Шла бы ты… Заметки о национальной идее - Евгений Сатановский

Такое, как там евреи сами про себя понаписали, мало кто не то что про свой народ, но и про врага напишет. Но как есть. Не для того чтобы им этим глаза кололи, что непрерывно делают антисемиты всех мастей века подряд. Но в качестве достойного подражания примера для всего прочего человечества.

Что такое отсутствие фальсификации истории не по причудам Минкульта, а на самом деле, можно уяснить себе, прочитав Ветхий Завет. Без лакировки — как было на самом деле. Без дешёвой пропаганды, в которую не верят сами её авторы. И ведь бестселлер мирового класса. Основа западной цивилизации — наряду с античностью.

Хотя греческие мифы и римские хроники излишней политкорректностью тоже не грешили. Древние вообще отличались то ли завидной искренностью, то ли олимпийским спокойствием в отношении того, что о них подумают неизвестные им потомки. Евреи же просто придерживались общих традиций, соответствовавших веяниям эпохи.

Как бы то ни было, есть народ — есть евреи. Нет народа — нет евреев. Живёт ли он в местах исходной дислокации или в диаспоре и на каком именно континенте — неважно. Как одевается и на каком языке разговаривает — неважно. Хотя библейский иврит как ось религиозного канона и основу еврейской цивилизации евреи по возможности сохраняли. И все, кроме еврейской общины Эфиопии, которая перешла на геэз, сохранили.

Что народ ест и как именно молится — важно, но не очень. По крайней мере, не до такой степени, чтобы из-за этого отказывать в признании евреем тому, кто полагает себя евреем. Или тому, кого на его голову считают евреем окружающие. Поскольку достанется ему в итоге от этих окружающих ровно так, как если бы он евреем был на самом деле. Ни на йоту меньше. И так далее и тому подобное.

Именно отсюда происходит феноменальное, совершенно нехарактерное для восточных по происхождению людей решение вести принадлежность к еврейскому народу по линии матери. Так как по отцу — оно и так понятно. Восток. Кто папаша, того и дитятко. А вот разбираться, кто ребёнок, когда через страну прокатилась очередная волна завоевателей, — чистое скотство. Мало женщинам достаётся, чтобы их ещё детьми попрекать? Родила и родила. Вырастет — евреем будет.

Отсюда же характерные для евреев всего мира массовые дёрганья по поводу наездов на других евреев, где бы те ни жили. Дело Бейлиса, дело Дрейфуса, борьба за выезд евреев Советского Союза или Эфиопии в Израиль и прочее в том же духе. Очень характерно. И, к сожалению, характерно, помимо евреев, мало для кого.

На самом деле это инстинкт выживания, распространённый на народ. Весь. Сколько его есть. Притом что соседа загнобить можно, не вопрос. Но за Бейлиса глотку порвут, наймут адвоката и будут организовывать прессу и прогрессивную общественность. И потратят на это большие собственные деньги.

Тут можно сколько угодно тыкать евреям космополитизмом и тем, что все они своих тянут на тёплые места. Не тянут. И стране пребывания преданы, не в пример многим. Но не за счёт других евреев. Если только они не сволочи последнего разбора и разлива. Что, впрочем, встречается у евреев куда чаще, чем им бы этого хотелось.

Однако, повторим, — как хорошо бы было, если б все те, кто характерной для евреев зацикленностью на судьбе других евреев недоволен, проявляли такую же заботливость в отношении своих. Кровных. Кто бы эти самые свои для них ни были. Например, русские.

Пока крик озабоченных засильем инородцев и иноверцев про угнетаемых, спаиваемых и обворовываемых не превратится в призыв к помощи тем, кому плохо, а не к погрому тех, кому хорошо, ни черта нормального не получается и не получится. Ни у кого, нигде и никогда.

Евреи это усвоили. Почему, кстати говоря, еврейские погромы — не в том смысле, когда громят евреев, а когда сами евреи собираются большой толпой и идут громить кого-то, — остались в поздней античности. Хотя и у евреев тоже было — из песни слова не выкинешь. Но переросли.

Соответственно, народ — это раз. Запомним. Те самые кости, на которые мясо нарастёт. Разгромили государство — можно заново построить. Разнесли страну вдребезги и пополам — тоже не вопрос. Отстроить можно и страну. Что, кстати говоря, евреи делали не раз.

Деревья посадить, поля засеять, скотину завести лучше прежней, города и деревни возродить. Зверей и птиц развести, озера и реки почистить и заселить рыбой. То же самое с парламентом, армией, муниципальной властью и прочими институциями. Но это если есть кому. А если некому, тогда действительно: хана. Полная и неизбежная.

