Не будите Гаурдака - Светлана Багдерина

— Тащи ее сюда!!! Мы должны успеть к камню вперед тех!!!..

Кого они имел виду под «теми» — объяснять никому было не надо: черная туча, стремительно надвигающаяся с холмистого горизонта Сумрачного мира, была уже вдвое, если не втрое ближе.

Друстан на миг опустил королеву на ноги, и она со стоном открыла затуманенные глаза.

— Габран…

— Умер, ваше величество, — мягко проговорил знахарь. — Я Друстан. Я помогу вам…

— Гайново седалище!.. — гневно вскинулась и тряхнула головой Арнегунд. — Я что, в обморок свалилась?..

— Да. Но всё будет хорошо, — поспешно добавил гвентянин.

— Кроме того, что уже не будет, — дернулись губы сиххё в угрюмой улыбке. — Идем.

— К Вратам?

— Да.

— Тогда бежим, ваше величество. Нам надо успеть вперед них.

Проследив быстро приобретающим ясность и остроту взглядом, куда указывал человек, королева вздрогнула.

— Гайнов нос… Скорее, скорей!!!..

Преодолев последние метры по воде, они помчались вдоль берега, взявшись за руки, Друстан впереди, как буксир, Арнегунд — сзади. Справа от них, так близко, что протяни руку — и останешься без нее — кипела битва, сверкали клинки, вздымались и падали, подобно копру, громадные дубины, и кровь мешалась с бессвязными хриплыми выкриками ярости и боли. Несколько раз, пытаясь достать ускользающих врагов, гайны отвлекались от схватки, и тогда их палицы и копья свистели совсем рядом, заставляя отскакивать или падать, чтобы не стать еще одной жертвой этой жестокой битвы. Но выигрывая сантиметры, они проигрывали секунды, и каждый раз, вскочив на ноги, они в первую очередь в панике бросали взгляды на клубящуюся пылью черную тучу Сумрачного мира: далеко?.. близко?.. очень близко?..

Наконец, когда зияющий сумраком провал оказался метрах в десяти, отделенный от них всего лишь кучей ушастых, Друстан и королева остановились — в кои-то веки по своей воле — задыхаясь и ловя ртами горький, напоенный запахами войны и пылью воздух.

— Морхольт!!! — хватанув в последний раз порцию побольше, изо всей мочи прокричал лекарь. — Мы здесь!!! Здесь!!! У Врат!!! На берегу!!!

— Скажи им… что заходить можно… только через арку!.. — закашлявшись, выкрикнула сипло королева, и знахарь послушно проорал ее слова в сторону побоища, потом еще раз, и еще…

— А-а-а… вижу!!!.. Слышу!!!.. — гаркнул в ответ улад, перекрывая грохот боя, и через секунду — снова, уже сражающимся с ним людям: — Прорубаемся к дыре!!! Они уже там!!!

Гайны, словно почувствовав неладное, с новыми силами и остервенением набросились на врагов, но те уже не стремились заканчивать каждую схватку летальным ударом — лишь бы отбиться, лишь бы отбросить, лишь бы продавить, лишь бы пройти…

Упал и не смог подняться Ривал.

Конначта, прикрывая бок Олафа, принял удар дубины на разлетевшийся на кусочки клинок и бросился на землю, спасаясь от добивающего удара…

Но портал был уже совсем близко, несколько шагов — и вот он: незамкнутая арка, бивни мегалослонта, круглый плоский камень, изукрашенный залитыми кровью рунами…

Кровью Айнмера.

Кровью Федельм.

— Сюда!!!.. — проорал Олаф прижавшейся испуганно к урезу парочке, и принялся освобождать заветные метры неистовыми ударами последнего уцелевшего топора. — Быстро, тащи ее!!!

Громадный гайн, загораживающий проход, рухнул прямо на отряга в финальной попытке уничтожить врага, сбивая того с ног и придавливая всей своей массивной тушей.

Трое других, углядев такую возможность, бросили гонять по полю боя Сеньку и с радостными воплями кинулись добивать упавшего конунга.

Иван, отчаянно оря, кинулся им наперерез…

— Сюда ее!!! — снова проревел герцог Руадан, как раненый бык, но Друстану повторного приглашения не требовалось: он вскочил и бросился бежать, очертя голову, увлекая за собой королеву в образовавшийся на несколько мгновений коридор…

Морхольт нырнул в арку первым.

Он тут же схватил неподвижное тело сиххё и оттащил с плиты на блеклую утоптанную траву.

Ничего не произошло.

— Меня подожди!!! Я всё сделаю!!!.. — выкрикнула Арнегунд на ходу уладскому герцогу.

— Что?.. — тревожно оглянулся переспросить знахарь.

— Друстан, сзади!!!..

Но предупреждение Сеньки запоздало: короткое копье острым осиным жалом выскочило откуда-то из-за плеча гвентянина и ударило его под правую лопатку.

Лекарь охнул, оступился, стал падать, но женщины подхватили его под руки и дружным рывком втащили в изувеченные Врата.

Не теряя ни секунды, Арнегунд закрыла глаза, стиснула кулаки, и отчаянно прокричала несколько слов на древнесиххском языке.

Последним, перед тем, как дыра в ткани миров пропала, в портал, преследуемый двумя гайнами, заскочил Агафон.

К этому времени основная масса ушастых ушла далеко на юг.

Под внезапным ударом свирепой, жаждущей боя и крови орды пострадала едва ли не треть эйтнянской армии, расслабленно вкушающей обеденную кашу и традиционный пудинг под растянутыми тентами. Пока до ошарашенных солдат дошло, что происходит и кто на них напал, свирепые захватчики уже вовсю громили всё, что попадется на их пути.

Оставив за спиной горящую разграбленную деревню, гайны бросились было добивать остатки эйтнянской военной группировки, как вдруг алчное око их военачальника узрело на другом конце поля новые крыши и трубы над ними.

Радостно вопя и улюлюкая, ушастые, забыв про рассеянного по лескам и оврагам противника, устремились на новую поживу.

Но бдительные улады, завидев издалека дымы пожарища, были готовы — хотя до последнего момента и сами не знали к чему.

Последняя битва состоялась за околицей их села, Старооленьего, и закончилась бы еще не известно чем, если бы в решающий момент в тыл уже почти торжествующей новую победу орде не ударило перегруппировавшееся и возглавленное сыном Мелора Эстином эйтнянское соединение (Действительно соединенное из чего попало — спешенных кавалеристов, уцелевших сиххё, напыщенных гвардейцев, горящих жаждой мщения за позор, и даже вооруженных в изобилии высвободившимся оружием интендантов и поселян).

Враг был разбит общими усилиями, остатки завоевательского войска — все шесть гайнов — взяты в плен.

По окончании боевых действий две конкурирующие армии посмотрели друг на друга, потом на поверженного врага, подумали, потом еще раз, потом снова, и снова, и снова (Пять попыток, чтобы додуматься до того, до чего рядовые додумались с первой, потребовалось офицерам), повернулись, обнялись — гвентяне, сиххё и эйтны без разбора — и пошли вместе собирать раненых, а потом пить в уцелевшие харчевни Старооленьего.