Сказки Большого озера - Кэролайн Барт

– Ты еще долго будешь так вести себя? – Его крик сменился шепотом, но это было еще страшнее.

Ребенок широко раскрытыми глазами смотрел на отца, не в состоянии от страха отвести от него взгляд. Он не плакал, но в горле мальчугана застыл всхлип, он почти задыхался, не в силах вдохнуть воздух.

Нэнси прижала к подбородку сжатые кулаки, почти окаменев от отчаяния, как бывало в прежние годы. Ее замершие чувства всколыхнул только сдавленный вскрик Джонни.

– Мамочка!

Нэнси бросилась к сыну и, опустившись на колени, обняла его.

– Успокойся, мальчик мой. – Она старалась говорить спокойнее, чтобы не усугублять страх сына. – Все будет хорошо, папа любит тебя, не надо плакать.

Вэл отошел от Нэнси, сидящей на полу с сыном, и встал к ним спиной, молча глядя в темноту иллюминатора.

8

Нэнси вдруг ясно осознала, что ее бывший муж психически болен, поэтому его бесполезно упрекать или в чем-либо убеждать. Надо уезжать как можно быстрее, а пока спасаться в каюте вместе с ребенком. Напрасно она согласилась переночевать. Надо было уезжать сегодня же. Может, ей удастся сбежать с яхты?

Нэнси успокоила Джонни и вместе с ним поднялась с пола.

Избегая смотреть на бывшего мужа, она направилась с ребенком к выходу из этой жуткой пещеры восточных сокровищ.

– Куда вы? – сдавленным голосом спросил Вэл. – Вернитесь!

– Сейчас вернемся, я только умою его, – мягко сказала Нэнси.

Оказавшись в длинном коридоре, Нэнси быстрым шагом пошла по направлению к кубрику, намереваясь забрать свою сумку и сейчас же бежать с яхты, чтобы ехать домой. Джонни, держа мать за руку, мелкими шажками семенил рядом, изредка всхлипывая. Схватив сумку, Нэнси устремилась к выходу и в проеме двери почти столкнулась с Вэлом.

– Никуда ты не поедешь, – уверенно и бесстрастно проговорил он, беря сумку из рук оторопевшей женщины.

Нэнси, волнуясь за нервную систему испуганного ребенка, подчинилась требованию бывшего мужа и вышла вслед за ним из кубрика. Но, увидев умоляющий вопросительный взгляд сынишки, она быстро приняла решение.

Проходя по коридору и держа за ручку Джонни, Нэнси чуть отстала от Вэла. Поравнявшись с каютой, где спал Джонни, она быстро толкнула дверь и, втащив внутрь сына, повернула защелку.

– Ты что, Нэнси? – Вэл несколько раз подергал дверь.

Нэнси сначала молчала, но потом собралась с духом.

– Я должна успокоить ребенка и уложить его спать, – проговорила она. – А завтра мы поедем домой.

– Это я буду решать. Поедете вы или нет. – Голос из-за двери был спокоен. Чувствовалось, что Вэл принял решение. Пока не известно, какое, но ничего хорошего, судя по всему, это не предвещало.

Нэнси взяла на руки заплакавшего Джонни и прижала его к себе.

– Вэл, пожалуйста, не надо обострять ситуацию, – почти ласково произнесла она. – Я уложу ребенка спать и сейчас приду.

– Хорошо, я буду ждать тебя, – сказал он резко. – И попробуй не прийти.

– Только, пожалуйста, не стучи больше, Джонни сильно напуган, поверь мне, и нужно немало времени, чтобы успокоить его.

Джонни тихо плакал, обняв мать за шею и дрожа всем телом. Нэнси понимала, что сейчас самое главное – успокоить малыша и уложить его в постель.

Больше часа понадобилось Нэнси, чтобы ребенок успокоился и начал засыпать. Временами он неожиданно открывал глаза и начинал хныкать. Тогда матери приходилось баюкать его, ласково поглаживая по животику. Наконец дыхание мальчика стало ровным и спокойным. Нэнси осторожно откинулась на подушку и легла рядом с сыном, чувствуя, что сама засыпает. Все переживания сегодняшнего дня, показавшегося ей очень длинным, обессилили ее нервную систему. Засыпая, молодая женщина успела подумать, что ей необходимо как-то связаться с Майклом, разработать план бегства с яхты и… провалилась в глубокий тревожный сон.

Мгновенно пробудившись, как будто ее кто-то включил, Нэнси взглянула на часы. В неверном свете, пробивавшемся из-за темных штор, она рассмотрела положение стрелок: шесть тридцать. Первая ее мысль была о Майкле. Он должен приехать к одиннадцати, как они договорились. Но, уже изучив некоторые привычки своего любимого, она не сомневалась, что он будет здесь намного раньше. Ведь Майкл наверняка понял, что произошло что-то непредвиденное и она ждет его помощи.

Все еще лежа в постели и с нежностью глядя на крепко спящего Джонни, разметавшегося на большой подушке, Нэнси неожиданно почувствовала, что постель легонько покачивается. В душу закралось неприятное предположение. Осторожно, чтобы не разбудить сына, она встала с кровати и подошла к иллюминатору. Приоткрыв штору, она обомлела.

Вокруг была вода. Высунувшись из иллюминатора, насколько это было возможно, молодая женщина увидела, что берег остался далеко позади в предутренней серо-сиреневой дымке. Ее мысль заработала четко и определенно. В сложных жизненных ситуациях Нэнси всегда обретала мужество и спокойствие. Она чувствовала себя не жертвой, а бойцом, которому надо выйти победителем из схватки с коварным врагом. Теперь только от ее самообладания зависела ее жизнь и… может быть, жизнь ее ребенка.

Вэл отчалил часа три назад, прикинула она, глядя на расстояние до берега. А Майкл не знает ни названия яхты, ни имени ее владельца. При этих мыслях у нее похолодело внутри, и душа на мгновение куда-то провалилась. Но здравый рассудок был начеку.

За Майкла не надо волноваться! – решила она, и вынырнувшая душа возликовала. Вот только успеет ли он. Ведь теперь Вэлу ничего не стоит просто выбросить меня за борт. А потом вызвать спасательную службу и изобразить безутешного мужа, умоляющего найти его жену, которая вывалилась за борт, не умея плавать. Вариантов много…

А ребенок останется с ним – и больше никаких проблем.

Самое главное, продолжала рассуждать Нэнси, не выходить из комнаты. Нет проблем, в каюте есть туалет и ванная. Но если Джонни захочет есть… Что ж, в сумке у нее есть пара бананов и большая плитка шоколада. А там и Майкл подоспеет…

В том, что Майкл их выручит, она не сомневалась еще вчера, но теперь, обнаружив себя на борту яхты, уходящей все дальше от берега, Нэнси стала волноваться. Она пыталась представить себе ход рассуждений Майкла… Как, не зная названия яхты и имени ее владельца, определить, в какой части огромного озера она находится? Но Нэнси настолько доверяла своему любимому, что, вопреки ситуации, продолжала верить в силу его профессиональных возможностей и… любви к ней.

Отойдя от иллюминатора, Нэнси взглянула на спящего ребенка и открыла дверь в ванную комнату, которая представляла собой общую туалетную каюту: с унитазом, большой ванной и огромным трюмо с массой туалетных принадлежностей в шкафчиках вокруг него. Напротив ванны была еще одна дверь. Толкнув ее, Нэнси обнаружила маленький кубрик с подвесной койкой и небольшим письменным столом, прикрученным к полу, как и полагается на морских судах. Рядом со столом было крутящееся кресло, также привинченное к полу.