Ледяные звезды - Михаил Сурин

– Сюрикены, – открыл Голубев черную коробочку. – Изготовлены из стекловолокна, поэтому незаметны для металлоискателя. Носи их всегда при себе. А это твои туфли, – Голубев взял черные остроносые лакированные туфли и показал Феликсу, – они особенные, из носка выдвигается лезвие при нажатии большим пальцем ноги.

Феликс улыбнулся.

– А теперь самое интересное. Это твой паспорт, – сказал Голубев. – Посмотри.

Феликс осторожно приоткрыл книжицу, словно ожидая, что она вот-вот взорвется.

– Дмитрий Сергеевич, вы, наверное, издеваетесь… Я – женщина?

– Не беспокойся, Феликс, я дам пожить тебе и мужской жизнью. А это так, временно. Чтобы малазийские таможенники не знали, что в их страну въехал весьма любопытный тип. – Голубев расплылся в улыбке, протягивая еще один паспорт.

Итак, в Малайзии с трапа самолета шагнула леди Изабелла Штауфенберг. Звонко цокая шпильками о мраморный пол, она прошла в зал регистрации.

– Снимите ваши очки, пожалуйста, – учтиво попросила красивая девушка за стойкой, и Изабелла подчинилась, внутренне опасаясь, что девушка заметит блеск заинтересованности в ее глазах и спишет все на лесбийские наклонности Изабеллы. Однако девушка, покосившись на фотографию в паспорте, вернула его обратно.

– Похож… жа? – спросила Изабелла, поперхнувшись.

– Желаю приятно отдохнуть в нашей стране, – учтиво ответила девушка.

Изабелла криво улыбнулась и, надев очки, приняла паспорт и визу.

– Мужики нынче пошли не те, – сказала девушка, когда Изабелла была уже далеко.

– Не говори! – усмехнулась ее напарница. – Так и норовят в девку переодеться.

Изабелла вышла из аэропорта и сразу стала искать глазами такси номер «595НZ99», марка авто «Proton». Она прошла вдоль парковочной площадки. Вот он. Изабелла открыла дверь и села в автомобиль.

– Изабелла Штауфенберг? – спросил водитель, не оборачиваясь.

– Ага, – ответила она женским голосом.

– Милый голосок.

– Согласна.

– А можно я вас поцелую? – усмехнулся водитель.

– Я те поцелую, – пробасила Изабелла. – Ты Серж Траян?

– Ага, – ответил Сергей. – А ты Изабелла?

– Я такая же Изабелла, как и ты – Катя, и ты это знаешь, – сказал Феликс, стягивая парик.

Серж обернулся.

– Ты точно водитель? – усмехнулся Феликс, глядя на его физиономию. – Или только когда этого хочет начальство?

– Я все умею.

Серж оказался двадцатитрехлетним парнем, только что закончившим Академию. Худощавый, скуластый, со слегка вытянутым лицом. На вид эдакий компьютерный червь, проведший перед экраном монитора чуть ли не всю свою сознательную жизнь. И, естественно, как бы подтверждая данное сравнение, лохматый, небритый и крайне неухоженный.

– Хм, понятно. Ладно, трогай, где там твое логово? – спросил Феликс.

– Я живу в фургоне.

– Где-где? – опешил Феликс.

– В фургоне. Удобно, мобильно, не приносит лишних затрат.

– Я с тобой жить не буду, – замахал руками Феликс. – Нет.

Серж расхохотался.

– С таким красивым мужчиной, как я?

– Вези меня в какую-нибудь гостиницу помоднее, специально для такой красивой девушки, как я.

– Кстати, Феликс, ты ходишь на шпильках так, будто тебе в задницу запихнули сейф. Расставив ноги. Со стороны смотрится комично и выдает в тебе трансвестита-недоучку.

– Хм, да? Ладно, я учту твой совет.

– А теперь я отвезу тебя в свой фургон. Тебе надо переодеться и смыть грим. И вообще советую побыть пока мужчиной. То есть до тех пор, пока ты не освоишь новую науку – шаг от бедра на туфлях с высоким каблуком.

Глава 15

24 октября 2021 года,

Куала-Лумпур, Малайзия, 09:03.

Клара открыла глаза после чудесного сна. Полосы ткани причудливо переплетались над круглой кроватью. Клара потянулась и сладко зевнула. Так хорошо ей, кажется, никогда не было. Она повернулась на бок и села в постели. Сквозь шторы пробивался свет и, когда Клара распахнула их, он ворвался в комнату.

Клара оделась и спустилась вниз. В вестибюле было пусто и темно, но с кухни доносился звон посуды. Клара прошла на звуки и, открыв дверь кухни, застала там фрау Эльбенгрубер за готовкой завтрака. В нос ударил манящий запах тушеного мяса.

– Привет, – сказала фрау Эльбенгрубер, обернувшись. – Хочешь халакас? Если б я жила в Венесуэле, то была бы самой титулованной поварихой.

– Хочу, – улыбнулась Клара и только сейчас почувствовала, как она голодна.

