Женихи воскресают по пятницам - Дарья Донцова

– Чего? – не понял Тоша.

– Вероятно, Ася подумала, что хозяин фирмы сошел с ума и захотел убрать длинноногую красавицу, сделав ставку на невзрачную коротышку, потому что послушал аналитиков, которые представили ему современную ситуацию так: «Никому теперь не нужна неземная красота, в тренде жуть зеленая, быстрее ротируйте Балакиреву и Козлову, получите мегаприбыль, продажи возрастут до небес», – печально пояснила я.

Антон обнял меня за плечи.

– Слушаю тебя и удивляюсь. На жуть зеленую ты, Тяпа, не похожа. А дура Балакирева просто тебе сегодня позавидовала, вот и разозлилась. Аська рассчитывала в одиночку перед публикой красоваться, а тут вдруг рядом Степа-красавица. Пришлось славой поделиться. Что она тебе сейчас сказала? Какую гадость напела? Не верь ей!

Я не ожидала от Антона такой поддержки, и мне стало приятно, что он осуждает Асю. Но я решила быть справедливой:

– Балакирева безупречно себя ведет, она, наоборот, хвалила меня, поздравила с успехом, вот только больше ночевать у Аси я не могу, к ней неожиданно приехал двоюродный брат с шумным семейством.

– Ясненько, – скривился компьютерщик. – Слышала поговорку: «Друг познается в беде»?

– Конечно, и не раз, – кивнула я.

Антон поморщился:

– Она неправильная. Если с тобой случилась неприятность, многие протянут руку помощи, пожалеют бедолагу. Но сколько твоих друзей, разъезжающих на «Жигулях», придут в восторг, если ты купишь «Майбах»?

– На фиг он мне сдался? – удивилась я. – Миллион долларов я лучше потратила бы на дом, а не на железяку с колесами, сейчас много хороших машин по средней цене.

– Я говорю к тому, люди познаются не в беде, а в радости, – продолжал Тоша. – Тот, кто запрыгает и зааплодирует, увидев твой «Майбах», и есть настоящий друг.

– Может, ты и прав, – угрюмо сказала я, – но передо мной встала проблема: где жить до очередной командировки? Предположим, сегодня я могу переночевать у вас в поместье. А завтра?

– Думаю, отец будет рад, если ты останешься у нас надолго, – засуетился Антон. – Ты поругалась с Белкой?

– Нет, но к ней заявилась подруга, с которой мне неохота общаться, – пояснила я. – И вообще, я давно подумывала о том, чтобы снять квартиру в Москве. Мне не всегда удобно мчаться вечером в «Кошмар» – электрички ходят нерегулярно, автобус часто ломается.

– Купи машину, – посоветовал Тоша. – Оформи кредит и – вперед.

– Если уж брать взаймы у банка, то лучше на жилье, – протянула я. – До сих пор я старательно не замечала проблемы, прятала голову в песок. Смотри, что получается: прилетаем мы с Асей из Милана, рейс прибывает в Шереметьево в двадцать ноль-ноль. А завтра в час дня нам надо отправляться в Париж. Я только успею доехать до своей деревеньки, и уже пора снова в путь. На сон времени нет. Вот я и катила на квартиру к Асе, чтобы немного отдохнуть. Но нельзя постоянно пользоваться чужим гостеприимством. Только сейчас я сообразила: Асенька небось не очень радовалась моим набегам, а сегодня ее недовольство смешалось с ревностью. Балакирева хороший человек, но даже самые добрые люди устают от гостей. Я сама виновата. Сейчас позвоню подруге Аси, которая хочет сдать квартиру.

– Зачем отдавать свои деньги в чужие руки? – нахмурился Антон. – Лучше уж выплачивать ипотеку – не так обидно, когда понимаешь, что вкладываешь в себя.

– Вопрос о покупке жилплощади, даже в кредит, передо мной пока не стоит, – остановила я парня. – Просто хочется иметь угол, где можно остаться одной. Мне без разницы, какой будет метраж комнаты и кухни, главное – благоустроенная ванная.

– Стой здесь, никуда не уходи, – неожиданно приказал Антон и исчез.

Я послушно замерла на месте и вдруг поняла: я только что приняла стратегическое решение, которое кардинальным образом изменит мою жизнь.

Вообще-то я давно мечтаю иметь собственное жилье, и какое-то время назад мне представилась возможность переехать в небольшую «двушку». Моя подруга детства Наташка, уезжая учиться в Англию, предложила: «Степа, перебирайся в Москву, на несколько лет моя хата станет твоей». Но я отказалась. Почему? Тогда я объяснила это просто: «Если сдашь квартиру посторонним людям, ты, вернувшись в Москву, обнаружишь на счету в банке приличную сумму, а с меня ничего, кроме оплаты коммунальных услуг, не получишь. С моей стороны будет некрасиво лишать тебя прибыли».

