Спящая планета - Уильям Беркетт

— Вперед! — пронзительно кричал какой-то тип. — Он пытается ускользнуть в дыму. За ним!

Солдаты скрылись в клубах дыма. Командир двинулся было за ними, но заколебался, потом присел за диваном. Послышались звуки выстрелов, крик муки, потом настоящий рев. Лларанец за диваном подождал, пока стрельба не прекратилась, а рев не стал совсем громким, и отправился на место перестрелки, начальственно крича.

Когда он ушел, Риерсон скользнул за угол, перескочил через наваленные тела и рванул вверх по лестнице. На полпути он миновал второго обладателя нашивки с кометой, лежащего без сознания и с оторванной по локоть рукой. Другая рука сжимала все еще дымящийся пистолет.

Лестница шла наверх через небольшую будочку на крыше, из которой смотритель парковки следил за передвижением посетителей. Риерсон остановился у двери и осмотрел крышу.

На покрытой гравием площадке была припаркована авиетка, в ней сидел только один лларанец в похожем на пузырь кокпите, что-то возбужденно говоря в коротковолновый передатчик. Чтобы перебраться на следующую крышу, Риерсону пришлось бы пройти мимо авиетки, под взглядом лларанца, и с риском навлечь на себя погоню, которую тот мог легко вызвать по коротковолновику.

Он пересек крышу в несколько прыжков, взлетел вверх по короткой лестнице внутрь аппарата, остановился, чтобы прислушаться и дать глазам привыкнуть к мраку. Сейчас он мог слышать голос лларанца, но тот говорил так быстро, что слов нельзя было разобрать.

Риерсон подошел к лестнице кокпита и осторожно взобрался по ней. Когда его голова и плечи были над люком, он положил свою винтовку на мягкий подлокотник ближайшего пилотского кресла.

— Ллари.

Десантник ошалело подпрыгнул, развернувшись вполоборота на своем кресле и уронив микрофон. Когда он увидел винтовку и того, кто за ней, его лицо моментально приобрело цвет выгоревшего оранжевожелтого пергамента. Он судорожно глотал воздух, не в силах произнести ни одного слова.

— Ллари, ты покойник. Понял?

Глаза десантника показали, что он прекрасно понял.

— Но… — продолжал Риерсон, осторожно подбирая слова, — у тебя есть одна возможность увидеть еще один закат. Сказать — какая?

Лларанец торопливо закивал.

— Ты можешь поднять это судно?

— Могу, Дедышк. Как радист, я готовился вести судно, если пилоты…

— Мне не нужны военные церемонии. Мне нужно сотрудничество. Полное сотрудничество. Только так ты увидишь следующий закат. Понял?

— Что вы хотите от меня, Дедышк?

— Веди судно к северу ниже радарного горизонта и точно следуй моим указаниям. А если тебе придет идея пошутить, помни: они пожертвуют тобой, чтобы достать меня. Будь готов к действиям и останешься живым.

— Но… — лларанец замялся, — как может быть, что ты боишься смерти? Разве можно снова убить мертвого? Если ты Дедышк, смерть не должна страшить тебя. Если нет…

Его глаза сощурились, и рука потянулась к пистолету в кобуре.

Зазвучало радио, издав резкий требовательный писк.

— Ответь им, — сказал ему Риерсон, — и как следует.

Лларанец колебался, затем схватил микрофон:

— Это Ливар.

— Что там случилось, Ливар?

— Я… — Ливар беспомощно взглянул на дуло ружья, потом на его хозяина.

— Скажи им, — прошипел Риерсон, решив идти вабанк, — скажи им… что ты — пленник Дедышка.

Ливар содрогнулся, и было похоже, что он готов упасть в обморок. Риерсон сделал мысленную заметку, что надо бы в будущем разузнать побольше об этом Дедышке, и как можно скорее. Что бы там ни скрывалось под этим именем, раз оно вселяет такой страх в сердца ллари, оно стоит того, чтобы узнать о нем.

— Скажи им, — повторил он.

Ливар сказал им.

— Что? Слушай, Ливар, если ты снова хлебнул, пристрелю, точно…

Риерсон забрался в кокпит, сменил ружье на охотничий нож и держал его у горла Ливара, обезоружив его, потом взял микрофон.

— Ливар не пьян, — сказал он самым замогильным голосом, — он сообщил вам жестокую правду.

Ответа не было, только потрясенное молчание. Риерсон вдавил нож посильнее.

— Теперь, Ливар, пора куда-нибудь отправиться. И помни о радарах.

— Я буду… но почему вас это заботит? — Ллари был настойчив, Риерсон должен был воздать ему должное.

— Я не могу быть убит, — признался он скромно, — но ты можешь. А ты собираешься оказать мне услугу. Ты ведь рассчитываешь на какую-нибудь признательность за это с моей стороны?

Глаза радиста округлились:

— Я не думал об этом под таким углом.

Риерсон позволил себе длинный страдальческий вздох:

— Смертные никогда не думают. Это нам, духам и гоблинам, остается видеть всю картину целиком. А ну… — он кольнул ножом, — домой, Джеймс.

— Что?

— Поехали.

— На север?

— На север.

Судно стремительно поднялось вверх, прочь от пушек внизу, оставляя Бакстер позади, в вихре выхлопных газов. Ливар спланировал вниз и летел прямо над верхушками деревьев, вперед и вперед. Земля мелькала под ним как в калейдоскопе.

— У нас целый день, — сказал Риерсон, плюхнувшись в кресло за ллари, — и давай-ка полегче, осторожней.

Судно послушно сбавило скорость, и Риерсон откинулся назад, держа своего пленного пилота под прицелом его же плазменного пистолета. Это последнее усилие потребовало крайнего напряжения мускулов и нервов, теперь можно было расслабиться. Его желудок бунтовал, отвратительный привкус ощущался в горле. Но несмотря на это, Риерсон испытывал острое ликование.

Он пробил себе дорогу из фактически безнадежной ловушки, его преследователи понесли тяжелые потери, пережив смятение, разрушение, страх. Он заставил всю мощь Империи приостановиться и, может, выиграл чуточку времени, чтобы военные руководители Федерации что-то предприняли для освобождения землян от нашествия лларанцев. Он сдерживал взводы, корабли, радиооборудование — все это пусть в небольшой степени, но ослабляло позиции ллари. А теперь они и вовсе из кожи вон полезут, лишь бы только его найти, расходуя еще больше времени, человеко-часов и снаряжения.

Все, что ему нужно, — держаться на расстоянии одного прыжка от преследователей и продолжать наносить удары достаточно жестко и достаточно часто, чтобы они не успокаивались.

Все, что он должен сделать, — это нарушить равновесие в стане ллари голыми руками.

Под его внимательным взглядом Ливар соблюдал курс на север и вел себя прекрасно. Он не пытался сменить направление, не пытался сигналами просить о помощи, не пытался оставить включенным передатчик, чтобы привлечь внимание. По большому счету, он был очень хорошим маленьким ллари.