Весь Эдгар Берроуз в одном томе - Эдгар Райс Берроуз

вперед, спотыкаясь и падая, в поисках выхода. Большую часть пути туннель сохранял горизонтальное положение, но временами круто спускался вниз, так что беглецы с трудом удерживались на ногах, а иногда начинал вилять во все стороны, словно его строители сами не знали, куда пробиваются.

Но двое людей упорно продвигались вперед и только вперед. Их снова свалил сон, но произошло ли это от того, что они преодолели значительное расстояние или просто от слабости, вызванной голодом, они определить не могли.

Проснувшись, они продолжили свой путь, но сон на этот раз не смог восстановить их силы. Очень скоро Джад в изнеможении остановился.

— Я больше не могу, — прохрипел он, — и зачем только я позволил тебе втянуть меня в эту безумную затею!

— Тебя никто насильно не тащил, — напомнил ему Танар, — а кроме того, не забывай, что сейчас ты уже должен был бы перевариваться в желудках пещерников племени Закса.

Джад содрогнулся от омерзения.

— Знаешь, — сказал он, — я не очень боюсь смерти, но быть заживо сожранным этими тварями… бр-р-р.

— Ничего, — успокоил его Танар, — та смерть, что ожидает нас, будет легкой и приятной. Мы с тобой просто заснем и больше не проснемся.

— Но я вообще не хочу умирать! — жалобно простонал Джад.

— Но ведь ты всегда всем был недоволен, особенно своей жизнью. Неужели тебе ее так жаль?

— Ты ничего не понимаешь, — сказал Джад, — дело в том, что я счастлив, когда мне плохо и я чувствую себя несчастным и всем недовольным. А если мне хорошо, я чувствую себя просто ужасно. Поэтому я предпочитаю быть живым и несчастным, чем мертвым и счастливым.

— Ладно, соберись с силами, — засмеялся Танар, — я уверен, что конец туннеля уже близок. May уже проходил по нему и ничего не говорил мне, что он чрезмерно длинный. К тому же он прошел по нему до пещеры и обратно, а мы с тобой еще и половины его пути не проделали.

— Да, — снова заныл Джад, — пещерники едят мало, они привыкли голодать, а спят они реже, чем мы.

— В этом ты прав, — согласился Танар, — но у меня предчувствие, что скоро туннель все же кончится.

— Это я скоро кончусь, — ответил Джад, — хотя я никогда не мечтал о таком конце.

Обмениваясь мнениями, они продолжали медленно продвигаться вперед. Первым заметил забрезживший далеко впереди свет Танар.

— Смотри! — воскликнул он. — Я был прав, мы приближаемся к выходу.

Это открытие придало беглецам новые силы, они ускорили шаг, стремясь побыстрее добраться до источника маячившего впереди света. Чем ближе они подходили, тем ярче он становился. Наконец перед ними возник широкий проход. Но как ни вглядывались они вдаль, ни единого намека на дневной свет заметить не удалось.

— Куда теперь? — растерянно огляделся по сторонам Джад.

— Понятия не имею, — пожал плечами Танар.

— Эх, все равно помирать, так хоть при свете! — махнул рукой Джад.

В самом деле, темнота была, пожалуй, самым тягостным для обоих, привыкших с рождения к вечному дню и яркому солнцу. Для жителя Пеллюсидара темнота всегда представляется чем-то жутким и неестественным, настолько редка она в этом мире.

— Ну нет, — возразил Танар, раз уж мы вышли на свет, мы не умрем. Теперь я точно уверен, что мы вырвемся на свободу.

— А куда пойдем? — снова спросил Джад.

— Я предлагаю направо. Джад замотал головой.

— Я уверен, что ты ошибаешься.

— Если ты в этом уверен, пойдем налево, — не стал спорить Танар.

— Ничего я не знаю! — закричал Джад. — Я уверен только в одном: куда бы мы ни пошли, до добра это не доведет.

— Ясно, толку от тебя нет! — засмеялся Танар. — Ладно, иди за мной.

Без дальнейших рассуждений сарианин повернул направо и уверенным шагом двинулся по тускло освещенному коридору.

— Ты ничего не чуешь, Джад? — спросил он некоторое время спустя.

— Нет. А что?

— А я, кажется, чую свежий воздух. Думаю, мы сейчас очень близко от выхода на поверхность.

Танар почти бежал; усталость и голод отошли куда-то в сторону перед неожиданной перспективой обрести вскоре желанную свободу. О, как прекрасно снова увидеть дневной свет и вдохнуть насыщенный ароматами воздух! Как здорово оставить за спиной каннибалов-пещерников и не бояться больше снова попасть им в лапы! Но и к этим светлым надеждам примешивалась горькая мысль о возможном разочаровании. Что если свежий воздух с поверхности, который так дурманяще вливался сейчас в его ноздри, поступает сквозь какую-нибудь узкую горловину с гладкими недоступными стенами, вроде Звенящего Колодца, через который он сам попал в подземный мир пещерников? Или им вдруг у самого выхода встретится охотничья партия корипаев? Эти мрачные мысли так подействовали на Танара, что он невольно замедлил темп и перешел на шаг.

— Что случилось? — тревожно спросил Джад. — Только что ты бежал, а теперь еле ползешь. Только не говори мне, что ты ошибся и мы идем не к выходу. Я этого не переживу!

— Сам не знаю, что со мной, — признался Танар. — Наверное, я просто боюсь какого-нибудь непредвиденного осложнения. Согласись, это было бы ужасно жестоко и несправедливо именно сейчас, на пороге свободы, увидеть крушение всех надежд.

— Это было бы ужасно, — согласился Джад, — но я, например, ничего другого и не ожидаю.

— Ну конечно, — с сарказмом отозвался Танар, — ты даже из неудачи готов извлечь удовлетворение.

— Такая уж у меня натура, — уныло кивнул Джад. — Я ничего не могу с собой поделать.

— Ну тогда приготовься к самому печальному событию в своей жизни! — вдруг весело воскликнул Танар. — Вот он, выход!

Он произнес эти слова сразу