Страна — это два. Именно страна, не государство. Так как народ сформировался в этой стране. Песни про неё пел. Легенды сочинял. Исторические хроники писал. Любил. Рожал детей. Хоронил стариков. Строил дома. Пахал и пас. Дрался за эту страну и отстраивал её. И с государством она не совпадает.

Она может быть много больше его — если одно большое государство развалилось на несколько, иногда враждующих между собой. Как не раз было в еврейской истории. А также в китайской, русской и арабской. Желающие могут свериться с учебниками.

Может быть меньше. Если, к примеру, доросла до империи и прихватила чужие земли, которые никем из жителей страны в качестве её неотъемлемой части не воспринимаются. У евреев это тоже было. Дамаск там. Тир. Сидон. И много что ещё. О прочих местностях не стоит даже вспоминать.

Притом что существуют районы, которые для израильского населения представляют именно неотъемлемую часть страны. Вне зависимости от того, что по этому поводу думают другие. Или собственное израильское начальство, привыкшее успешно балансировать между избирателями и окружающим миром.

Начальству ведь ещё переговоры вести надо. Кредиты получать. Финансовые гарантии выпрашивать. Отчего оно и крутится, как пескарь на сковородке. Являя миру образ того самого хитрого, но пугливого, как трепетная лань, еврея из антисемитских анекдотов. И ерепенится начальство в лучшем случае, когда речь заходит об Иерусалиме. Понимая, что, отдав его, потеряет власть с гарантией и навсегда.

Так как вне зависимости от того, кто, что и о чём говорит, нет и не будет в Израиле правительства, которое сохранит позиции, отдав этот город. Хотя жить там нормальному человеку трудно, если не совсем уж невозможно. Чисто восточный город, битком набитый еврейскими ортодоксами, христианами всех типов, арабами-мусульманами, сефардами и бюрократами. Но центр всего еврейского.

И кстати, именно потому святой для христиан и мусульман. Не более чем. Благо у христиан ещё много чего есть. В том числе Рим. У мусульман есть Мекка и Медина. А у евреев больше ничего. Цфат, Тверия и прочая каббалистическая мелочь без Иерусалима не в счёт. И, говоря по справедливости, именно евреи в Иерусалиме были первыми. Когда, как говорят в Одессе, прочих там и не стояло.

Отметим, что Иудея и Самария, они же Западный берег реки Иордан, для нормального среднего израильтянина, не только для поселенца, примерно то же самое. Голаны — так-сяк. Скорее нет. Хотя никакой Сирии он их не отдаст. Газа — точно нет.

Скорее уж Израиль — это Синай или Заиорданье. Но первый отжал у Бегина в пользу Египта по Кэмп-Дэвидскому договору хитрый Киссинджер. Что до еврейских поселений в Иордании — это уже история. В отличие от Иудеи и Самарии, население которых растёт быстрее, чем во всём прочем Израиле. Тем более что они давно превратились в ближние пригороды Иерусалима.

Строителями сионизма в этих районах являются местные арабы. Все поселения строят именно они. В промзонах поселений работают они. Другой работы по большому счёту для них в этом регионе нет. А всё то, что мировое сообщество выдаёт на строительство палестинского государства властям ПНА в Рамаллу, там же и оседает. Или, говоря по-русски, чисто конкретно разворовывается. Как было и при Арафате, и после него.

Предлагать евреям-поселенцам, имеющим опыт сектора Газы, превратившегося после их насильственной эвакуации оттуда летом 2005 года в террористический плацдарм, невесть зачем бросить обустроенные дома и оставить на произвол судьбы и местной клептократии своих арабских соседей, бессмысленно. Не прокатит.

Эти люди родиной не торгуют. А то место, где они живут, для них не оккупированные территории, а их страна. Что бы по этому поводу левые израильские политики, соответствующие бессмертному ленинскому образу политической проститутки, кому в Европе или США ни обещали.

Если страна есть или была в прошлом, пусть даже весьма отдалённом, народу есть о чём вспоминать, к чему стремиться и на что надеяться. Что характерно не только для еврейской истории. Русские тоже говорят и поют о России-матушке, а не о Московском княжестве, Великия и Малыя и Белыя или, к примеру, РСФСР.

И все остальные, которые со своими странами — тут уж у кого какая, хоть Венгрия, хоть Армения, хоть Греция или Ирландия, — делают то же самое. Естественное стремление человека, по природе своей чувствующего, что на самом деле важно, а что так — чистый фуфель… Для гонорару, форсу и блезиру.