"Фантастика 2023-129". Компиляция. Книши 1-20 (СИ) - Агишев Руслан

Если раньше управление крошечным кланом по принципу «ты пили, ты плавь металл, а ты вари похлебку и не забывай ее посаливать» было оправдано и довольно эффективно, то теперь — все изменилось. Новоиспеченный клан, в добавок становившийся все больше и больше, стал совсем неуправляемым. В его составе появились группировки, которые начали конфликтовать друг с другом. Пока, к счастью, эти споры не перерастали во что-то большее, но тенденция настораживала.

… Если честно, по настоящему до Тимура все это дошло лишь к позднему вечеру, когда он окончательно потерялся под ворохом накопившихся проблем.

«Проклятье, ну чего здесь сложного? — со вздохом бормотал парень, закрывшись в своей каморке — лаборатории и настоятельно попросив его не беспокоить (словом, заперся он внутри и орал на всякого, кто пытался войти). — Начальничек… Как клубок змей, того и гляди покусают друг друга, — с его нулевым организационным и управленческим опытом в вся эта проблема, казалась, настоящим «темным лесом» из старинной русской сказки с ее вековыми дубами, гигантскими мухоморами и глухими топями. — Хрень настоящая!».

— Н-е-е, так не пойдет! — наконец, после долгого бормотания и неподвижного сидения, тихо прорычал он. — Надо со всем этим что-то делать, — парень одним движением руки смел со своего стола свернутые листки пергамента с каким-то чертежом. — Подумаем…

Практически невооруженным глазом было видно, что в слишком быстро разрастающемся клане сложилось три центра притяжения, которые объединяли разные по своему составу, желаниям и целям группировки.

— …, — Тимур еще в той жизни всегда «думал руками», то есть что-то непонятное и сложное пытался ощупать, попробовать на вкус и разобрать; поэтому на стол он и начал выкладывать разные штуковины, символизирующие ту или иную составляющую проблем. — Это у нас старина Тимбол…, — отец Амины и бывший глава клана Железного молота оказался представлен в виде бесформенного куска металла, своей массивностью, основательностью и черной угрюмостью и напоминавшей этого гнома.

Бывший глава клана пользовался практически непререкаемым авторитетом и у своих бывших соклановцев, которые его буквально боготворили за спасение, и у некоторых гномов, которые изначально были частью клана Черного топора.

— Да… уж, — Тимур с трудом гнал от себя мысли о том, что сам же себе взращивает угрозу. — Просто крассавчегг.

Ситуация с Тимболом осложнялась еще и тем, что он уже успел спеться с пришельцами — гномами из клана Каменной башки во главе с уцелевшим старейшиной Дариным, роль которого во всех этих событиях Тимуру была еще непонятна. Это был то ли беглец, то ли полноправный союзник. Во всем этом предстояло еще разобраться.

— …, — Тимур рядом с куском металла поставил невысокий кусок высохшего до хруста полена. — Гендальф,… м-ть его, Старый. Точно этот старик мутит здесь воду. Он, он… Больше некому.

В глубине души (глубоко — глубоко) Тимур все-таки догадывался, почему эти два очень колоритных гнома так быстро нашли общий язык. И Тимбол и Дарин, оба, не один десяток лет «отпахали во власти», и поэтому «нюхом чувствовали себе подобного». Колин же в их глазах, что, «греха таить», выглядел самым настоящим пацаном, который не потянет тяжелую ношу главы клана в такое непростое для всех время. У него просто не хватит опыта! Тимбол же, и это признавал и сам парень, более подходил на главу сильного клана, который сможет бросить вызов Кровольду и объединенному войску гномов.

— Надо с ними быть по осторожнее, — прошептал он, пальцем роняя сухое полешко. — Вообще, с этими пришельцами надо что-то решать… Пока они болтаются тут… ни пришей собаке пятую ногу… покоя точно не будет.

Мысль парня перескочила на старейшину Дарина и на остатки его клана Каменная башка, нашедшие здесь укрытие. Как понял Тимур в момент первого взаимного обнюхивания (знакомства), Дарину Старому совсем «не улыбалось» поглощение его клана другим. Тогда он что-то пытался сказать, то парень, ошалевший от встречи, его совсем не слушал.

