Взрослые девочки - Нэнси Холмс

Кеннет огляделся по сторонам и произнес, словно заправский заговорщик:

— Если я время от времени перехожу на шепот, так это из-за коллекции. Ты прав, Джереми, изумруды Баракета занимают… целую комнату.

— О Боже, — вздохнул Джордж, — надеюсь, вы не притащили их на мою яхту?

— Только один камушек, — сказал Кеннет. — Во всяком случае, я видел только один. Правда, самый большой. — Он явно дразнил Джорджа. — Остальные скорее всего в Саади-Сарае, неприступном дворце Баракета в Стамбуле. Думаю, тебе не стоит волноваться, Джордж.

— А как же самый большой изумруд? Он что, у нее на пальце?

Кеннет наслаждался моментом. Ответ должен понравиться всем.

— Нет. В самолете Алия спросила меня, видел ли я прощальный подарок Баракета. Естественно, он не мог подарить ей заурядную вещицу — как-никак, в следующий раз они должны встретиться за день до свадьбы. Я сказал, что не видел. Тогда она порылась в сумочке — знаете, какие сейчас в моде бездонные сумочки, — и вытащила камень размером с мой кулак. Должен вам сказать, я чуть не лишился дара речи. «Это пресс-папье, — пояснила она. — Пресс-папье весом в двести карат». — Кеннет сделал паузу, чтобы все смогли оценить размеры изумруда. — Ну а что касается самой Алии, думаю, нет смысла ее описывать — завтра вы сами увидите, какая это милая и обаятельная девушка.

Джорджа пригласили к телефону; вернувшись, он рассказал собравшимся о планах на вечер:

— Камилла, Джереми и Кеннет уже были в Монте-Карло, Дельфина и Алия здесь впервые. Жаль, что принцесса не сможет нас сопровождать, надеюсь, у нее еще будет возможность посмотреть окрестности. Поскольку я взял на себя ответственность за ваше европейское образование, сегодня мы ужинаем на террасе «Отель де Пари». Поэтому я хочу, чтобы вы оделись очень просто.

— У меня есть обыкновенное белое платье, — сказала Камилла.

— Я знаю, — откликнулся Джордж. — А ты, Дельфина, надень красное клетчатое. Я видел эти платья в гладильной, после того как Мадемуазель распаковала ваши чемоданы. Будете обманчиво-простыми девушками в скромных платьицах.

— Джордж — режиссер сегодняшнего вечера, — сказал Кеннет Джереми. — Кстати, в пятницу — праздничные ночные гулянья. Все женщины наденут драгоценности и затянутся в корсеты. Джордж хочет, чтобы наши красавицы пристыдили окружающих своей простотой. Он уже зарезервировал угловой столик на террасе, так что мы будем у всех на виду.

— Слава Богу, принцесса Алия остается на борту. Не хватало, чтобы она принесла с собой пресс-папье из изумруда. Тогда мы точно не выберемся отсюда живыми, — пошутил Джереми.

— Мне ужасно хочется на него взглянуть, — сказала Камилла. — Ладно, Дельфина, пора одеваться. Все, кто приезжает в Монте-Карло, первым делом торопятся посетить бар в «Отель де Пари». По пятницам там собирается вся местная знать: графини, княгини, баронессы и даже герцогини. Если человек не приходит, значит, он умер.

— Там что, только пожилые люди? — удивилась Дельфина.

— Для молодежи сезон еще не начался, — пояснила Камилла. — Как правило, jeuness d'or[3] появляется только в середине июля. Если, конечно, не считать приезжающих на Гран-при в последнее воскресенье мая.

Бар удивил Дельфину высокими потолками. Зеленые обои гармонировали с зеленью бархата на столах, за которыми крупье заманивали посетителей сорвать весь банк или хотя бы просто испытать судьбу. Сквозь высокие французские окна с цветными стеклами виднелось одинокое суденышко, торопящееся зайти в бухту до наступления темноты.

Дельфине обстановка очень понравилась.

— Контрасты просто поразительны, — заметила она. — Канделябр над головой весит не меньше трех тонн, да и стоит изрядно, зато такие плетеные стулья можно увидеть в каждом дешевом кафе на набережной.

— Подожди, скоро ты увидишь контрасты иного рода. Я не случайно выбрал это место, — сказал Джордж. — Не пройдет и полчаса, как мы начнем задыхаться от избытка вдовствующих представительниц высшей знати. Такие зрелища нельзя пропускать.

— Старые идиоты, — проворчал Джереми. — Они напоминают мне моего отца. Жизнь известна им лишь с одной стороны. Осколки древности, с их смертью уйдет в прошлое целая эпоха.

Вечерний пятничный парад начался. Все без исключения женщины имели в качестве спутников либо восьмидесятилетних стариков с моноклями, либо молодых жиголо.

— Сегодня собирается старая гвардия, — усмехнулся Кеннет. — В разгар сезона здесь можно увидеть самых удивительных и интересных людей. Монте-Карло всегда освежает.

— Ладно, — с улыбкой произнес Джордж, — пора обсудить меню.

Поднимаясь, Дельфина почувствовала руку Кеннета. Он пытался ей помочь. Удивительно приятный человек, подумала она. И лицо у него доброе. Когда он к ней прикоснулся, перед глазами ее вдруг возник Райан; девушка непроизвольно отдернула руку, и он тут же это почувствовал, поскольку понимал жесты так же хорошо, как и слова.

Проходя через зал на террасу, Джордж заметил поднимающуюся по лестнице молодую красивую девушку. Ее сопровождал мужчина гораздо старше, чрезвычайно элегантно и даже щеголевато одетый. Джордж, разумеется, его знал.

— Сейл! — воскликнул он, глядя на парочку. — Старина Ги! Какая встреча! Не видел вас с самой свадьбы, почти год. Присоединяйтесь к нам! Мы хотим пообедать на террасе.

Вначале Сейл крепко обняла Джорджа, затем Ги по европейскому обычаю дважды поцеловал его в щеки.

— Хорошенькая, — заметила Дельфина, когда Джордж подвел их к группе.

— Хорошенькая! — фыркнул Джереми. — Это не девушка, а мечта! Сейл Чамберс. Я видел фильм, после которого она стала знаменитой, — «Черный ангел». Уверен, что с ней ее муж.

Джордж торжественно представил супружескую чету.

— Рад сообщить, что Сейл и Ги Марэ, мои добрые друзья, сегодня обедают с нами. Дельфина Монро, лорд и леди Килмур, Камилла и Джереми, Кеннет Беннет.

Прежде чем он успел закончить фразу, метрдотель приставил к столику еще два стула.

Светлые волосы Сейл подстригла очень коротко, голубое шелковое платье с открытыми плечами было почти одного цвета с ее глазами. Черты лица Сейл поражали утонченностью, от нее веяло спокойствием и миром. В отличие от супруги Ги был человеком активным, беспокойным и полным энтузиазма. Он чрезвычайно гордился фильмом с участием Сейл, который был снят по его сценарию. Родился он в Болгарии, от отца-француза. Мать привезла Ги в Монте-Карло. Он был чрезвычайно знаменит во Франции, но в Америке о нем почти не знали. Темы для романов он черпал из своих отношений с Сейл. За столом он сел рядом с ней и, когда только было можно, брал ее за руку. Сейл за все время не проронила ни единого слова, как, впрочем, и все остальные, за исключением Ги, Джорджа и Кеннета.