Круиз Розовая мечта - Мила Бояджиева

- Грустно. - Вздохнула я. - Но ведь во все века мужская половина человечества была увлечена политикой, делами, творчеством... Конечно, пахарей и лесорубов было больше, чем людей умственного труда, но и королям были не чужды плотские увлечения... - Заметила я, думая о своих проблемах.

- Но поговорку "х... слесаря лучше, чем ум профессора" можно считать вневременной. Нормальной женщине мало самых тонких, самых лирических отношений, если её спутник жизни не проявляет себя самцом... Вот, к примеру, твой случай. Типичная история. Клиническая картина - раскрепощение скрытой сексуальности в экстремальных условиях. Тебе же самой все ясно! Понятно, что опасность, погони, выстрелы, а затем надругательства старика выпустили джинна из бутылки. Возможно, у тебя есть и скрытая склонность к групповому сексу. Ведь, в сущности, этот парень держал тебя - то есть вы занимались любовью втроем, что очень возмутило его и, конечно, тебя, хотя твоя реакция с виду носила негативный характер... Но на следующий день... Галина подозрительно уперлась в мою переносицу профессиональным взглядом. На следующий день ты испытала неожиданные для себя по силе и яркости ощущения в ситуации, которую считала заведомо неприемлемой. Если учесть специфику твоей семейной жизни... Пятнадцать лет в прочном браке - это срок! И ты говоришь, что у вас с мужем все обстоит нормально - никаких неудовлетворенных потребностей?

Мне показалось, что в раскосых глазах мелькнуло не столько недоверие, сколько сожаление и скрытая насмешка.

- Никаких... - Я застенчиво опустила глаза, словно призналась в самом страшном. - С Сережей у нас все обстоит наилучшим образом. Я ни разу не изменяла ему. Просто и мысли такой не было...

- А теперь есть. И притом - неотвязная. - Строго посмотрела на меня Гюльшахноз. - У таких тихонь, как ты, садо-мазохистские тенденции ярче проявляются... Теперь тебе мирного секса в супружеской постели явно не хватит.

- Ты что? Дело совсем не в этом... Просто комплекс вины... Я должна от него освободиться, рассказать Сергею, но не могу. И лишь только усугубляю свое состояние.

- Ну, считай, что рассказал мне, а я приняла меры. Хочешь на гипноз походить?.. Ну, понятно... А как насчет того, чтобы завести партнера помоложе да поразвратнее? Денег-то у тебя хватает. И данные есть.

- Нет, дорогая, это отпадает. Я хочу вернуть то, что у меня было. Именно то, что я имела и чем очень дорожу - семейный покой и гармонию... Как это ни смешно звучит.

- Не скрою, - смешно. И даже до противного фальшиво. Нельзя вернуть то, чего у тебя давно уже нет. Ты жила иллюзиями, которые умело вбила себе в голову. Случай разрушил твой игрушечный мирок. Пойми, это произошло бы все равно - днем раньше, днем позже. Ты и так долго продержалась природная склонность к самогипнозу, искусственно подавленные желания.

- А разве ощущение благополучия и счастья не есть вообще продукт нашего собственного воображения?

- Разумеется. Но продукт скоропортящийся. А ты будто в заморозке свою так называемую супружескую любовь лет десять продержала.

- Мне, действительно, было очень комфортно...

- А чего ж ты тогда в этот круиз потащилась, одна, без своего благоверного? За какими такими туристическими впечатлениями, а? - Галина удовлетворилась моей растерянностью и заключила. - Вот это и есть - зов подсознания.

- Так что же мне теперь делать, если ни признаваться мужу, ни искать приключений на стороне я не хочу?

- Стресс стрессом вышибают... - Задумалась Галина, обшаривая взглядом гостиную. - А эта дверь куда?

- В кабинет Сержа. А там - спальня. Четыре комнаты, санузел раздельный. Кухня 9 квадратных метров.

- Кухня девять? - Узкие глаза Галины округлились от ужаса. - да кто же теперь с такой кухней живет? И ещё санузел раздельный! Ну-ка, проводи!

Воспользовавшись туалетом и вымыв руки в ванной комнате, Галина торжественно заявила:

- Так жить нельзя. И о каких-таких приключениях может болеть голова с подобным унитазом - это ведь чешский "компакт"?

Я пристыженно кивнула.

- Садись и записывай. Ее зовут Светлана. Лана Рахминская. Дизайнер по интерьеру в СП "Комфорт" - они совместно с итальянцами весь интерьер оформляют - от евроремонта до подвески штор. Светлана своего мужика у меня анализировала - с потенцией слабовато. Его деловые партнеры совсем затрахали. Зато оплата хорошая. Трехэтажный особняк по Минскому шоссе загляденье. Весь отделан "от и до"! Ты сама все поймешь и просто заболеешь. Это тебе не под маджахедом на камне дрожать. - "Райское наслаждение"... Да, ну, конечно, сама понимаешь, - таблеточки успокоительные на ночь глотай, хорошо бы на спорт подналечь... В общем-то тебе после визита к Ланке будет не до этого. - Пообещала на прощанье Галина.

