Жизненный план - Лори Нелсон Спилман

— Ой, смотрите, ореховый пирог!

— Приятного аппетита, леди, — говорю я, поднимая с пола пустую корзину. — А с тобой мы увидимся в понедельник, Санкита.

— Как это вы уедете? — Санкита потупила взгляд. — Ну, я хотела сказать, тоже можете поесть.

Я искренне поражена. Девочка, которая никому не верит, открывает мне дверь в свое сердце. Но, как бы мне ни хотелось, я не имею права заходить, не сегодня.

— Спасибо, но я устала. Лучше поеду домой. — Кстати, это куда? Может, стоит попроситься на постой в этом доме?

Санкита выпрямляется, лицо ее становится печальным.

— Еще бы, конечно устали.

— Что-то я не очень хорошо себя чувствую, — говорю я, смахивая с ресниц комочек туши. — А как ты? Все в порядке?

— Нормально, — отвечает она и смотрит прямо мне в глаза. — Все хорошо.

В этот момент в прихожей появляется Джин Андерсен, директор приюта. Карман на пальто надорван, в руках она сжимает клеенчатую сумку.

— Мисс Джин, — восклицает Санкита. — Так вы же сегодня вроде не работаете.

— Лиза позвонила, сказала, что заболела. — Снимает пальто. — Интересно, как это она каждый раз заболевает в праздники.

— Но ведь приехала ваша дочь из Миссисипи, — вступает в разговор Мерседес. — И внуки.

— Ничего, они побудут еще и завтра. — Открывает шкаф в поисках вешалки и замечает меня. Лицо становится каменным. — А вы что здесь делаете?

Опережая меня, Санкита хлопает в ладоши и тараторит:

— Мисс Брет привезла индейку, и соус, и всякие штучки. Идемте, покажу.

Мисс Джин не сводит с меня глаз.

— Значит, вы уже закончили, мисс Боулингер?

— Ах да, конечно. Мне пора. — Пожимаю руку Санкиты. — Увидимся в понедельник, милая.

Через три квартала я резко торможу, разворачиваюсь, врезаюсь в бордюр, затем поддаю газ и доезжаю до самого крыльца «Джошуа-Хаус». Мисс Джин на кухне режет индейку.

— Ух, как пахнет, — приговаривает она. — Эта птичка просто красавица. Мерседес, дорогая, накрывай на стол. — Когда она видит меня, улыбка сползает с ее лица.

— Что-то забыли?

— Поезжайте домой, — говорю я, запыхавшись. — Сегодня я здесь останусь.

Мисс Джин окидывает меня оценивающим взглядом и переключается на индейку.

Нервно провожу рукой по волосам.

— Я только что прошла проверку Департамента образования. Со мной все в порядке, можете не волноваться.

Мисс Джин отодвигает разделочную доску и нож.

— Зачем такой, как вы, проводить праздничный вечер в приюте для бездомных? У вас, что дома нет?

— Мне у вас нравится, — откровенно признаюсь я. — И мне нравится Санкита. Кроме того, вся моя семья разъехалась, и я одна. У вас же, напротив, много гостей, вам приятнее провести время с ними.

— Поезжайте домой, мисс Джин, — вторит мне Мерседес. — Не волнуйтесь за нас.

Задумавшись, та закусывает верхними зубами нижнюю губу и через некоторое время поворачивается ко мне:

— Идемте.

Я иду по коридору, но непроизвольно оглядываюсь. Санкита смотрит мне вслед, скрестив руки на груди. Неужели я нарушила границы и вероломно вторглась на чужую территорию? Санкита вытаскивает сжатую в кулачок руку и неожиданно поднимает большой палец. Мне хочется плакать от полноты чувств.

Несмотря на то что приют в эту ночь полон, как выразилась мисс Джин, «ситуация не критична» — никаких скандалов с бывшими сожителями, наркоманов и тому подобных сложностей.

— Гости — так мы их называем — могут пользоваться кухней до семи часов вечера, потом помещение закрыто. Дети должны быть в постели не позже девяти. Телевизор выключают в одиннадцать тридцать, и все обязаны разойтись по комнатам. — Указывает на кровать у стены. — Вы будете спать здесь. Белье меняют ежедневно, поэтому утром снимите его, как встанете. Эми Олле сменит вас утром в восемь. — Неожиданно тяжело вздыхает. — Надеюсь. Вопросы?

Решаю не обрушивать на ее голову кучу вопросов, роящихся в моей голове. Есть ли в доме кто-то подозрительный? Оборудован ли приют сигнализацией?

— Я справлюсь, — заверяю я с большей уверенностью, чем испытываю в душе. — Поезжайте.

Женщина стоит и смотрит на меня, уперев руки в бока.

— Не знаю, что у вас за причины, но, если я узнаю, что вы эксплуатируете этих женщин, вышвырну вас отсюда, прежде чем вспомните имя дизайнера вашей сумочки. Все ясно?

