Шла бы ты… Заметки о национальной идее - Евгений Сатановский

Хотя, к примеру, ещё в начале XIX-го века вполне официально считалось, что к изобразительным искусствам и музыке евреи Российской империи не способны. И приспособиться не смогут никогда. Что вскоре напрочь было опровергнуто Левитаном, Рубинштейном, Антокольским и прочими великими. Непосредственно после того, как государственная комиссия, рассуждавшая о том, что делать с евреями в России, высказала своё авторитетное мнение по этому поводу.

Вообще, как показывает опыт, лучший способ добиться того, чтобы евреи чем-нибудь занялись и в этом преуспели, — это занятие евреям запретить. Или публично объявить, что оно не соответствует их природе. Удивительных удаётся добиться результатов. Не только в России, кстати говоря.

Пророки и диссиденты

Начальство, как правило, евреев не любит — и правильно делает. Хитровымудренные. Не все, но многие. Упёрты. Иногда до полного забвения инстинкта самосохранения. Не всегда и опять-таки не все. Но достаточно часто. И не поймёшь, с чего. Все люди как люди, а эти вдруг взрываются, как триста тонн тротила, — и не всегда их остановишь.

Помнить же, при сочетании какой доли центрального кнута с каким именно уровнем дури местной власти мирный еврей становится неуправляемым берсерком, — это самому надо евреем стать. Что на протяжении истории мало кого из власть имущих вдохновляло. Хотя бывали прецеденты. И даже на самом верху. Жена Нерона, императрица Поппея, например. И не только она.

Опять же тянет их на справедливость, борьбу с произволом, защиту низших сословий и прочие права человека так, как будто осчастливленные ими низшие сословия не прикончат вместе с сословиями высшими и всех евреев. Просто так. На радостях и исходя из своего, а не евреев понимания того, что хорошо, что плохо.

Так как на самом деле никакой защиты и никаких прав низы не хотели и не хотят. А хотят они сесть сверху и быть теми, на кого нет и не может быть управы. Главными они хотят быть. Бесчинствовать себе на радость. Во все тяжкие. До беспредела. Как все те, кто их придавливает, угнетает и на них жирует.

Не дай Г-дь рабу стать господином. И не дай Б-г тот, кто привёл его к трону, начнёт его учить, как править справедливо, мудро и бескровно. Почему нельзя то и это. Рассказывать о пользе самоограничения, самоконтроля, ответственности перед будущими поколениями и прочей лабуде.

Он что, наверх шёл, чтоб ему морочили голову и забивали памороки всей этой детской чушью? Он за властью шёл. Чтобы давить, как его давили. Чтобы у него было всё, что раньше было у других. А тут опять, откуда ни возьмись, евреи. Как у покойного Манделы. В ЮАР, после падения апартеида.

Совсем неважно, пророк еврей, общественный деятель или просто диссидент. Пророка Даниила можно сразу кинуть в львиный ров. Заодно на питании животных сэкономить. Доктора Рошаля приходится выслушивать. Слишком хорош как хирург, против режима не борется и вообще-то говорит по делу. Хотя кому это его дело нужно?

Тут у людей большой бизнес, и не только на арбидоле. И люди все свои. А он про сохранение российской медицины. Но в принципе не такая уж проблема. Дать орден, позвать на приём, пригласить на официальное мероприятие, чтобы лицо попало крупным планом в телевизор, и пропустить советы мимо ушей. Трудно, что ли?

Ну а диссидентов можно сажать. Или, что даже ещё и лучше, не сажать. Не нравится — пусть едут. Чемодан, вокзал (вариант — аэропорт), Киев. Или Лондон. Или Вашингтон. Кому куда хочется. Мир велик, границы открыты — пусть оттуда клевещут. А кто хочет, то можно и отсюда.

Поскольку, как говорит старинная пословица, есть те, кого лучше держать в своём кругу, чтобы они писали наружу, чем снаружи, чтобы писали внутрь. Вот есть журналист Минкин и главный по «Эху» Венедиктов, и что? И выступает у Венедиктова иронично-обозлённый Шендерович и злобная безо всякой иронии Альбац, и опять-таки, что?

Кому они все мешают? Кто надо будет царём. Кто надо — министром или президентом. И выборы пройдут, как положено проходить выборам. Причём не из-за подтасовок, без которых, конечно, не обойдётся, но которые ни на что по большому счёту не повлияют.

Так как и так и сяк, но именно за эту власть большинство населения. Хотя и не такое внушительное, как ей этого почему-то хочется, но явное. Ну, туда десяток процентов, сюда — всё равно большинство. Хотя и не в столицах, а за счёт провинции. Где оно вообще подавляющее.

