Твое... величество! Anthology - Галина Дмитриевна Гончарова

- И сесть на трон?

- Безусловно. Если она договорится с королем.

В этом Марк сильно сомневался, вспоминая Дианочкины объемы. Но…

Сын? Иоанн мечтал о сыне.

- Я должен поговорить с ее величеством.

Теос думал примерно так же, и спорить не стал.

- Безусловно, эрр Стоун.

- Эрр… Теос, прекрати! Ты теперь такой же эрр, как и я.

- Понимаю. Но это пока еще не подтверждено, и что там будет дальше? Эрланд, это ведь не все, есть еще и Конклав! Как-то они нас примут?

Марк пожал плечами.

- Не знаю. Но двуипостасных уже десятка два есть?

- Даже чуть больше, - согласился Теос.

- И еще больше будет, обязательно. Так что… вас уже не убьют просто так. И народ не поймет…

- Народ, - цинично усмехнулся исс Шент. – Народ - это корова, куда пастух погонит, туда он и пойдет.

- Так пастух и сама… интересно, а я из таких же?

- Я не смогу ответить, - развел руками исс Шент. – Эрра Клара – да. И Тим… ее величество сказала, что пока еще рано, но после пятнадцати лет ему тоже можно будет попробовать. Она даже представляет, кем он может стать.

- Даже так?

- Ее величество просто это видит. А мы – нет,

Марк почесал затылок.

Разговор с королевой становился насущной необходимостью. Только вот состояться ему пришлось чуточку позднее, этим вечером у Марии начались роды.

***

- Твою налево! Твое направо! Твое величество, чего ты ругаешься, как извозчик, ты бы лучше так тужилась!

Тина и сама особо выражений не выбирала. Впрочем, Мария об этом не думала. После роддома, в котором акушерка ее чуть не за волосы с кровати стащила и ходить заставила… понятно, так надо было. И вряд ли на Машку в тот момент уговоры бы подействовали. Но Тина – все равно почти образец куртуазности.

- Покомандуй еще – огрызнулась Мария, продолжая ходить по комнате.

Адмирал, бледный и со лбом, покрытым испариной, поддерживал ее под локоть. С другой стороны так же двигался Феликс.

Мужчин честно пытались отослать, но куда там!

Чем они могут помочь?

Чем-чем, сесть в уголке и постараться не упасть под ноги повитухе в самый важный момент. А то просятся такие умные на роды, а ты их потом нюхательными солями в три слоя засыпай, чтобы откачать!

Не помогло.

Мужчины и рядом были, и поддерживали женщину, помогая ей двигаться… Марию настиг очередной спазм, и она почти обвисла на мужских руках.

Больно же!

Тина кивнула на кровать, и посмотрела женщину.

- Давай, еще пару кругов.

- Садюга, - обругала ее Мария.

- Потом расскажешь, что это такое. А еще … и …. Договорились?

Мария подумала, что серьезно обогатила местный лексикон. Но рассказывать про всякие извращения все равно не будет. Это хорошие идеи могут не прижиться, а всякая пакость – только намекни! Еще как вылезет!

И еще пару кругов.

И еще один.

И полотно, на которое предстоит рожать, и крики повитухи… Мария с такой силой вцепилась в чью-то руку, что как еще не оторвала? Где справедливость?

Почему она второй облик получила, а ребенка рожать – все равно мучиться? Почему боги ЭТО не могли предусмотреть? Почему она не может в облике змеи отложить яйца?

Или гюрза живородящая?

Под эти размышления в матюгах, Мария и родила.

Тина ловко подхватила ребенка на руки, тут же перевязала пуповину, перерезала, завернула малыша в ткань и поднесла Марии.

- Смотри, какой хорошенький! Богатырь, да и только!

Мария посмотрела.

Сын.

Вот так, теперь у нее и сын есть. Здоровущий, наверное, килограмма четыре, а то и все пять, глаза ярко-синие, такие, густые, чувствуется, что это реальный цвет, волосы черные, как у нее…

Кажется, он в мать пойдет.

- Называть как будешь? – поинтересовалась Тина.

Этот вопрос уже был продуман. Нет, не в честь папаши, чтоб ему повылазило, а потом и поотпадало! А в честь одного хорошего человека из прошлой еще жизни. Ну и братика тоже…

- Саймон Александер. Пока будет именоваться по второму имени, Алекс.

Тина кивнула.

- Так и запишем в церковных книгах. А ты пока отдыхай, давай я вас сейчас уложу, оботру аккуратно, ты хоть и восстанавливаешься быстрее обычного человека, но роды… Дня два точно понадобится.

Мария послушно улеглась, куда сказали. Посмотрела на сына.

Словно чувствуя ее взгляд, Младенец открыл свои глаза.

Показалось Марии – или нет? На виске у него тонкой ленточкой пробежала полоска золотистых чешуек. Пробежала, да и сгинула, как не бывало?

Ну что, здравствуй, сынок? Твое будущее величество?

***

Марк стоял на кладбище, смотрел на могилу.

Не ладили они с Ребеккой как следует… но жизнь прожили, детей нажили, и шло все ровно-тихо, а вот теперь… как-то все сломалось в один день. Сломалось, полетело неизвестно куда, и что теперь ждать?

- Ты прости, Бекки. Дурак я, наверное…

- Не надо, папа. Как вышло, так и вышло, ты как лучше хотел.

Клара стояла рядом. Как она подошла? Марк и не понял даже, вот не было ее – и вот, стоит дочка, смотрит так, серьезно.

- Хотел… мне исс Шент рассказал, что тут было. И про идиотов этих рассказал, и про то, как Бекки себя вела. Моя вина. Мне лишь бы она жить не мешала, а вас, вот, я на нее бросил.

Клара только рукой махнула.

- Актеры… ты знаешь, что двое погибли тогда? Пираты не разбирали, убивали… третий выжил чудом.

- И что с ним сейчас?

- Будешь смеяться, - фыркнула Клара. – В ту ночь он выжил случайно. Сезар Верн оказался единственным, кто схватился за оружие, его ранили, но совершенно случайно не добили. Рана получилась на голове, крови было много, но для жизни не опасно. Правда, красоту свою он потерял.

- А смеяться тут чему?

- А второй облик приобрел, - улыбнулась Клара. – Теперь он здоровущий попугай. Цветной такой, красивый, говорящий и декламирующий. И по-моему, в перьях он себе больше нравится, чем человеком.*

*- Попугай ара. Кстати – вполне себе птичка, такую долго не пожалеешь. Проволоку перекусить может металлическую. Только