— Эксплуатирую? Нет, я вас не понимаю.

Мисс Джин складывает руки на груди.

— В прошлом году белая дамочка, вроде вас, пришла и заявила, что она волонтер. Я ее пустила, конечно, помощь нам всегда нужна. Только через неделю все выяснилось. Эта мисс Белоснежка баллотировалась на должность окружного судьи и хотела продемонстрировать всем, какая она крутая дамочка, работает с черными в приюте.

— Я никогда так не сделаю. Уверяю вас.

Мы смотрим друг на друга, пока, наконец, она не отводит взгляд.

— Вот номер моего домашнего телефона. Звоните, если появятся вопросы.

Мисс Джин хватает сумку и покидает кабинет, даже не попрощавшись и не пожелав мне удачи. Я падаю в кресло и мучительно начинаю думать, за что я сегодня должна быть благодарна.

Глава 14

Брэд звонит мне в понедельник утром и интересуется, не могла бы я заехать к нему в офис по дороге с работы домой. Догадки и предчувствия одолевают меня весь день, но к моменту, когда лифт останавливается на тридцать втором этаже, они трансформируются в уверенность. Совершенно точно он получил информацию о моем отце.

Увидев меня, Брэд расплывается в улыбке.

— Привет. — Встает мне навстречу и обнимает. — Спасибо, что зашла. Все в порядке? Выглядишь немного усталой.

— Пожалуй. Три дня не могу выспаться. — Слегка кусаю губы в надежде придать им немного цвета. — Рассказывай, что случилось?

Брэд указывает на кресло.

— Присаживайся, — говорит он упавшим голосом, и мне становится страшно.

— Полонски нашел моего отца?

Брэд опускается в кресло напротив и трет рукой подбородок.

— Он вычеркнул всех претендентов, Брет.

— Что значит — вычеркнул всех? Их ведь было шестеро.

— Он разговаривал с каждым. Один даже вполне подходил, он жил в Чикаго летом 1975-го. Но он незнаком с твоей мамой.

— Возможно, он об этом забыл. Он играет на гитаре? Скажи Полонски спросить его о «Джастинс».

— В том году он заканчивал Университет Де Пола[10] и даже не слышал об этом баре.

— Черт! — со всей силы ударяю кулаком по подлокотнику кресла. — Почему мама ничего не рассказала мне о Джонни, пока была жива? Я должна была знать о нем больше. Почему она вела себя как эгоистка? Она больше думала о том, как защитить себя, а не помочь мне. — Поворачиваюсь к Брэду, стараясь унять внезапный гнев. — Итак, что Полонски собирается делать?

— Он сделал все, что мог. Он пытался найти владельцев «Джастинс», но они оба умерли. Похоже, Джонни работал неофициально, и ему платили наличными. Полонски не смог найти никаких документов. Он даже нашел владельца квартиры на Босворт.

— Владельца? Это уже лучше. У него должен быть договор аренды с Джонни Маннсом, верно?

— Нет, ничего обнаружить не удалось. Старик сейчас живет в лечебнице в Нейпервилле и ничего не помнит ни о Джонни, ни о твоих родителях.

— Надо продолжать искать. Я все оплачу.

Брэд молчит, и это меня нервирует.

— Может, он родился не в Северной Дакоте? Давайте расширим поиски, проверим другие возможные варианты написания имени.

— Брет, ситуация безнадежная. У нас слишком мало информации об этом человеке.

— Мне кажется, все дело в Полонски. — Я скрещиваю руки на груди. — Он не понимает, что делает.

— Ты вправе найти другого, но прежде взгляни на результаты работы. — Брэд протягивает мне таблицу с данными о Джоне, Джонатане, Джонотоне и Джонни Маннсе. Некоторые имена обведены, некоторые зачеркнуты. На полях приведены данные о времени и дате разговора. Одно становится очевидно: Полонски проделал огромную работу, чтобы найти моего отца.

— Тогда скажи, пусть продолжает поиски. Джонни ведь не мог пропасть бесследно.

— Я решил освободить тебя от исполнения этого пункта.

Я подскакиваю в кресле.

— Освободить? Ты говоришь, что я должна сдаться?

Он берет из моих рук листок.

— Это вовсе не означает, что ты сдаешься. Я хочу освободить тебя, Брет. Ты сделала все, что могла, но поиски ни к чему не привели.

— Что ж, а я скажу, что не собираюсь сдаваться. Полонски должен продолжить поиски. Расширим возрастные рамки. Может, мой отец старше или… моложе.

— Пойми, на это могут уйти годы. Ты потратишь уйму денег. С моей точки зрения, тебе лучше заняться достижением остальных целей.

— Я ни за что не сдамся.

Брэд хмурится.

— Брет, послушай меня. Я знаю, у тебя непростая ситуация с деньгами…