Ночь богонгов и двадцать три пули - Андрей Бондаренко

— Я старалась, — скромно потупилась Алина. — А ещё я умею лепить классические русские пельмени. Пробовал когда-нибудь?

— Кажется, да. Но точно не помню…

— Про «вкусно невкусно» ничего сказать не могу, — сыто икнув, вмешалась Ари. — Эти категории субъективны и для каждого разумного гуманоида индивидуальны. Одно для меня несомненно. Ик…. Данный суп, увы, нельзя отнести к категории — «здоровое диетическое питание». Да и ваша хвалёная «Белая лошадь», конечно же, гораздо вреднее дистиллированной воды. Ик…. Всё равно, спасибо. Премного благодарна. Но дело не в этом. Ик…. Имею реальное и конкретное предложение. Уговорили. Поехали в ваш Бёрнс. Покажете мотель, — многозначительно подмигнула Свенну, мол: — «Всё просто. Доберёмся до городка. Вылезем из машины. Поблагодарим за помощь и попрощаемся. Дождёмся, пока „системщики“ уедут, и рванём обратно. Откроем „дверку“ в Куполе, и все дела…».

— Извини, поборница здорового образа жизни, но ничего не получится, — мстительно хихикнула Аль. — По крайней мере, в ближайшее время.

— Почему — не получится? Ик…

— Соку хлебни. Типа — прямо из пакета, там ещё осталось на донышке. Икота и пройдёт.

— Спасибо…. Почему — не получится?

— По капустному кочану. По целому комплексу объективных и субъективных причин.

— Из-за гусениц, — мягко улыбнувшись, пояснил Хосе. — Если прямо сейчас пойдём к машине, то они будут падать на нас с веток деревьев и высоких кустов. На головы, за шиворот, на прочие открытые части тел. Кожа начнёт ужасно чесаться и покроется многочисленными красными волдырями.

— Что же теперь делать?

— Ждать, пока прожорливые совки окончательно насытятся и попадают на землю. Когда это произойдёт? Скорее всего, после завтрашнего обеда. Уже ближе к вечеру.

— Ждать до завтрашнего вечера? — нахмурилась Ариса.

— Ничего страшного. Подождём, — беззаботно зевнула Аль. — С голода не помрём. Еды хватит. В моём рюкзаке имеется ещё одна палка полукопчёной колбасы, две упаковки говяжьих сарделек и буханка чёрного хлеба…. Предлагаю следующий распорядок. Сейчас допьём виски. Доедим супчик. Немного поболтаем. А потом бросим честный жребий — двое поддерживают костёр, двое идут спать в палатку. Часа через три осуществим смену. Как вам моё предложение? Годится? Тогда приступаем к беседе…

Разговор откровенно не задался — взаимные настойчивые вопросы, взаимные обтекаемые и осторожные ответы. Совершенно ничего интересного и полезного.

Когда — примерно через час — виски и «том-ям» закончились, Аль попросила:

— Хосе, любовь моя неземная, приготовь-ка две палочки. Одну длинную, другую, понятное дело, короткую. Разыграем, пожалуй, очерёдность дежурств.

— Не надо жребия, — возразила Ариса. — Идите, друзья, в палатку первыми. Спите. А мы со Свенном…

Договорить она не успела. Внизу, под холмом, прогремел глухой взрыв. В ночное австралийское небо взметнулись длинные языки странного изумрудно-зелёного пламени…

Глава одиннадцатая

Песенка на иврите

Австралия, аэропорт Канберры.

Макс Смит был водителем откровенно «аховым», поэтому и выехал в Сидней на рассвете, мол, дорожная обстановка по утрам — более спокойная и мирная.

«Аховый» — это как?

Обыкновенно. Во-первых, он являлся очень задумчивым человеком. Раз, и задумался. После чего, естественно, снизил скорость до минимума. Сзади все нервно гудят, а ему хоть бы что. Задумался, и всё тут…. Во-вторых, инспектор Смит досконально, до мельчайших нюансов (когда не пребывал в задумчивости, понятное дело), соблюдал правила дорожного движения. Что, согласитесь, тоже мало кому нравится. Я имею в виду отвязанных водил-лихачей и нервных блондинок за рулём…

Чтобы попасть на нужный автобан требовалось проехать через город Квинбиан.

По правую руку замаячило громоздкое здание местного аэропорта — сплошное стекло и бетон.

— Как кофе хочется, — сглатывая в сотый раз слюну, мечтательно пробормотал Макс. — Двойного, без молока и сахара. А к кофе — какую-нибудь аппетитную плюшку…

Он повернул руль и через пару минут припарковал машину рядом с огромным прямоугольным стендом, на котором — оранжевым на изумрудно-зелёном фоне — значилось: — «Canberra Airport Group Pty Ltd.».

Смит, покинув автомобиль, проследовал в кафетерий, расположенный на втором этаже офисного блока аэропорта, заказал кофе, свежую газету и два пирожных с заварным кремом, после чего устроился за столиком — возле длинного обзорного окна.

Рядом с входом остановилось ярко-жёлтое такси. Из машины выбрались пассажиры — высокий мужчина с белобрысым ёжиком на голове и молоденькая фигуристая брюнетка. Шофёр в форменной кепке, обойдя автомобиль, достал из багажника тёмно-коричневый чемодан на колёсиках и чёрную кожаную сумку.

«Что здесь делает Танго?», — засомневался Макс. — «А, наверное, провожает обожаемого жениха, возвращающегося в туманный Лондон. Проводит, а после этого вернётся в Канберру, сядет в рейсовый автобус и дисциплинированно направится в Мельбурн — выполнять задание господина Окружного прокурора. Прав на управление автомобилем её лишили ещё полтора месяца назад — за вождение в нетрезвом виде. Отвязанная и своевольная барышня, ничего не поделаешь…».

Улыбчивая полная девица в фирменном серо-голубом комбинезоне принесла заказ.

Инспектор, вежливо поблагодарив официантку, отхлебнул кофе, удовлетворённо вздохнул и принялся за пирожные.

«Такси уехало, а парочка никуда не торопится», — глядя в окно, продолжил рассуждать про себя Смит. — «Похоже, решили перекурить перед расставанием…. А женишок-то моей напарницы, безусловно, приметная личность. Солидный такой мужик лет двадцати пяти-шести от роду. Широкоплечий? Чего нет, того нет. Но высокий, поджарый и резкий. Наверняка, занимается восточными единоборствами. Может, даже обременён и несколькими чёрными поясами — по разным видам единоборств означенных…. Кстати, а кто он такой? Э-э-э…. Что-то там говорили, мол, потомственный английский лорд. Чуть ли не принц крови. А фамилия начинается на букву — „Ч“. Чемберлен? Черчилль? Честертон? Не помню. Но что-то аналогичное…. Короче говоря, эдакий Джеймс Бонд, агент ноль-ноль-семь в молодые годы. Стоп-стоп. Может, действительно, агент легендарной британской спецслужбы МИ-6? Вполне реальная и жизненная версия. Вполне. Англичане, как известно, ребята хитрые и любопытные без всякой меры. Везде и всюду суют свои наглые бульдожьи носы…».

Такси, вежливо мигнув на прощанье задними фонарями, уехало.