Часовой Земли. Книга 3 - Денис Деев

опираюсь на результаты анализа, вы же делаете выводы, опираясь только на эмоции. Но и это продлится недолго – новые поколения людей научатся мыслить более рационально и… и-и-и… и-ир-р…

Что там еще заготовила протопрограмма для человечества, аватар донести не смог – речь его вдруг стала похожа на заевшую грампластинку. Причем заклинило у него не только голос, серебряного гиганта мелко трясло, как в припадке. Экран, на котором аватар проецировал дела далеких дней и преданья старины глубокой, исчез.

– Че это с ним?! – удивился Малой.

Аватар дернулся еще раз и начал заваливаться прямо на Павла. И раздавила бы металлическая кукла полковника в лепешку, если бы не вовремя подставленный Малым манипулятор. Гулко звякнув об него, аватар упал и больше не шевелился.

– Щиты поднять! – прокричал Павел, забираясь в МКП.

Что убило или обездвижило аватара, непонятно, но возмездие от тучи шмелей должно наступить неотвратимо.

Из труб на потолке зала раздался легкий шелест.

– Приготовиться! Огонь открывать сразу, как только появится рой! – Шанс у часовых был только в том случае, если они задержат шмелей на вылете из раструба.

Плазмоганы и автопушки по сплоченной туче будут наносить колоссальный урон. Но если шмели успеют разлететься, то тогда весь взвод можно смело записывать в строчку «потери».

Из трубы засеребрился первый ручеек.

– Огонь! – скомандовал Павел и первым выстрелил.

К раструбу поплыли шары плазмы, перемежающиеся с огненными трассами снарядов из скорострельных орудий. МКП выдавали все, на что способно штатное вооружение.

– Осколочно-фугасными! Попарно! Пли! – полковник умудрился, удерживая прицел на трубе, в интерфейсе расписать порядок стрельб для каждого пилота.

Первые ракеты, достигнув раструба, взорвались, разбрасывая в стороны сотни поражающих элементов. Полковник рассчитал периодичность залпов идеально. Взрывы следовали с трехсекундной задержкой, сметая всех успевших вылететь наружу шмелей. Трубу разворотило до скального основания, но клубы насекомых из нее продолжали валить. В то время как боеприпасы к огрызающемуся из-за всех сил взводу никто подвозить не собирался. Загорелись оранжевые индикаторы, обозначавшие, что подвесные контейнеры ПТУР опустели. Замигал предупредительный огонек, сообщивший, что камера плазмогана перегрета и орудию требуется отдых. Сейчас до железки отстреляются автопушки, и как только им потребуется перезарядка…

– Прекратить огонь! – Едва развеялся дым от взрывов, Павел с помощью оптического усилителя рассмотрел странную картину – шмели не вылетали из разорванной в клочья трубы, а вываливались тонкой струйкой.

Что у них случилось с крыльями, неизвестно, но поток шмелей совсем как водяной, падал на землю, разбрызгиваясь на отдельные сверкающие тушки.

– Они вырубились! – радостно прокричал Малой.

– Вопрос в том, надолго ли? – произнес Павел, выходя из общего строя. За ним двинулся было и Малой, но полковник остановил его окриком. – Держать строй! Щиты поднять!

Пинком отшвырнув не подававший признаков жизни аватар, Павел повел «Мухтара» к растущей куче мелких, но кусачих пришельцев. Те продолжали стекать, как песок. Зачерпнув из кучи манипулятором несколько штук, Павел сжал их в кулаке – никакой реакции. Шмели безропотно дали себя раздавить.

– Барсуки, прием! Все, кто меня слышит, отзовитесь и передайте свои координаты! Барсуки, прием… – раздалось автоматически передаваемое по радио сообщение.

Причем записал его Березов!

– Вы сообщение слышите? – спросил Павел у Малого.

– Какое сообщение? – ответил тот.

– Понятно, – полковник переключился на канал, передававший зацикленное сообщение. – Хоманцев здесь, передаю свои координаты.

