Колдун моей мечты - Валерия Чернованова

— Тогда можешь сейчас меня поцеловать! — пришла к неожиданному умозаключению. Отстегнув ремень, приподнялась на коленях и потянулась к ведьмаку.

— Лана, я пытаюсь вести машину. И… за нами едет твой как бы муж.

— Мой как бы муж точно ревновать не станет.

Тёплые губы коснулись его щеки, поднялись к виску, пощекотав дыханием кожу. Пальчики девушки тем временем зачем‑то пытались справиться с узлом галстука.

— Тебе эта удавка не мешает? Я уберу.

— Лана, тебе мало демона, хочешь, чтобы мы во что‑нибудь врезались? — сглотнув образовавшийся в горле ком, прошептал севшим голосом Салвиати. Поцелуи девушки разжигали кровь, заставляли учащённо биться сердце.

— Аты смотри на дорогу…

Тренькнул телефон, и на экране появилось возмущённое сообщение от Луки: «В следующий раз она поедет в МОЕЙ машине!!!»

Осознание того, что друзья за ними наблюдают, помогло взять себя в руки. Увернувшись от очередного поцелуя — на сей раз Лана метила в губы — Габриэль попытался её вразумить:

— Ты сейчас не соображаешь, что творишь. Это всё из‑за действия яда. Сама же потом об этом будешь жалеть. — Удерживая одной рукой руль, второй попытался осторожно отстранить от себя кокетку. Та уже успела стянуть с него галстук и сейчас упрямо боролась с пуговицами на рубашке.

— Зануда! — обиженно буркнула Лана, когда ведьмак всё‑таки усадил её на место. Откинувшись на сиденье, скрестила на груди руки.

— Лучше пристегнись.

— Больше никогда в жизни тебя не поцелую! — смешно надула губы и, проигнорировав его совет, демонстративно отвернулась к окну.

— Я сам тебя, если что, — невольно улыбнулся Салвиати.

— Даже не надейся! Всё! Профукал ты свой шанс. Вот Стефано на твоём месте не стал бы выпендриваться и ни за что бы не упустил такую возможность! Пока я тут вся такая под демоническим кайфом…

— Намеренно меня провоцируешь? Лана, я ведь тоже не железный, могу и не сдержаться, — шутливо пригрозил Габриэль, настроение которого, как ни странно, начало улучшаться.

Было бы намного хуже, если бы Руслана сейчас рыдала и билась в истерике. Вид плачущих барышень всегда выбивал его из колеи. Пусть уж лучше беззаботно с ним флиртует, испытывая на прочность его выдержку. Возможно, завтра об этом даже не вспомнит. Самое главное, что всё для них закончилось хорошо.

— Не железный, говоришь… — сощурилась хитро. — Тогда я буду почаще напоминать тебе об этом вашем учителе!

Глава 11

Руслана

Вообще‑то я по природе своей домоседка. Не люблю шумных тусовок, долгих попоек с друзьям, вояжей по ночным клубам. Предпочитаю проводить вечера, как говорится, у домашнего очага, за чтением хорошей книги либо же за просмотром чего‑нибудь интересного с любимым в обнимку.

Но, видимо, в Италии со мной что‑то произошло. Меня здесь будто подменили! Сначала пьянка с подругой, закончившаяся для меня полной… ну пусть будет катастрофой. Теперь вот вчерашнее безумство. Наверняка пила до умопомрачения, раз сейчас такое чувство, будто по мне всю ночь топталось стадо орангутангов.

А ещё меня мучает жажда и голова раскалывается.

Попробовала придать своему туловищу вертикальное положение. В виски тут же вонзились острые колья, а перед глазами поплыли круги.

Подняться так и не получилось. Рухнув обратно на кровать, попыталась восстановить в памяти события минувшего вечера.

Хорошо помню встречу с подругой, наши посиделки в кафе и дегустацию изумительных пирожных, после чего мы доставили Инну обратно в гостиницу. Где Габриэль ни с того ни с сего предложил продолжить прогулку и повёз знакомить меня с главной достопримечательностью Ватикана.

Мы гуляли по площади Святого Петра и, кажется, он даже пытался меня поцеловать. Габриэль, не Пётр, конечно.

А может, я его? Сейчас этот эпизод вспоминался смутно. Зато нападение демона вдруг отчётливо нарисовалось в сознании. Я вспомнила и боль, и ужас, и нахлынувшее отчаянье. И то, как мы сломя голову неслись к собору. Вернее, нёсся Габриэль, а я, еле передвигая ногами, тащилась за ним прицепом. А потом…

Очередной провал, и вот уже сижу в его машине. Почему‑то ни капельки не напуганная, а жутко злая. На чёртового демона и… зеленоглазого ведьмака.

Вспомнив, за что злилась на Салвиати, со стоном несколько раз стукнулась головой о подушку. А следовало бы хорошенько приложиться о стену, дабы выбить из своей башки всю дурь.

