Мечта балерины - Мэгги Кокс

— Я думаю арендовать дом где-нибудь недалеко от магазина твоей тети — только на время, пока мы не купим свой собственный. В отеле, конечно, очень удобно, но я не хочу там оставаться. Больше того, я не хочу, чтобы мы продолжали жить порознь. Пришло время нам снова быть вместе… и навсегда.

Ей так хотелось верить в это! Ее сердце готово было выскочить из груди. Чтобы успокоить расшатавшиеся нервы, Тара сделала большой глоток сухого искрящегося шампанского.

— Поосторожнее с алкоголем, детка. — Его долгий пристальный взгляд заставил Тару вздрогнуть. Когда он так смотрел на нее, последние сомнения Тары оставались позади и она чувствовала, что он действительно любит ее. Что он хочет быть рядом с ней не только потому, что пытается исправить ошибки прошлого или потому, что она снова носит его ребенка. — Помни, что ты беременна. Сегодня мы пьем вино и шампанское, но впредь…

Она выпрямилась, ее зеленые глаза сверкнули.

— Я сама в состоянии решить, можно мне пить или…

— Мак, дорогой! Я сразу тебя узнала. Мы с Патрицией… Помнишь Патрицию, мою сестру? Мы только что говорили о тебе. Все думали: интересно, удалось ли получить развод у твоей упрямой женушки и стать, наконец, свободным? О, извини, я не заметила твою милую спутницу. Ты нас познакомишь, Мак?

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

Эта француженка могла дать сто очков самой Одри Хэпберн. Изысканно одетая, в маленьком атласном платье цвета баклажана, облегающем ее великолепную фигуру, источающая неотразимо шикарный аромат духов, она заставила Тару почувствовать себя просто бледной серой мышкой. Но больше, чем ее внешность. Тару поразило и задело то, как выразилась эта женщина. «Упрямая женушка»? Неужели так называл ее Мак?

Тара холодно посмотрела на Мака и поняла, что он и сам обескуражен появлением своей бывшей пассии, которая, в этом не могло быть сомнений, и есть небезызвестная Амели.

Он даже не подумал подняться, как того требуют правила хорошего тона. Напротив, бросил на девушку холодный взгляд, как будто отвечать ей было бы ниже его достоинства. Тара заметила, как сквозь безупречный макияж Амели проступает яркий румянец.

— Мне следовало бы сказать, что я рад тебя видеть снова, Амели, но, учитывая обстоятельства, это было бы слишком. Почему бы тебе не вернуться к своей сестре и не оставить нас с Тарой в покое?

— Значит, я права? Это твоя жена? Наверняка она уже беременна, Мак? Ведь ты так торопился стать отцом. Сразу видно, она прямо создана для того, чтобы быть матерью. — Ее темные сверкающие глаза оглядели Тару. — Этот слишком смелый вырез… Выглядит, как женщина легкого поведения. Не уверена, что я пожертвовала бы своей фигурой, чтобы оказаться на ее месте.

— Называешь это фигурой? — Тара вскочила, бросив салфетку на стол. — Да телеграфный столб фигуристее тебя! Надеюсь, вы меня извините, мне надо выйти подышать. Мило с вашей стороны, что вы остановились поболтать с моим мужем и со мной.., прошу прощения, как там вас зовут? И, презрительно вскинув голову и сексуально покачивая на ходу бедрами, Тара босиком прошла между столами и официантами в туалетную комнату, и практически все мужчины в ресторане проводили ее взглядом.

Мак даже не пытался скрыть свое замешательство. Разозлившись, Амели что-то оскорбленно пробормотала на выразительном языке своего отечества и гордо удалилась. Оставшись один, Мак откинулся на спинку кресла, ослабил галстук, потом медленно и глубоко вздохнул. Если бы он мог уберечь Тару от оскорблений Амели, он сделал бы это — но его жена и сама отлично пообщалась с его бывшей подругой. Он был удивлен и в то же время восхищен ее неожиданным поведением. Из скромной девушки, какой он встретил ее впервые, его жена превратилась в уверенную молодую женщину, способную постоять за себя.

Вертя в руке бокал с вином, Мак сознавал, что для него будущее без Тары ничего не стоит. Скоро они станут родителями. Он благодарил судьбу за то, что эта женщина дала ему новый шанс стать счастливым, и поклялся, что не оставит Тару, что бы ни случилось.

Через десять минут Мак с тревогой посмотрел на часы. Он остановил проходящего мимо официанта и попросил, чтобы кто-нибудь зашел в дамскую комнату и проверил, в порядке ли его жена, потому что она до сих пор не вернулась за столик.

Пытаясь справиться с одолевающим его волнением, Мак сделал еще глоток вина, убеждая себя, что беспокоиться не о чем.

В дамской комнате, среди блестящих раковин и сверкающих зеркал Тара достала из ящика еще несколько салфеток и протянула их симпатичной брюнетке, которая рыдала, упав в плетеное кресло напротив. Всхлипывая, молодая женщина с благодарностью взяла их.

— Я говорила ужасные вещи, — прошептала она, подняв на Тару большие блестящие от слез карие глаза. — Я сказала ему, что если он так любит свою работу, почему бы ему просто не переехать туда насовсем? И у меня будет меньше забот, ну а одна я никогда не останусь. Он только взглянул на меня и сказал, что надеялся на мое понимание, что старается ради меня, ради нас, ради нашего будущего ребенка. А потом он ушел и оставил меня здесь, — запинаясь и всхлипывая говорила она.

— Вы ждете ребенка?

Молодая женщина в отчаянии кивнула.

— Я была так счастлива, когда узнала об этом, но теперь мне хочется умереть. — Она снова горько разрыдалась, закрыв лицо руками. Присев на корточки рядом с ней. Тара погладила ее по слегка растрепанным волосам и мягко отвела ее руки от лица.

— Как вас зовут?

— Синди.

— Что ж, Синди, меня зовут Тара, и я тоже жду ребенка. Может, это вас утешит. Я представляю, как вы переживаете. У нас с мужем тоже было много ссор из-за его работы, и, вместо того чтобы постараться его понять, я только обижалась и жалела себя. И.., я была не права. Дело в том, что… — Тара умолкла, удивляясь, как близок путь от печали до радости. Она была счастлива, несмотря на обидные слова Амели. — Вы должны поговорить.

Постарайтесь понять друг друга. Не допускайте, чтобы обида и гнев заставили вас сделать то, о чем вы потом пожалеете. Вашему ребенку нужны оба родителя. Поверьте, если вы оба немного успокоитесь и вспомните о том, что соединило вас с самого начала, все будет хорошо. Я обещаю.

Синди перестала плакать. Прижимая к глазам смятую салфетку, она попыталась улыбнуться.

— Знаете, у Пола, моего мужа, такое прекрасное чувство юмора. Он все время смешит меня.

Действительно, нам так хорошо вместе, когда мы не ссоримся. — Она грустно улыбнулась и на минуту задумалась. — Сегодня вечером мы в кои-то веки решили вместе поужинать. Он взял с собой мобильный телефон, и вдруг, несколько минут назад, ему позвонили с работы и попросили завтра утром прийти пораньше. Ну, и тут меня прорвало.