'Фантастика 2025-170'. Компиляция. Книги 1-30 - Анатолий Анатольевич Логинов

на ухо, во тьму капюшона, она быстро и самостоятельно пополнила бокал, не дав шанса даже Яну за собой поухаживать.

– Да, – подтвердил Велес. – И если душ здесь будет чересчур много, а там не будет рождаться достаточное количество людей – куда мне их девать? Все должно идти непрерывным потоком. Нельзя нарушать процесс и баланс. Поэтому сейчас я и нахожусь за этим столом.

Итак, у Велеса была важная функция, он нес ответственность за равновесие мироздания. И его миссия действительно благородна.

Внезапно до нас донеслась негромкая музыка. Мелодичные звуки рояля доносились из приоткрытой костомахой двери.

Вот о чем Валентина попросила костомаху! Но кто же играл?

– И за что тебя умудрились выгнать из рая… – еле слышно пробубнила я себе под нос в искреннем недоумении. Я не собиралась произносить этого вслух.

Велес, однако, услышал и решил ответить раскатистым смехом.

Определенность внес Ян, отчеканивший с надменностью и толикой осуждения:

– Велес вел себя неподобающе. Скажем так: слишком много времени якшался с возлюбленной одного из ирийских богов.

– Одного? – делано изумилась Валентина. – Давай будем прямолинейными: у него есть губительная привычка соблазнять чужих жен. И он не кается.

Да, цмоки ценили узы брака. Я помнила, что цмоки покровительствуют крепким парам, семьям. Уважают их. Зато молодых девушек, которые не думали о замужестве, наоборот, могли наказывать или, судя по байкам, утопить.

Этим нередко в шутку мне угрожал Ян, когда я заявляла, что не стремлюсь к раннему обретению семьи. Существовало поверье: цмоки не одобряли и наказывали за три греха: пьянство, разврат и жажду легкой наживы.

Велес бросил быстрый и вроде бы несколько смущенный взгляд на Барбару, затем перевел его на Яна и произнес, совсем неискренне улыбаясь:

– И это будет говорить мне дракон? Один из тех, которым люди еще несколько веков назад жертвовали юных девиц в качестве подношений? Давай не будем о морали. Вы говорите о ней, когда вам удобно. Как же меня раздражает ваша спесь!

– От этого она не испарится, – непринужденно проронил Ян и пожал плечами.

Велес блеснул глазами. Как, впрочем, и Ян.

– Ла-а-дно, – протянул Велес, – откинувшись на мягкую спинку стула, и его шуба всколыхнулась, сильнее распахнувшись на груди. – Да, я увел чужую невесту. Но мне воздалось. Через много лет от меня ушла ваша мать. Прямо из-под носа к Смогу.

«Смог», – отметила я.

Никогда прежде не слышала про Смога. Значит, так звали их отца?

Не могу досконально утверждать, собирался ли Велес произнести это вслух или случайно проговорился, но трое драконов мигом переглянулись с мрачными выражениями лиц.

Словно сие имя нельзя произносить. Потому что оно под строжайшим запретом.

– Такой неотразимый, как все цмоки, загадочный и сложный, – продолжал Велес. – Осталась бы со мной, не вкусила бы той поганой жизни, которой он вынудил ее жить.

Его речи были пронизаны озлобленностью вкупе с сожалением.

– Но тогда ты не узнал бы своих чудесных пасынков и падчериц. Ну или как там правильно нас называть… – промолвила Валентина, растягивая губы в улыбке.

– Ага, но почему-то именно я сейчас сижу с вами и разгребаю проблемы, а не ваш отец. И не ваша матушка. Хотел бы я с ней встретиться хотя бы по этому поводу.

Валентина закатила глаза и захихикала.

– Все, что он делал в вырае, – обратилась она ко мне, – это соблазнял женщин и чужих жен. Однажды он покусился на невесту Перуна[125] – великого громовержца. Они схлестнулись в противостоянии, гремел гром и сверкали молнии, земля сотрясалась – они чуть не разрушили вселенную в тот роковой день. Таким образом стало ясно, что в ирии для них двоих слишком мало места, и Велес ушел в навь. Здесь он и встретил нашу мать, но судьба его наказала впоследствии.

– Не судьба, а ваш папочка, – процедил Велес. Он уже не смотрел на Барбару и ни на кого из нас.

Наверное, произошедшее много лет назад, а может и столетий, до сих пор его задевало.

– Ты был ей неверен, напомню, – укоризненно добавила Валентина.

Велес ожил, кривая ухмылка снова промелькнула на губах.

– Было дело. Не всегда получается держать себя в руках. Зато теперь трапезничаю с ее детьми, слежу, чтобы они не натворили глупостей. Чем не искупление?

– Но ты не особо и помогаешь, – фыркнула она.

Изгнанный бог помолчал. Он позволил музыке наполнить зал, неторопливая мелодия коснулась наших душ и мыслей, но Велес оборвал идиллию.

– Правда? Ты так считаешь? А я ведь мог и не водить этих двоих в ирий, – напомнил он.

Валентина поджала губы.

Велес действительно помогал нам как мог. Возможно, он и не хотел по-настоящему втягивать себя в чужую – личную – войну волков и драконов, но его поддержка была бесценной.

Мы не попали бы в ирий без него, ни Гай, ни Константин не нашли бы нас с Яном во время первого нападения на нас Дивии в навьем доме цмока. И Велес сообщил Константину и своему сыну, что Ян прибыл в навь, а Константин двинулся на его поиски, наткнувшись в лесу на меня. Пусть дальнейшее взаимодействие с черным духом было не из приятных, но я же осталась жива.

Назревал конфликт, и я попробовала увести разговор в другую сторону.

– Как получилось, что волколаки и цмоки начали враждовать?

– Ну… – протянул Ян, давая понять, что история уходит в глубь веков.

Велес перехватил его речь:

– Так легко и не ответишь. Тут лучше начать с самого начала.

– С момента создания Тьмой вселенной? – уточнила Валентина, у которой брови аж на лоб подпрыгнули.

– Почти. Что появилось раньше – Тьма или вселенная? – усмехнулся Велес. – Извечный вопрос.

– Я полагал, что мне наконец-то ответит кто-то из вас, древнейших, – вклинился Ян. – И это мучает меня уже… – Осекшись, он посмотрел на меня, не желая сообщать свой возраст. – Довольно давно.

Неужели он думает, что я испугаюсь, выяснив, сколько ему на самом деле лет?

– Ладно, – послышалось от Велеса. – Ответ мне неизвестен. Но могу поведать то, что было чуть позже, девочка. – Он устроился на стуле поудобнее, облокотившись на спинку.

Но прежде чем он приступил к рассказу, Валентина тоскливо вздохнула и проворчала:

– Этого наискучнейшего рассказа я не выдержу. – И взглянула на королеву. – Барбара, не хочешь ли услышать историю о том, как один из твоих дальних родственничков разбил мне сердце несколько сотен лет назад?

Вопрос не требовал ответа. Они обе поднялись из-за стола и собрались покинуть зал.

– Помнится, ты горевала ровно неделю, Валентина, – бросил вслед Ян. – Даже по человеческим меркам это слишком мало, поэтому не пытайся сделать вид,