— Посмотрим, что у тебя на уме,… Гендальф, — Тимур решил обязательно исправить свою оплошность и обязательно встретиться с этим гномом. — … Так… кто тут у нас еще есть? — на середину стола он положил небольшой, с детский кулачок, кусок каменного угля, чуть блестящего в неровном свете горящей свечки. — Гримор.

Кузнец и один из старейшин клана Черного топора, стал другим центром, вокруг которого по-привычки держались большая часть его бывших соклановцев, некоторые из вновь принятых в челны клана. И, если Тимур правильно понял, то эта группа никакой опасности для его власти не представляла. Скорее она выступала его фундаментом, молчаливым монолитом, на который можно было опереться в своих решениях.

— Этот точно свой, — кусок каменного угля сдвинулся в сторону. — …

Гримор, после спасения клана от голодной смерти, окончательно и бесповоротно поверил в Колина, в его силу и его удачу. А после демонстрации фокусов с расплавленным огнем и угольком во рту, авторитет молодого гнома у него вообще взлетел на недосягаемую высоту.

— Еще есть…, — парень свернул в комок небольшой кусочек ветоши и тоже положил его на стол, к остальным предметам. — Люди, — Тимур замолчал, внимательно рассматривая всю эту странную комбинацию.

Как оказалось, идея Тимура по привлечению в свой клан как можно больше новых членов с полезными навыками и умениям лучше всего сработала с людьми. Благодаря расползавшимся слухам о богатом и сильном гномьем клане, милостивом господине и, конечно, приближающейся войне, зажиточные крестьяне, многие городские ремесленники из окрестной округи начали медленно, но неуклонно, двигаться в город под горой.

Еще перед его отъездом в клане уже было около двух сотен человек, среди которых были и мужчины и женщины, и дети и старики. Мастера, умельцы приезжали вместе со своими семьями, скотиной и накопленным скарбом, если их не грабили по дороге расплодившиеся разбойничьи шайки… Сейчас же, за какую-то неполную неделю город под горой принял еще сотню человек.

— Быстро мы все-таки растем, — вновь пробормотал Колин, теребя в руках комок образовавшийся ветоши. — Как бы не надорваться…

Резко возросшая численность людей в составе клана его не особо беспокоила. Люди, в отличие от гномов, ничего менять не хотели. В Колине они привычно видели своего нового господина, который, как они надеялись, будет более милостивым, чем прежний. Здесь, на территории гномов, крестьяне и ремесленники снова хотели заниматься своим привычным трудом и поэтому никакой проблемы они не представляли.

— А вот с этим стариком все равно надо что-то делать, — мысль его вновь вернулась к старейшине Дарину; этот Гендальф выглядел очень упертым и, для его вразумления, а точнее разговора с ним, надо было иметь в запасе что-то посерьезнее гранат и простых фокусов. — Да… точно, простыми фокусами тут не обойдешься!

Парень прекрасно понимал, что разговор, который с ним предстоял, будет очень тяжелым. И такого «опытного зубра», каковым его описал Тимбол, «не объедешь на кривой козе» россказнями о мифических магических способностях, о странных и никогда не виденных им вещах. Словом, для разговора с Дарином он должен был иметь за пазухой что-то очень серьезное…

Тимур в раздумье оглядел стол, потом его взгляд плавно перешел на противоположную стену пещеры и пошел вправо. Еще через некоторое время молчания глаза парня уперлись в скорченную за небольшим столиком фигурку в самом дальнем углу.

— …, — Тимур было вздрогнул от неожиданности, но потом сразу же сообразил, что это сынишка Торгрима, когда-то бывшего изгоем, оказавшийся на редкость любознательным и непоседливым, а главное верным, пацаном (он прекрасно помнил, кому был обязан своей жизнью и жизнью своего отца). — Чуть не напугал…, — он ведь сам позволил ему здесь сидеть и «химичить» с тем, что понравиться; как говориться талантам нужно помогать, а бездарности и сами пробьются. — …

Он успокоился и было уже отвел глаза, как его привлекло что-то в на столе у юного гнома. Тимур встал и стал с нескрываемым интересом следить, как шелковый мешочек в рукам мальчишки начинает раздуваться под горячим воздухом от стоявшей внизу свечки. В полумраке пещеры настоящим волшебством выглядело, как бесформенная ткань начинала обретать размеры. Секунда за секундой шло медленное превращение в нечто благородной шарообразной формы.