Через три дня я катила в гости к Светлане Рахминской. Особняк и его владелица потрясли мое воображение. Гюльшахноз оказалась права: теперь, просыпаясь в ночи, я видела не смуглые узкие бедра турецкого паренька над моим распростертым телом, а зимний сад с экзотическими растениями под сводчатым стеклянным куполом подмосковного особняка.

Конечно, я не впервые сталкивалась с роскошью - новой отечественной или импортной, и знала все, что можно знать о комфорте на "уровне мировых стандартов". Но все это было как-то отдельно от моего уютного, старомодно-патриархального дома, каждый уголок которого хранил воспоминания об иллюзорном благополучии эпохи ГУЛАГа и культа личности, настолько заманчивом, как иллюстрации в "Книге о вкусной и здоровой пище", вышедшей в те годы. И, конечно, напоминая о семи годах нашей счастливо прожитой жизни. Эта квартира - в громоздком "сталинском" доме неподалеку от метро "Сокол" досталась мне от отца, переселившегося ко второй жене в Тбилиси. Владеть недвижимостью тогда ещё не разрешалось, поэтому мы устроили родственный обмен - отец, сохранив московскую прописку, "въехал" в коммуналку Баташовых, а мы с Серегой поселились в просторных хоромах, забитых книгами и вещами моего грузинского деда, до самой своей смерти не пожелавшего увидеть невестку, собственную внучку, правнучку, уже готовившуюся пойти в школу. Мама считала, что её бывший свекор давно и тяжело болен, находясь в психической депрессии. Отец придерживался мнения, что физические недуги ученого-сталиниста - следствие его духовной деградации. Он оставил на полях дедовских трудов весьма красноречивые замечания.

- Ты, Слава, книги деда не жги, не надо. У меня у самого руки чесались. Оставь - это позор и клеймо нашего рода. Пусть будут назиданием следующим поколениям, как бациллы чумы в пробирке. Потомки должны знать, чего следует бояться. - Сказал мне отец в последнем телефонном разговоре, связанном с передачей жилплощади. И добавил. - Поздравь внучку с первым сентябрем - она теперь школьница. Пусть узнает правду и о своем прадеде и обо мне...

Больше услышать голос отца мне не довелось. Мои родители развелись, когда мне было семь лет. Я почти не вспоминала об отце, забывшем про меня. И только став взрослой, я узнала от матери, что отец сознательно отстранился от нашей жизни. Он числился в диссидентах и не хотел омрачать благополучие дорогих ему людей. Сам же Георгий Каридзе взвалил на себя нелегкую миссию искупления грехов предков. Ни сам он, ни моя мать не хотели посвящать меня в подробности развода и каждый из них старался держаться подальше от семьи Баташовых. Увы, положение Сергея, окруженное туманом таинственной недоговоренности, не способствовало родственным контактам.

С начала девяностых голов, после того, как С. Баташов стал руководителем загадочного подразделения "Сигма", мы начали сказочно богатеть. В один прекрасный день, купив холодильник, кухонный комбайн фирмы "Симменс", а также японский телевизор с невероятно огромным экраном. я поняла, что совершила качественный рывок к совершенно иному уровню жизни. "Вольво", гараж во дворе, шубы, драгоценности, изящные бытовые безделушки я приобретала уже с легкостью и быстро вошедшей в привычку широтой, выбирая самое лучшее и дорогое. Тут же появилась потребность посещать элитарный дамский клуб, оснащенный хорошей релаксационной базой, проводить свободное время в экзотических путешествиях. мы смогли оплатить обучение дочери в старших классах прекрасной английской школы на территории Великобритании, а у меня появилось достаточно времени для докторской диссертации. Психотерапевт Баташова принимала в диагностическом центре "Евромед" всего два раза в неделю, отдавая все свободное время научной деятельности, эпизодическим курсам лекций в Институте психологии, а также приятному времени забот о любимом муже.

Совершенно непонятно, как это до сих пор мне не пришло в голову переоборудовать наше мемориальное жилище - этот "дом-музей ученого-историка эпохи культа личности". Наверно потому, что атмосфера старой московской квартиры очень нравилась мне, соответствуя идеальному образу, появившемуся после посещения Тайцевых. Эта уютная старомодность, обаяние погребенных иллюзий, ещё живущие в фильмах Александрова, Пырьева, и даже запах слоеных пирожков с курагой и изюмом - все обволакивало меня теплым коконом устойчивости, надежности, какого-то патриархального благополучия.