Всё‑таки лучше бы вчера случилась попойка. Алкоголизм лечится, а вот нимфомания, похоже, нет.

Это ж надо было додуматься приставать к итальянцу! Бедный Гаврюша… Даже представить страшно, что он обо мне теперь думает. Наверняка считает девицей лёгкого поведения. Я ведь и в клубе, как заявил мой муженёк, якобы сама нарвалась.

А вчера, выходит, совсем стыд потеряла. Проявила, блин, на свою голову инициативу! Полезла к Габриэлю с поцелуями и раздеванием, нисколько не стесняясь тащившихся за нами ведьмаков.

Но это ещё полбеды. Когда приехали домой, в холле нас уже поджидала вся волшебная семейка, каким‑то образом пронюхавшая о стычке с демоном.

Пока нас отчитывали за тупость, глупость и безрассудство, я смущённо поглядывала на старшего ведьмака из‑за широкого плеча Габриэля. Очень хотелось прижаться к нему покрепче, но строгий взгляд синьоры Марилены немного остудил мой пыл и помог сдержать порывы. На время.

После получасовой нотации моему бодигарду было велено проводить гостью наверх, влить в неё лошадиную дозу успокоительного и возвращаться за новой порцией нравоучений.

Стоило переступить порог спальни, как в меня снова будто демон вселился.

За те нескольких минут, что Габрик потратил на пробежку до кухни и обратно, я успела раздеться до белья и, устроившись на кровати, приняла откровеннособлазнительную позу. Когда он вернулся, держа в руках симпатичную бутылочку из синего стекла, я уже была готова к неравному бою. В смысле, шансов от меня отвертеться у ведьмака почти не осталось.

Бедолага чуть не выронил успокоительное на пол. И, кажется, из нас двоих оно ему в тот момент было нужнее. Машинально дёрнул за ворот рубашки, совсем позабыв, что галстука на нём уже давно нет, и, с опаской выглянув в коридор, нервно хлопнул дверью.

Отвернувшись, трусливо махнул к столику, на котором стоял графин с водой и бокал на высокой хрустальной ножке.

— Не хочешь одеться? — спросил, прочистив горло, по — прежнему стоя ко мне спиной. — Или хотя бы прикрыться.

— У — у, — отрицательно покачала головой. — Здесь так душно.

— Лана! — попробовал пристыдить меня ведьмак.

— Я жду своё успокоительное, — и не думала я смущаться.

Пришлось Габриэлю разворачиваться и двигать к доморощенной искусительнице, то бишь ко мне. Поймав его потемневший (надеюсь, от страсти) взгляд, томно потянулась и похлопала рукой по покрывалу, приглашая полежать со мною рядом.

— Держи, — протянул бокал этот обломок льдины.

Сил нет подняться. Придётся тебе меня напоить.

— Лана, — закатил глаза Габриэль, — поверь, для нас обоих будет лучше, если я сейчас уйду, а ты проспишься. Давай не будем ещё усложнять, и так всё сложно.

Чувствуя, что рыбка уже готова сорваться с крючка, приподнялась на коленях, соблазнительно вильнув бёдрами, и провела пальчиками по твёрдой мужской груди.

— Может, я лучше вернусь к рубашке? А ты пока можешь начинать меня целовать… — Вскинув голову, попробовала дотянуться до ведьмака.

Тот чуть наклонился и прошептал мне в губы:

— Если я тебя поцелую, выпьешь настойку?

— Угу.

— Обещаешь?

— Не обещаю. Клянусь!

Габриэль свою часть сделки выполнил. Поцеловал меня. В лоб, как покойника. И пока я отходила от такой наглости, воспользовался моим замешательством, сунув мне в руки бокал. А в следующую секунду трусливо скрылся за дверью.

Первым порывом было броситься в погоню за этим подлецом или на худой конец запустить ему вслед фужером. Но, решив, что настойка сейчас нужнее мне, чем двери, выпила всё до последней капли и, продолжая ругать зеленоглазого на чём свет стоит, постепенно успокоилась и уснула.

А утром готова была себя убить.

Лучше бы мне вместо успокоительного наколдовали ретроградную амнезию. Я ведь после вчерашнего Габриэлю в глаза смотреть не смогу! И до возвращения Вероники из этой комнаты носа не высуну! Стану самой кроткой и образцовой пленницей.

Раздался стук в дверь. Вздрогнув, натянула одеяло до самой макушки и осторожно поинтересовалась:

— Кто?

— Лана, это я, Сандро. Мне велели напоить тебя лекарством.

— Аты… один?

— Один.

— А где все остальные?

— Катарина внизу, убирает, — принялся перечислять мальчик. — Родители уехали по каким‑то срочным делам. Габриэль, кажется, отправился в университетскую библиотеку. У него же скоро экзамен, помнишь, я тебе говорил?