Медный обряд. Легенды Черного озера - Карина Штерри

– Я-то тут причем, – развел Артем руками. – Если хочешь знать, я не одобряю его поступок. Мне не меньше тебя жалко Марину. Но… это их отношения, неправильно их обсуждать за спиной. Нелли! Да что с тобой?

– Все хорошо, – улыбнулась я, солгав. Боль пронзила область солнечного сплетения, но вскоре медленно отступила, оставляя в теле легкую слабость, как при субфебрильной температуре. В висках немного затокало. Вчерашнее истощение давало о себе знать до сих пор. Полностью я так и не смогла восстановиться.

– Так я звоню, чтобы приезжал? – уточнил Артем.

– Да, – ответила я, чтобы он от меня отстал, чтобы ничего не заподозрил. Иначе придется выслушивать лекцию, что мне надо бы обратиться к врачу, слишком уж часто я чувствую себя плохо.

Через несколько минут недомогание отступило. Я присоединилась к друзьям в беседке и помогла накрыть на стол. Пока мы общались с Артемом, приятели Сережи успели покинуть дачу, оставив нас в узком кругу. Алкоголя оставалось много, но выпивать не хотелось, точнее я опасалась потерять бдительность. Зато Марина пустилась во все тяжкие. Я переживала за нее, но с другой стороны, отпала необходимость объяснять, почему мы уедем после восьми.

– Нелька, – кто-то позвал меня. Я открыла глаза и с изумлением уставилась на лицо Оли. Неужели меня угораздило уснуть?

– Тебя что-то разморило, – рассмеялась она. – Наверное, ты давно не была на свежем воздухе. Он сильно усыпляет. Я первые разы тоже засыпала.

– Сколько времени? – поинтересовалась я, разминая закостеневшую спину.

– Да мало еще. Семь вечера. Если хочешь, пошли в дом, я постелю тебе на диванчике, поспишь, – предложила Оля. – Маринка пока не в состоянии ехать домой, я отправила ее прогуляться с Сережей, чтобы она чуток развеялась.

– Нет, спасибо. Когда она вернется, вызовем такси, поедем в город.

– А родители у нее как отреагируют?

– У Марины мировые родители, – улыбнулась я. – Все поймут и простят. Они приедут к девяти, так что нам нужно успеть. А мы разве одни остались? Артем уже уехал?

– Нее, он в сад ушел.

– Ух-ты! Мне тоже туда хочется, – загорелась я.

– Ну вот, сходи, пока Марина гуляет, – предложила Ольга. – И позови сюда Артема, надо пошевелить угли. Я бы сама, но ты знаешь, что боюсь огня.

Я встала со скамьи и опять ощутила, что энергии во мне осталось совсем немного, ровно настолько, чтобы дождаться Марка. А потом можно не бояться. У меня появится неиссякаемый источник сил.

Мне вспомнился случай на веранде в Казани и черный дождь, рассекающий пространство вокруг. Какой тогда я услышала наказ? Не отключаться и встать. Но что такое? Перед глазами мелькают черные пятна, загораживающие свет, Ольга, глядя на меня, произносит какие-то слова, но я ее почти не слышу и только улыбаюсь в знак согласия. Слабость усиливается настолько, что едва держат ноги.

Пересилив себя, я спустилась к саду и окликнула Артема. Ласковый свет заходящего солнца напоминал отблески меди на стене. Он играл на крышах соседних домов, внезапно, как лампочка, вспыхивал в стеклах окон, отражался в мутной зеленоватой воде водоема, затянутого темной сеткой тины, окрашивал небо розоватыми и рыжими оттенками…

Я присела на край водоема и почувствовала некоторое облегчение. Земля под ногами превращалась в мягкую вату, закрадывались опасения потерять сознание, а вместе с ним и контроль над происходящим. Я боялась, что обморок, на этот раз, станет последним. Нужно подождать чуть-чуть, совсем скоро будет лучше.

– Меня потеряли, наверное, – очутился рядом Артем. В руках он держал фотоаппарат. – Я фотографией увлекся недавно, а тут есть превосходные виды.

