Весь Эдгар Берроуз в одном томе - Эдгар Райс Берроуз

снабдил пленников значительной суммой денег, чтобы они могли сами приобретать необходимые им для производства вооружения товары. Эти деньги представляли собой золотые монеты самых разных размеров и веса. На одной стороне каждой был отчеканен отдаленно напоминающий оригинал профиль Сида, а на обратной — корсарский корабль. В течение многих поколений золотые монеты настолько прочно вошли в обиход, что охотно принимались в уплату даже живущими на границах владений корсаров племенами. Поэтому Дэвид без труда нанял восьмерых носильщиков с двумя коробами, чтобы нести все снаряжение экспедиции до их деревни, хотя на самом деле он планировал использовать их очень непродолжительное время. Вместе с носильщиками Дэвид и Джа вернулись во дворец. Капитан стражников, узнав их, кивнул и приказал пропустить.

Подходя к своей казарме, оба молились, чтобы Фитт еще не вернулся от Сида. Если сейчас он увидит их и начнет расспрашивать, все пропало. Затаив дыхание, оба заговорщика вошли в казарму, где Фитт квартировал вместе с ними. Но он так и не появился, задержавшись, очевидно, во дворце.

Возле двери, ведущей в сад, Дэвид приказал носильщикам остановиться, поставить короба около двери и ждать. Затем он тихо свистнул. Дверь отворилась. За ней стоял Танар. По знаку Дэвида носильщики вошли в сад, забрали два больших кожаных мешка и погрузили их в короба, накрыв крышками. Затем носильщики взвалили импровизированные носилки на плечи и направились обратно к воротам. Снова оба друга с замиранием сердца шли по коридору, опасаясь нарваться на Фитта, но и в этот раз все обошлось. У ворот их опять остановил все тот же офицер.

— Быстро вы управились, — сказал он, — а что у вас там в коробах?

— Там только наши личные вещи, объяснил Дэвид. — Когда мы вернемся, то принесем и все остальное снаряжение. Вы хотите осмотреть наши вещи сейчас или потом, вместе с остальным?

Капитан открыл крышку одного из коробов, глянул на кожаный мешок на дне и махнул рукой.

— Ладно, потом осмотрю все сразу, — сказал он, опуская крышку.

Хотя сердце его отчаянно билось, Дэвид заставил себя говорить обычным голосом, обратившись к начальнику.

— Когда Фитт вернется, господин капитан, — вежливо попросил он, передайте ему, пожалуйста, мою просьбу подождать нас в моей комнате. Мне очень нужно кое-что с ним обсудить.

Корсар нехотя кивнул в знак согласия и махнул рукой солдатам, чтобы те пропустили всю компанию.

Дэвид и его спутники сразу же повернули направо, но не доходя до базара, свернули в узкий переулок и вскоре очутились на параллельной улице. Лавки здесь были победней, народу поменьше и носильщики могли двигаться гораздо быстрее. Через некоторое время они уже были за пределами городской черты. Частью угрозами, частью обещаниями дополнительного вознаграждения друзья заставили носильщиков бежать трусцой.

Таким манером они довольно далеко отошли от города, прежде чем вынуждены были остановиться в полном изнеможении. После короткого отдыха и еды они возобновили свой путь и не снижали темпа, пока не добрались до лесистых предгорий далеко к северу от корсарской столицы.

Углубившись в лес, Дэвид объявил привал. Уставшие носильщики повалились на землю, а Танар и Дэвид достали из коробов кожаные мешки, развязали их и на глазах изумленных носильщиков выпустили оттуда двух девушек. От долгого пребывания в скрюченном положении они едва могли стоять на ногах. Танар обратился к носильщикам.

— Вы знаете, кто это? — спросил он, указывая на Стеллару.

— Не знаем, — ответили те.

— Ее зовут Стеллара и она дочь самого Сида. Вы помогли похитить ее из дворца ее отца. Вы знаете, что вас ожидает в случае поимки?

— Но мы же не знали, что мы несем! — закричал один из носильщиков, дрожа от страха. — Мы здесь ни при чем, это вы ее украли.

— И вы думаете, что корсары вам поверят? — насмешливо спросил Танар. — А что будет, когда они узнают, сколько золота вы от нас получили? Нет, они вам не поверят, и не мне говорить, какая судьба вас тогда ожидает. Но вы можете избежать этой печальной участи, если поступите так, как я прикажу.

— Говори, что делать? — взмолились носильщики.

— Забирайте свои короба и возвращайтесь по домам. Не говорите ни слова о том, что произошло. Никто не должен об этом знать, даже ваши жены. Если вы будете держать язык за зубами, никто ничего не узнает. А мы вас не выдадим, если вы обещаете молчать.

— Мы будем молчать! — в один голос закричали обрадованные таким исходом дикари.

— Даже друг с другом вы не должны обсуждать случившееся, — предупредил их Дэвид, — ведь и деревья могут иметь уши. А если корсары придут в вашу деревню и начнут задавать вопросы, скажите им, что видели трех мужчин и двух женщин, направляющихся на восток. Скажите, что вы их не узнали, но это вполне могли быть те, кого они ищут.

— Мы все сделаем, как ты говоришь, — пообещали носильщики.

— Тогда можете быть свободны! — разрешил Дэвид, и вся восьмерка вместе с коробами мгновенно скрылась из виду.

Когда обе девушки достаточно отдохнули и оправились от вынужденного заточения, маленький отряд снова двинулся в дорогу. Сначала они следовали на восток, но вскоре круто повернули к северу. Часть плана, разработанного Танаром, заключалась именно в том, чтобы сбить погоню со следа, отправившись на север, а не на юг или восток, как этого требовала логика вещей. Позже они смогут повернуть на восток, обойти возможный район поисков, а тогда уже двигаться на юг, к дому. Кружный и долгий путь, но зато безопасный, как казалось автору этого плана.

Дальше к северу лиственный лес сменился хвойным: соснами и кедрачом. Все чаще попадались места, поросшие причудливо искривленными карликовыми деревьями. Стало заметно холоднее, а когда дул северный ветер, путники дрожали от холода даже вокруг пылающего костра. Животные попадались все реже и были покрыты густым длинным мехом. Люди не встречались вовсе.

Как-то раз, остановившись на привал, Танар вдруг заметил