Полное собрание сочинений - Юлий Гарбузов

коричневые жуки. Хлеб, яйца, сваренные вкрутую, и прочее продовольствие было также кем-то съедено. Даже яичную скорлупу сожрали. Остались только обрывки бумажных оберток да полиэтиленовых пакетов. Вокруг в изобилии, неприятно жужжа, роились мухи всевозможных размеров, мастей и оттенков: крупные, мелкие, круглые, длинные, черные, серые, синие, зеленые и еще Бог весть какие. Я поднял штормовку и отпрянул от неожиданности. Из-под нее с шипением выскочила полуметровая ящерица и стремглав кинулась наутек. Таких красивых ящериц я еще не видел даже по телевидению или на картинках. Серо-зеленая, с двумя рядами причудливых желтых пятен вдоль спины, она, отбежав от меня на несколько метров, остановилась и, вибрируя, с головой ушла в горячий песок. После бесплатного пиршества местные «пираты» оставили вокруг великое множество всевозможных следов и помета. В основном, как мне казалось, помет был птичьим.

«Что ж, — подумал я, — ничего не поделаешь. В конце-то концов, этого и следовало ожидать. Кроме того, даже если бы креветок никто не тронул, они бы все равно испортились на этой ужасной жаре». А бутерброды и яйца были бы сейчас очень даже кстати — я ужасно проголодался. Судя по высоте солнца, до заката еще можно успеть наловить сумку креветок и засветло вернуться домой.

Вооружившись сачком, я пошел на прежнее «креветочное» место и с удивлением увидел, что камни, среди которых я несколько часов назад ловил этих диковинных монстров, были глубоко под водой, а полоса пляжа стала заметно уже. Теперь креветки плавали около камней, которые раньше были далеко на суше. Уровень воды в море стал значительно выше, чем прежде. Что это, прилив? Но ведь и в Черном, и, тем более, в Азовском морях приливы и отливы совсем незаметны. А других морей в нашей стране нет. Опять загадка.

Отставив ее на потом, я принялся ловить креветок и вскоре снова наполнил ими болоньевую сумку. Положив ее в тень, начал собирать рюкзак. Вынув из полиэтиленового пакета часы, посмотрел на циферблат и не поверил своим глазам. В Елизарово было уже начало десятого вечера! Со времени моего выхода из НЛО прошло более двенадцати часов, а здешнее солнце прошло по небу всего лишь чуть больше половины дневного пути. Что тут за фокусы со временем? Или с солнцем? Связаны ли они как-то с принципом работы самого НЛО? Бог весть, что это за техника.

Удочку, которую я сегодня так и не использовал, а также рыболовный сачок, ласты, маску с трубкой и подводное ружье я завернул в старенькую пляжную подстилку, уложил за кустом, у самой стены обрыва, и сверху придавил несколькими увесистыми камнями, чтобы не унесло ветром. Зачем тащить обратно то, что в ближайшее время в Елизарово мне наверняка не понадобится? Упаковав рюкзак и с трудом взвалив его на спину, я двинулся в обратный путь.

Подъем наверх оказался значительно труднее, нежели спуск. Заметно сказывалась усталость. Подкашивались ноги. Приходилось отдыхать чуть не на каждом уступе. Скалы быстро остывали. Когда я достиг самого верха, солнце уже спряталось за горизонт. Начало смеркаться. Повеял легкий прохладный бриз, и я ускорил шаг, опасаясь, что меня в зарослях застанет темнота.

Быстро смеркалось, и я с трудом различал тропу. Чтобы остановиться и достать из рюкзака фонарик, требовалось какое-то время, но я дорожил каждой минутой и продолжал идти в сумерках, сгущавшихся с каждой минутой. В конце пути я на ощупь продирался сквозь кустарник, боясь потерять направление. Меня преследовал животный страх. Казалось, будто кто-то ужасный наблюдает за мной из темноты зарослей, выискивая удобную минуту, чтобы схватить и беспощадно растерзать.

В конце концов, я выбрался из зарослей и вздохнул с облегчением, увидав впереди темные контуры холма, а дальше, на фоне тускнеющего неба — знакомый силуэт НЛО. Забыв об усталости, я пошел к нему напрямик, не разбирая пути и спотыкаясь на ухабинах, кочках и камнях, скрытых под высокой густой травой.

Стремянка стояла на прежнем месте, белея при матовом лунном свете на фоне темной травы. Счастливый оттого, что в конце концов добрался до входа в свой дом, представлявшийся мне в ту минуту таким гостеприимным, я остановился у стремянки немного передохнуть. Усталость сковала мое тело. Казалось, у меня не хватит сил по ней взобраться. Я повернулся спиной к стремянке и, положив рюкзак на перекладину, ослабил натяжение шлей. Стоя таким образом, я отдыхал перед последним шагом к дому, уюту и комфорту. Без отдыха у меня на этот шаг, пожалуй, действительно не хватило бы сил.

Безоблачное небо успело уже стать черным, и его густо усеяли мириады звезд. Да-а-а, таких больших, ярких и многочисленных звезд в городе не увидишь даже в самую темную ночь. Необыкновенно крупная звезда горела высоко над морем. Она сияла голубым мерцающим светом, словно галогеновая лампа на столбе у моего двора. Прямо над нею, почти в зените, висела луна в фазе «первая четверть». Она тоже была необычайно яркой и будто бы крупнее, чем обычно. Мне даже показалось, что темноватые пятна на ее поверхности были совсем не такими, как я привык видеть. Но этому факту я не придал существенного значения и только пожалел, что совершенно не знаю звездного неба. Ибо по нему можно было бы однозначно определить координаты моего местонахождения.

Воздух был наполнен вечерней прохладой, ароматом цветов, стрекотом насекомых, криками птиц и других ночных созданий, сокрытых в темноте. Дышалось так легко, что вскоре моя усталость начала проходить, и я уже спокойно мог подниматься по стремянке с рюкзаком за плечами. Я чуть присел перед стремянкой, чтобы поддать повыше рюкзак, разогнул колени и, когда поворачивался лицом к стремянке, с восточной стороны над зубчатой кромкой леса моему взору предстала во всей своей красе полная луна.

Сначала я в этом не усмотрел ничего необычного, но потом вдруг вспомнил, что несколько минут назад луна была высоко в небе со стороны моря, притом в форме полукруга. Как она могла за такое короткое время поменять фазу и переместиться к самому горизонту, притом на восток? Что за нонсенс? Я снова посмотрел на то место, где видел луну в первый раз, и не поверил своим глазам: она все так же висела на прежнем месте — рядом с той самой ярко-голубой звездой. Я тут же снова взглянул на восток — там по-прежнему матово-белесым светом сияла полная луна. Уж не сошел ли я с ума? Что ж это получается? Две луны в небе! Невероятно!

Я снова и снова поочередно смотрел то на одну луну, то на другую, не доверяя собственным