Однако на самом деле я просто не хотела принимать от Наташи подарок. Увы, наши хорошие отношения тогда уже были испорчены[7]. Подруга не стала настаивать, теперь она живет в Великобритании, а в ее «двушке» поселилась семейная пара. Сейчас я получила новое предложение о съеме жилплощади, и оно вновь исходит от подруги, дружба с которой дала течь. У меня что, такая карма? Возможность поселиться в столице прочно связана с разрывом с приятельницами? Может, я подсознательно сопротивляюсь переезду, вслух говорю одно, а в душе боюсь остаться без поддержки бабули?

– Я утряс твою проблему! – с совершенно счастливым видом закричал Антон, выбираясь из толпы жующих людей.

– Которую из многих? – осведомилась я.

– Мой приятель – он старше меня, хорошо зарабатывает, живет в собственном доме – владеет парочкой квартир в Москве. И одну отдает тебе.

Мне показалось, что я ослышалась:

– Отдает?

– Во временное пользование, – пояснил Тоша. – Апартаменты в центре, но на тихой улочке.

Я пришла в восторг.

– Правда?

– Две комнаты, – перечислял парень, – общая площадь восемьдесят метров, кухня десять, а ванная, что тебе особенно важно, еще больше. Ремонт делали давно, но владелец после него прожил в квартире совсем чуть-чуть. Потом перебрался в другое место, «двушку» никогда не сдавал. Иногда домработница делает в ней уборку, грязи нет. Ну как?

– Здорово! Но меня тревожит вопрос с оплатой. Сколько хотят за это райское местечко? – осторожно поинтересовалась я, понимая, что сейчас услышу запредельную сумму.

– Коммунальные услуги плюс электричество, – сообщил Антон.

– Невероятно! – отрезала я. – Почему твой приятель предлагает мне такие роскошные условия?

– Ответ содержится в вопросе – потому что он мой друг. Давай сбежим отсюда, а то у меня голова разболелась, сходим куда-нибудь вдвоем, затем вернемся, и ты получишь ключи вместе с адресом. Заодно встретишься с владельцем квартиры, обговоришь с ним детали. Он готов изменить интерьер по твоему усмотрению.

Я не поверила своим ушам.

– Друг сегодня приедет к тебе в гости?

– Получишь ключи и обсудишь с ним вопрос о мебели, – повторил Тоша. – Как насчет кегельбана? Я настоящий профи!

Можете мне не верить, но я ни разу в жизни не заглядывала в боулинг. Швыряние шаров в пластиковые фигуры всегда представлялось мне тупым занятием, которое по вкусу исключительно парням с короткими шеями, бритыми затылками и руками, щедро покрытыми татуировками в виде кинжалов, обвитых змеями. Но капризничать и отказывать человеку, который только что нашел эксклюзивный вариант жилья, показалось мне неприличным. Боулинг так боулинг. Антон безо всяких намеков с моей стороны бросился разруливать мои неприятности, значит, я должна быть ему благодарна. В конце концов, кегельбан не самое плохое место на свете, Тоше могла прийти в голову идея прыгнуть на лыжах с трамплина или отправиться на вещевой рынок в аутентичную китайскую забегаловку, где на ужин подают салат из тараканов.

Глава 19

Боулинг располагался в громадном ангаре, из которого торчала здоровенная труба.

– Здесь раньше находился крематорий? – предположила я, осторожно ковыляя на каблуках по месиву из снега и грязи.

Антон не ответил, молча распахнул дверь.

Я вошла внутрь и расстегнула коротенькую курточку. К сожалению, модельеры в первую очередь думают о самовыражении и оригинальности создаваемой ими одежды, а того, кто будет ее носить, они в расчет не принимают.

На мне сейчас очень модная дубленочка из тонюсенькой замши. Рукава предельно узкие, свитер под нее не надеть, лучше всего она сидит на майке-алкоголичке, застежкой служит пуговица из перламутра, очень прикольная, с шестью дырочками, но она одна и придерживает «шубейку» на талии. Соответственно шея и почти вся грудь остаются открытыми, бедра и попа тоже. Ну и куда может отправиться простая москвичка в такой красоте? В Италии этот прикид вполне уместен, а в Москве зимой требуется нечто более капитальное. Но я жертва моды, поэтому, пока добралась от машины до входа, превратилась в эскимо.

А мои сапоги? Нежно-молочного цвета с каблуком двенадцать сантиметров, со скрытой платформой, замшевые, они не застегиваются на молнию, зашнуровываются сбоку при помощи шелковых завязок. Самая подходящая обувка зимой для столицы России! Даже если ты не попадешь каблуком в решетку в метро или не застрянешь в ступеньке эскалатора, то непременно обдерешь нежную замшу о щели в плитках пола подземки или наступишь на улице толстой подошвой на кусок льда и рухнешь к восторгу прохожих носом в грязь. Ладно, предположим, что я благополучно избежала неприятностей. Но, выйдя из дома в сапожках цвета молока, я вернусь в квартиру в грязных онучах.