Возвращение Урмана-1 - Глеб Борисенков

– Мы слишком расслабились за переговорами. Предатели открыли ворота.

Стражники часто останавливались, подбирая отстающих. Постепенно группа росла. Рыцарь слышал, что ещё не всё потеряно, есть горные убежища и гарнизоны, война продолжится. Кони не найдут подножного корма, кочевники пройдут дальше. Катастрофа откинет часть диких кланов. На время границы станут безопасней.

Один старый солдат часто кашлял. Лёгкие были опалены жаром и все знали, что он не переживёт день.

– Я умру. И мне совсем не страшно. Возможно, я говорю последние слова в жизни. Но помните, как я дрался с этим монстром! Я защищал город.

Урман узнал про столкновение на переговорах. Едва в зал вошли представители клана Акада, как один из прислужников хана скинул капюшон с головы. Под ним была сухая мёртвая плоть и череп. Мертвец напал на посла и выдавил ему глаз. Завязалась общая драка. Тем временем предатели из числа освобождённых пленников открыли ворота. Номады ворвались в город.

«Я могу остаться в отряде и вести партизанскую войну, – думал Урман. – Или сбежать. Нет, это не моя война! Я не должен зря тратить время».

На первом же распутье рыцарь повернул вниз в долину, а не вверх, как остальные. Наемник не любил младотюрков, симпатизировал Пшаде, но эта война была чужой. Впервые Урман ощутил горячее желание вернуться домой.

Глава IX

Впервые за неделю серые тучи разошлись в стороны и робко, как пугливая лань, выглянуло предзакатное солнце. Жёлтый свет озарил крепостные стены. Возможно, это был один из последних в году просветов в погребальном саване небосклона. Наступала сырая зима, с дождями, грязно-серым небом, коротким унылым днём. Ветер натащил из рощи ворох сорванных листьев. Они кружили над головой и осыпались во двор. Молодой черноволосый воин в выцветшем плаще болтал ногами с парапета стены и колупал ножичком грецкие орехи.

Рамменау держалось второй месяц. Вести, которые услужливо предоставляли герольды врагов, одна другой были хуже. Поморье отвернулось от Вольных гильдий. Пылающий меч стал злейшим, хуже короля, врагом свободных городов. Вот и оставалось, что болтать ногами в воздухе и есть орехи.

– Дубно раскрыл ворота. Умань и союзники признала руку Жечи! – Марий вспомнил злые вести посланника. – Лига стоит на коленях! Вам не от кого ждать помощи.

Нет, защитники боялись не численности северян и даже не репутации изгоев. Гораздо страшнее стало истощение запасов стимуляторов магии и припасов. Рамменау вот-вот собиралось сдаться, но на своих условиях. Прежде свирепый, непримиримый Мардух как-то сразу сдулся, размяк и редко показывался на глаза. Ректор завёл мастеров в ловушку, а его спесь погубила вековую гильдию.

– Марий! – вызвала Лира. Девушка помыкала наемником, как могла, сделала настоящим пареньком на побегушках. Сначала он рассчитывал на выкуп, дружескую или любовную связь, но, чем теснее смыкалось кольцо врагов, тем сильнее таяли надежды на освобождение. Зато плен позволил учиться воинскому ремеслу у лучших солдат Поморья.

Рыцарь выглянул за парапет. Вражеский лагерь никуда не делся. За кольями частокола проглядывали аккуратные ряды палаток. Хорошо хоть конница ушла из-за недостатка корма, но даже и оставшаяся пехота вызывала страх. Северяне показали себя упорными, не уступчивыми людьми.

– Где ты там, бездельник? Бегом!

Лира не знала жалости. Она была из тех людей, что сделав однажды доброе дело, на веки причисляют человека к должникам.

– Да, Лира, я всегда буду рядом с вами, – поклонился Марий. Он любил девушку, и та единственная ночь между ними, была не при чём. Хозяйка потеряла друга, расстроилась и искала утешения. Для Лиры это ничего не значило. Но Марий и раньше испытывал к ней горячую симпатию. Небольшая, худенькая, с черными, как смоль волосами, бледным, густо подведённым лицом, девушка вызывала желание защитить и уберечь. Лира казалась большим ребёнком.

– Поди, собери мои вещи! Мы покидаем крепость! – приказала хозяйка. – Каким образом, моя госпожа?

– Каким, каким, – хмыкнула Лира. В последнее время у неё испортился и без того вздорный характер. – Подземным! Бегом за вещами!

Марий побежал по крошащейся лестнице вниз. Рыцарь так торопился, что прыгал сразу через три ступеньки. Для хозяйки он не пожалел бы собственной жизни. Жаль, что Лира продолжала относиться к нему, как к говорящей собачке.

Марий подбежал к жилой постройке и уже взялся за ручку, как прогремел рог. Низкий рокочущий зов, каким лесные великаны вызывают друг друга на весеннем гоне, раскатился над Рамменау. Кто-то приближался к воротам.

Рыцарь замер на крыльце. Любопытство родилось впереди воина.

– Вещи от меня не убегут! – решил Марий и направился к барбакану. Сегодня заступала знакомая смена с Оливером. Он не будет против, если пленник побудет наверху.

– Привет! – Марий влетел в караулку. Три охранника с важным видом всматривались в бойницы и от неожиданности едва не выпали наружу. Один из них узнал Мария и выругался.

– Хм, Марий, сделай милость, заткнись! – попросил Оливер. – У нас гости!

Через бойницу рыцарь увидел трёх всадников на рыжих конях: герольда в полосатом камзоле и двух солдат с флажками на копьях. Марий вспомнил, как предшественника посла расплющило камнем, и расхохотался. Герольд размотал толстый слиток, прочистил горла, и начал читать. Многочисленные королевские титулы пролетели мимо уха.

– Все надгосударственные объединения подлежат запрету. Вольные гильдии, союзы городов, ордена, партии распускаются. Алые отряды как общий враг порядку и законности объявлены вне закона. Лига самораспущена членами-учредителями. Северо-западный край попадает под протекторат Железного короля. Любое оружие, носимое не-гражданами, подлежит сдаче. Наёмничество запрещено. Сим подписано Железным королём, главами Умани и тридцатью коммунами.

– И что теперь? – спросил Марий. На него зашикали со всех сторон. Рыцарь ещё не понял, что лишён права на меч. Мир вступил в новую фазу развития, и в этой стадии для него не было места.

– Но наш король милостив, он прощает грехи новым подданным! – выкрикнул посол. Герольд погрозил кулаком злым стенам. На последнем приступе не меньше трёх сотен северян погибло от чародейства, даже не приблизившись к воротам.

– Король добр! Он приглашает на службу. Но уже на наших условиях! Рамменау подлежит немедленной сдаче в знак добрых намерений.

– Эй, ты! – раздался грубый голос. Марий узнал Мардуха, самого сильного воина, каких только видел. – Нам нужно время на размышление!

– Думай! – разрешил посол. – Завтра я приеду за ключами от ворот. Если же ответ будет отрицательным – не взыщите, пощады не будет! Вам некуда скрыться!