– Ты поднимайся наверх, а я тут немножко посижу, – ответила я, осознавая, что уже не встану без посторонней помощи. Мне не хотелось привлекать излишнего внимания. Как бы я не отрицала, но черные часы находились неподалеку от меня. А кто сможет пойти против магии ведьмы? Не нужно впутывать в историю никого. Все, кому я или мама доверили самые сокровенные тайны, погибли.

Чтобы не отключиться, я стала мысленно обобщать известную информацию.

«Берегись черных часов», – сказала напоследок Дарья Степановна.

Стрелки часов на три и девять.

Неразгаданный символ на часах, обвитый цветами лаванды.

Таинственный убийца, уничтоживший, как минимум, троих людей: Олега, владельца частной коллекции, подругу мамы, профессора… На каждом из них лежат черные часы перед смертью, словно всасывая в зловещий механизм человеческую душу.

Марк и Артем видят то, чего не вижу я и другие люди. Они уезжают, так и не раскрыв волнующего меня секрета.

Если не они, то кто залил мой дом черными водами вперемешку с ужасающими видениями, и откуда взялась та мерзкая старуха, Ксана? И чья невидимая рука сейчас душит меня?

Почувствовав легкий прилив сил, я поднялась на ноги и оглянулась на водоем. Он сменил оттенок с зеленого на угольно-черный. Рыжее солнце погасло, черные пятна перед глазами заметались сильнее, руки болтались в пространстве, стараясь ухватиться за что-то, но не находили опоры. Темнота. Очертания сада передо мной полностью померкли.

***

Марк заехал в дачный поселок и набрал номер брата. Телефон молчал, связь обрывалась, а вместо гудков он слышал странный звон, словно дребезжала металлическая струна. Он ощутил страх и начал листать телефонную книгу в поисках номера Нелли. Звон повторился. Его рука уже коснулась ручки двери, когда Марк осознал, что не желал бы встретиться с Мариной еще раз. Они сказали друг другу все, чтобы расстаться без ссор, и возвращаться, причиняя ей очередную боль, было тяжело. Марк прижался лбом к рулевому колесу и, немного обождав, еще несколько раз позвонил Артему.

Тишина. Он выругал себя за трусость и выскочил из машины, сильно хлопнув дверью. Плевать, кого он увидит. Напрягает лишь то, что связь здесь должна быть отличной, а по факту она отсутствует. В трубке молчание и тупой раздражающий звон. Это означает, что брату требуется помощь. И, может быть, помощь требуется Нелли…

Опять Нелли. Зачем понадобилось связываться с ней? Не все ли равно, что произойдет с девчонкой-колдуньей? Не он ли вчера собирал вещи, чтобы убраться подальше от нее?

Марк открыл калитку и поразился тишине, накрывшей участок. Там, за воротами, не смолкали птичьи голоса, а теперь он словно очутился в вакууме, стеклянном шаре, изолированном от окружающего мира. Дача казалась пустой, пока не послышался громкий всхлип и шорох. Марк повернул голову на звук и заметил брата. Он сидел на траве, глаза его блестели злостью и отчаянием, а руки пытались что-то нащупать в траве.

Марк подбежал к Артему, подал ему руку и спросил:

– Что у вас здесь случилось? Тебе плохо?

Артем с силой ухватил его за запястье, так что боль прошила руку до плеча и, заикаясь, прерывисто прошептал:

– Обряд… он сейчас закончится… Нелли умрет, и тогда всему конец… Умоляю, спаси ее, она тонет, в саду…

– Нет! – прикрикнул на него Марк. – Мы уходим. Сейчас же.

Лицо Артема побагровело от гнева. Он схватился за виски, ничего не соображая от чудовищной боли.

– Тогда ты мне не брат, – выдавил он.

Марк чертыхнулся и ринулся в сторону, указанную Артемом. Водоем блестел темным пятном на фоне розового заката. Марк на ходу скинул обувь и бросился в воду. Он успел как