Когда подтасовки на что-то влияли, все пророки, общественные деятели и диссиденты молчали как заговорённые. В 1996-м. Поскольку тогда они верили в светлое будущее и в то, что эта власть — их власть и будет к ним прислушиваться. И они ей будут советовать хорошее, а она будет их советы реализовывать и воплощать. И настанет рай на земле, и лев с агнцом возлягут аки братья.

С-чаз-с. Настал рай. И возлегли они. Один — перекусить, второй в качестве перекуса. Ну и, конечно, напоролись на этот неприятный факт теоретики-говоруны. Всем своим корпусом. И возроптали, наивные. Как будто не было исторического опыта и учебника «Краткий курс истории ВКП(б)». И все, кто там, наверху, — Вацлавы Гавелы пополам с Махатмой Ганди. С некоторой толикой матери Терезы для общего благолепия картины.

Но у власти свои законы. И высокие моральные принципы политика привести могут исключительно на костёр. Или в ссылку, как Сахарова. Но не на вершину государственной пирамиды. Куда не только забраться, там ещё и удержаться надо. Пирамида скользкая. Снизу дует, тянут за ботфорты, и если что, отчётливо понимаешь, что слетишь — вмиг порвут на портянки. Какие советы? Какие благие намерения?

Чего никто из пророков, общественных деятелей и диссидентов отродясь не понимал. И понять не мог по самой природе — своей и всей своей деятельности. Это Иисус был любовь к человечеству во всех его проявлениях и торговцы геть из Храма. А все последующие, от пап и патриархов до кардиналов и митрополитов, должны были сообразовывать теорию с практикой.

Да что иерархи, последний деревенский поп или кюре обязан учитывать не столько то, что написано в основах, сколько текущий расклад во вверенном ему селе. А если он этого не делает, так деревня-то как раз останется на своём месте и стоять там будет. Но с большой долей вероятности — уже без него.

Евреи тоже люди, и многие из них это понимают. Опять-таки, как сказано выше, пока их непосредственно не трогают, им понятно, как и всем, что закон страны — закон. Неважно, какой страны. И неважно, какой закон. Традиция, однако. Ну и, опять же, плетью обуха не перешибёшь. А также каждый сверчок знай свой шесток.

Пословицы не то чтобы точно соответствовали тому, что население в массе своей делает, но по крайней мере тому, что оно про себя думает. И вышибить его из спокойно-ворчливого состояния нелегко. До той поры, пока не начинается наезд на святое: дом или детей. Сагра там, Кущёвка. Или придёт Митволь с бульдозером к окраине «Речника». Но это случаи особые. Хотя и не такие редкие.

Что не исключает появления в массе населения самой большой по территории страны этого мира некоторого количества людей, в соответствии с определением братьев Стругацких, «хотящих странного». В том числе, чтобы всё в жизни было как надо, а не как обычно. Не потому, что это им лично даст что-то конкретное, а потому, что такие у них принципы. И часто даже не поймёшь, чего им надо. Или, если уж они такие Б-гом ушибленные, что им совсем уж ничего не надо, — чего они лезут на рожон.

Повторим сказанное выше: зачем Андрею Макаревичу раз за разом напоминать про догхантеров? С ним рядом на концерте сэра Пола Маккартни сидят — вся страна видит, а он про неприятное. На кой чёрт сдалась Юрию Шевчуку демократия и чтобы митинги не разгоняли? У него что, других тостов нет?

Чего Леонид Рошаль с истинно врачебным упорством рубится с реформой медицины, а Александр Привалов воюет с реформой образования? Когда понятно, что даже если и попрут профильных министров, на смену им придёт совсем уж чёрт-те кто? Про Михаила Пиотровского и попытки раздербанить «Эрмитаж» и разговору нет…

И ведь имя им всем легион, и нету им переводу, и спасу от них нет. Далеко не только от евреев. Русских, армян, татар… Но и от евреев — в числе прочих. Даже с повышенным содержанием этого вредного разговорчивого народу среди оппонентов любой власти. И системных, и внесистемных. Какие уж они у власти есть.

Причём происходит это везде, а вовсе не только в России. Но и в Европе, США, Канаде и вообще везде, где евреев много. Понятно, что там, где их мало, это выглядит не так грустно. А в странах, где евреев извели под корень или их вообще никогда не было, по крайней мере в числе коренных жителей, проблема с ними не стоит вообще.

Как не стоит она в Аравии со времён пророка Мухаммеда. Хотя при его жизни стояла, и даже очень остро. Опять-таки, в Японии, Корее, Индии или Китае — не суть важно, есть там чуть-чуть евреев или их совсем там нет. При такой доле в населении, как в той же Индии, они всё равно ни на что не влияют. А вот в Израиле…