. Как и любые порождения Ужаса, они не могут проникнуть за границу фантазии и разума, но легко могут её разрушить. Выставленные щиты — явление временное, особенно если учесть, что сила для них берётся из личных резервов. Передержал — и конец жизни высока вероятность провести в дурдоме.

Так, успокоиться. Насколько я понимаю, передо мной тёмные духи — ночные страхи, боязнь темноты и смерти и так далее. Те незримые создания, тысячи которых вылазят из щелей тёмными ночами, захватывая в плен слабых людей. Те, что рождаются в глубинах Чёрного Дита. А что это? Впрочем, не важно. Сам факт: Филона вызвала из глубин несколько таких созданий и дала им пародии на тела. И всё для меня, любимой. В общем, я польщена.

Ну, философия — это хорошо, но не тогда, когда у тебя планируют выпить душу. С другой стороны, я не стала бы пускаться в размышления, не будь я уверена в помощи карт. Я привычно потянулась к энергии Таро…и не получила ответа. Ободряющее тепло пропало. В общем, «детка, разбирайся сама». Мама, роди меня обратно… Что теперь?!?

Надо срочно вспомнить, что я чувствовала, когда уничтожила теней в переулке. Блин. Я была в эйфории. Я ничего не помню.

Боль. Она вдруг взорвалась в голове. Я открыла лаза, и сквозь разноцветные круги увидела, что одна из теней с силой вонзила свои длинные когти в мою защиту. От боли я перестала что-либо соображать. Она теперь поселилась во всём теле, поднимаясь откуда-то изнутри. Все жуткие моменты в жизни вставали перед глазами странным заревом.

Я осознала, что схожу с ума. В последний момент, ни на что не надеясь, я всё же убрала защиту. Моё — со мной…

Боль прошла. Она уступила место злости. Ну, уж нет!

Мне показалось, что я вижу огонь походного костра где-то вдали. Этот же огонь пронёсся по моим жилам.

Один из призраков легко подплыл ко мне.

Я ощутила, как мои ногти становятся длинней и крепче, а время для моего восприятия замедляется, чёткость зрения повышается.

Тень замахнулась.

Ноги мои слегка оторвались от пола. Я подалась вперёд…

В итоге мы с тенью ухватили друг друга за руки.

Я ощутила дикий, пронизывающий укол холода. По всему телу прошёл спазм. Голову пронзила резкая боль.

Я изо всех сил попыталась отрешиться от всего этого и сконцентрироваться на образе костра. Внезапно я буквально почувствовала дикий вопль, взорвавший пространство. Он был беззвучен, но в то же время плотен и осязаем.

Я резко открыла глаза. Тень таяла, плавилась, как лёд, стекая на землю неприглядной лужей. Скоро я ощутила, что держу в руках жидкую грязь. Руки непроизвольно разжались — меня просто передёрнуло от омерзения. Лужа черноты вдруг впиталась в пол, словно там возник невидимый глазу слив.

В то же время моё тело вдруг окутало огненным заревом. Если раньше мои ноги были слегка оторваны от пола, то теперь я взмыла где-то на метр, оказавшись просто под потолком.

Чёрные духи шарахнулись от моего сияния, как от проказы. Один из них, — видимо, самый сообразительный, — метнулся к Ане, которая явно не вовремя пришла в себя и изумлённо смотрела вокруг, не понимая, что происходит. У тени выдвинулись когти, которые сделали бы честь любому хищнику.

Я кинулась наперерез твари, не касаясь ногами земли, и развила просто невероятную скорость. Таким образом, мы с тенью очутились около девушки примерно одновременно. Чёрные когти были в каком-то сантиметре от горла Ани…но я с силой ударила тень туда, где по идее должно находиться сердце. Когти замерли. Тень дико взвизгнула и начала таять, как и предыдущая. Я испытала мимолётное торжество…

И тут меня пронзила дикая боль. Нет, не та, что бывает, когда тебя чем-то бахнут по голове. Нет, такая боль возникает, когда кто-то, кого любишь, умирает или предаёт. Это не только боль в прямом смысле слова — это тоска, безысходность, грусть, пустота. Я едва нашла в себе силы повернуться, чувствуя, как удаляется тёплый костёр. Я рухнула на колени, ощутив боль в плечах — из ран вновь хлынула кровь.