– Барсуки, прием! Все, кто… Товарищ полковник! Вижу вас на карте! – старшина вклинился в зацикленную запись. – Вы почти рядом, но ниже метров на шестьдесят.

– Вы тоже под пирамиду пробрались?

– Не просто пробрались, мы тут шороху конкретного навели. Поднимайтесь – покажем. Вы один?

– Нет, со взводом Малого. Его машины в радиотени находятся, поэтому ты их не видишь.

– Отлично! Их тоже поднимайте, работа всем найдется!

Павел прошелся по валяющимся на земле шмелям. Те хрустели и крошились, но оживать отказывались.

– Малой! – подозвал к себе парня полковник, – занимайте оборону под трубой. Я поднимусь на антигравах и скину трос.

– Все понял!

– Не расслабляйтесь, в любой момент из тоннелей могут поползти твари. – Павел включил антигравитационные двигатели, и «Мухтар» тяжеловесно поднялся в воздух.

Развесовка мобильного комплекса поддержки была далека от идеальной. Прыгнуть в разбеге – легко и на здоровье, а вот изображать из себя самолет с вертикальным взлетом оказалось непросто. Павел филигранно играл тягой двигателей, не давая «Мухтару» завалиться на бок. И хорошо, что трубу, которая находилась над ним, хорошенько разворотили взрывы, попасть в нее стало гораздо проще.

Только вот лететь по уходящей вертикально вверх трубе было неудобно, «Мухтар» так и норовил задеть стенку, что чревато потерей равновесия, кульбитом и падением. Павел ощутимо взмок, пытаясь удержать машину от столкновения. Поэтому, когда труба изогнулась на девяносто градусов, переходя в горизонтальное положение, и подошвы «Мухтара» наконец-то коснулись пола, Павел выдохнул с огромным облегчением. Размотав лебедку, он скинул трос вниз.

– Антигравы на тридцать процентов, не пытайтесь лететь, я вас тащить буду.

Как хорошо шли комплексы, вылетая один за другим из трубы, как джинны из лампы! На краю место закончилось, Павел вновь прибывших отправлял дальше. И только он поднял Малого, который решил пойти последним, как по рации пришел доклад:

– Прорубили выход…

– Куда?! – полковник знал, что инициативные дураки порой опаснее, чем диверсанты.

– Из трубы. Видим людей старшины, – успокоили Павла радостным докладом.

И действительно, когда Павел добрался до прожженной плазмой дыры в трубе, то с той стороны увидел силуэт сразу двух МКП.

– Нас старшина выслал навстречу, пойдемте, мы вас проводим.

По интерьеру сразу становилось понятно, что часовые наконец-то оказались не в ресурсной или производственной зоне, а в «резиденции» протопрограммы. Проход, по которому шли МКП, был просторным, боевым машинам даже не приходилось нагибаться. Пол, стены и потолок выполнены из плиток тусклого серого металла. Очень прочного – башмаки мобильных комплексов поддержки не оставляли на нем ни следов, ни царапин. И непонятно, для кого разукрашенного. Вряд ли электронные мозги протопрограммы и ее миньонов получали эстетическое удовольствие от узоров угольного цвета на плитках. Но вполне возможно, что узоры эти не для красоты нарисованы, а для функциональности. Как вариант, они являются армированием и улучшают структурную прочность. Как бы там ни было, смотрелся проход очень эффектно, как будто по древним и таинственным катакомбам идешь.

Место, куда их привели бойцы Березова, выглядело еще более впечатляюще. Стены отделаны все той же металлической плиткой, но уже с синеватым отливом и золотистыми переливающимися узорами. Помещение было немаленьким, луч прожектора еле выхватывал потолок, а стоявшие посреди зала фигурки МКП старшины выглядели как игрушечные. Построились они возле странного циклопического сооружения, в центре которого располагались три столба, по поверхности шла сложная гравировка из тончайших, непересекающихся между собой линий.