Фрау Эльбенгрубер выложила на прозрачную тарелку сверток из кукурузного теста. Клара отрезала кусочек и обнаружила внутри тушеное мясо, листья подорожника и немного моркови.

– Кстати, Клара, – сказала фрау Эльбенгрубер, когда та принялась уплетать халакас за обе щеки, – вчера ночью приехал Алекс Эберт.

– Да? – ответила Клара, проглотив кусок. – А где он сейчас?

– Спит, устал с дороги. Он просил передать тебе это.

Клара приняла из рук фрау Эльбенгрубер конверт.

– Алекс всегда любил тайны, – улыбнулась она.

У себя в комнате Клара, аккуратно распечатав конверт, достала письмо.

«Доброе утро, мисс О’Тулл! Уверен, мы не увидимся с вами до завтрака, поэтому хочу поздороваться с вами письменно. Уверен также, что Ирида Эльбенгрубер очень хорошо приняла вас, и вы довольны. В ящике своей кровати вы найдете немного денег, чтобы неплохо провести этот день. За ужином мы встретимся, и я передам вам необходимые инструкции».

Клара сложила письмо и, приподняв простыню, выдвинула из кровати ящик. Достав оттуда еще один конверт, она обнаружила там семьсот ринггитов.

«Неплохо, Савецкий, оказывается, не такой жадина, как я предполагала», – подумала Клара, пересчитав пластиковые банкноты. А еще она смекнула, что Савецкий, возможно, побывал в ее комнате, пока она спала, иначе откуда появиться наличным. Отныне будем закрываться.

Через полчаса Клара вышла за ворота и, пройдя три квартала, вышла на Персекутуан. Там она поймала такси и отправилась в центр города.

Красота! Таких городских пейзажей она никогда не видела. Могучие здания из стекла и бетона соседствовали с живописными старинными особняками самых различных стилей. Клара восхищалась видами Таман Тасик Пермансури, замирала на мостике между башнями Петронас Твин Тауэрс, зачарованно озиралась, осматривая экспонаты Национального музея. Похоже, в профессии шпиона есть свои плюсы. Клара поймала себя на мысли, что ведет себя, как японская туристка: беспрестанно щелкала фотоаппаратом. Что ж, будет, чем похвастаться дома.

Она даже не заметила, как стемнело. Мрак опустился бесшумно, как черная пума, поглотив город, который зажегся сотней тысяч огней, паутиной неона, сосудами магистралей. Казалось, улицы не только не опустели с приходом темноты, а наоборот, только наполнились людьми, и Клара едва не потерялась в толпе гуляющих.

Лишь поздно вечером она добралась до особняка Эберта. Сторож Альф открыл ей ворота, но не пускал до тех пор, пока не получил указаний от фрау Эльбенгрубер. Особняк стоял, освещенный десятком огней, вдоль дорожек горели маленькие фонарики. У порога Клару встретила фрау Эльбенгрубер.

– Как вам наш город, Клара? – спросила она, взяв Клару под руку.

– Мне понравилось, – ответила та, проходя в вестибюль.

– Там, в столовой, вас дожидается ужин и Эберт. Он хочет вам кое-что сказать.

– Кто? Ужин или Эберт? – улыбнулась Клара.

Фрау Эльбенгрубер засмеялась и, махнув рукой, направилась вверх по лестнице в свою комнату.

Клара тихо подошла к дверям столовой и, приоткрыв, заглянула внутрь. За длинным столом сидел незнакомый мужчина в очках. Широкая спина его тяжело вздымалась при вдохе.

– Алекс Эберт? – спросила Клара.

Мужчина обернулся. Нет, Кларе он был не знаком, а ведь она ожидала увидеть Савецкого. Мужчина почесал широкое вспотевшее лицо и растерянно улыбнулся.

– Я?

– Конечно не ты, конечно я, – Савецкий появился позади Клары так незаметно, что та вздрогнула.

– Уф-ф… – вздохнула она, – я так и знала, что это ненастоящий Эберт.

– Да ничего вы не знали, – отмахнулся Савецкий. – Непонятно, что ли, было? Садитесь, ваш ужин почти остыл.

С этими словами Савецкий наклонился к незнакомцу и прошептал ему что-то на ухо, после чего тот пододвинул тарелку и принялся жадно уплетать свою порцию.

– Кстати, Клара, вы говорите по-русски? – поинтересовался Савецкий, он же Эберт.

– Немного, – Клара взяла в руки вилку и рассеянно поворочала спагетти в своей тарелке.

– Это хорошо. А я знаю русский язык в совершенстве. Я бы советовал вам выучить его, очень красивый и сложный язык.

Клара еле заметно улыбнулась. «Еще бы, это ж твой родной язык, товарищ Савецкий!», – подумала она.

– Это кто? – спросила Клара, указав на незнакомца, который уже почти опустошил тарелку.

– Это мой клон, если так можно сказать, – улыбнулся Савецкий. – Он представляет мои интересы, когда мое личное присутствие невозможно. Мы чем-то похожи с господином Соллано, не так ли?