Принцесса из села 2 (СИ) - Штауб Светлана

— Хорошо… — пытаясь сообразить, сказал Михаил. Он завертел головой, в поисках неизвестно чего. Так и не найдя необходимого, обратился к Герману снова: — Лежи тут. Я съезжу за одеждой. За нормальной, гражданской одеждой, чтобы ты мог выйти незаметно.

Герман не совсем понял суть этого спектакля, но всё же согласился — о себе давала знать слабость.

— Ты меня понял? — уточнил Михаил. Герман слабо кивнул. — Вот и лежи тут. Лежи, пока, — пятясь в сторону двери, приговаривал Михаил. — Я скоро вернусь.

Через секунду друг скрылся в дверном проёме. Герман устало выдохнул и лёг обратно, одолеваемый крайне паршивыми ощущениями. Он понял, что дал лишка, собравшись геройствовать в таком состоянии.

Глава 28

Герман.

Через два с половиной часа Герман и Михаил, точно два секретных агента, пытались незаметно покинуть территорию больницы. Герман всё ещё не до конца понимал, к чему весь этот цирк, но всё же не хотел расстраивать друга, который настоял на том, что если уходить, то уходить незаметно. Герман привык слушать Михаила, поэтому и в этот раз решил не перечить. Михаил ещё ни разу не посоветовал ему плохого.

Оказавшись на улице, двое мужчин сели в заранее подготовленный автомобиль Михаила, и двинулись в сторону загородного дома Германа.

— И всё же я не понимаю, к чему было это представление, — расслабленно откидываясь на спинку сидения, сказал Герман.

— У меня есть подозрения, что за тобой ведут слежку.

— Слежку? — лёгкость как рукой сняло. Герман сразу напрягся.

— Это очевидно. Наверное… Нет, ну ты сам подумай: сестра Вероники поместила тебя в эту больницу. Она запретила Веронике видеться с тобой. И даже если Вероника согласилась на её условия, она же не могла ручаться за тебя. — Михаил пожал плечами, на секунду отвлёкся от дороги, чтобы одарить Германа всезнающим взглядом, после чего добавил: — Простая логика, друг.

— Херня какая-то, а не логика, — не согласился Герман.

Не согласился он не потому что не верил словам друга, а потому что ему совсем не хотелось, чтобы Михаил оказался прав.

Поначалу всё было спокойно — половину дороги они преодолели без происшествий. Но уже на выезде из центральных районов города, Герман, сильно загруженный словами Михаила о вероятной слежке, заметил плетущийся за ними авто в зеркале заднего вида.

— Видишь? — спросил он друга, не отвлекаясь от наблюдения.

— Что? — не понял Михаил.

Герман обернулся к заднему стеклу.

— Прямо за нами. Уже третий поворот, а он всё не отстаёт.

Михаил присмотрелся.

— Не разводи панику. Просто здесь узкая улица, движение медленное, вот и плетётся. Это ещё ничего не значит.

— Ты же сам сказал, что за нами могут следить! — припомнил Герман.

— Ну сказал! Да, сказал! И что такого! Не доводить же до паранойи? За нами могли следить в больнице, но раз уж мы вышли, значит никто за нами уже не следит. Понимаешь?

Герман помотал головой, недоверчиво глядя на друга.

— Такую логику трудно понять.

Михаил отмахнулся.

— Не бери в голову.

Но Герман уже не мог перестать смотреть на преследующий их авто. Да и не смог бы, если бы даже очень сильно захотел, потому что этот проклятый автомобиль постоянно находился на виду — постоянно следовал за ними.

Через несколько минут Герман не выдержал.

— Сверни здесь, — сказал он, указывая на ближайший въезд во двор.

— Да ты спятил! — попытался было возмутиться Михаил.

— Я спятил? Сначала ты говоришь, что за нами может быть слежка, а теперь ведёшь себя так, будто ни хрена не происходит?! Ты уверен, что я спятил?

Михаил понял, что спорить бесполезно.

— Хорошо! — ударив по рулю, сказал он. — Хорошо, сворачиваю! Доволен?!

Герман молча кивнул и тут же вернулся к наблюдению.

— Ну что? Отстали? — глядя в зеркало заднего вида, спросил Михаил.

Авто притормозил у подъезда старой кирпичной хрущёвки. Дворовая дорога была на столько узкой, что на ней еле помещалась одна машина. Михаил нервничал не за то, что за ними могут следить, а за то, что сейчас во двор заедет ещё один автомобиль и тогда им придётся пытаться как-то разъехаться.

— Узкий дворик, — как бы намекая, сказал Михаил.

— Ага… — только и ответил Герман, не переставая таращиться в зеркало заднего вида.

— Ну всё? Доволен? Никто за нами не следит.

Не желая терпеть дальше, Михаил потянулся к селектору коробки передач и включил заднюю скорость. Автомобиль начал медленно двигаться назад.

— Наверное, я и впрямь переволновался… — уже было признал Герман.

Они проехали ещё пару метров, как вдруг из-за угла показался тот самый автомобиль, что всё это время плёлся за ними. Его появление Герман заметил сразу.

— Чёрт! — выругался он. — Говорил же!

Михаил переключил коробку, двинулся вперёд. Но и на этот раз смог проехать только пару метров — спереди на них выехал джип. Михаил махнул другу.

— Говорил же! — сказал он.

— Что говорил? — не понял Герман.

— Что не сможем разъехаться.

Брови Германа сошлись вместе, на лбу проступили морщины.

— Нет, не говорил.

Михаил понял, что успел только подумать об этом.

— Да… точно… не говорил…

И пока двое друзей разбирались по поводу — кто, что говорил, джип спереди остановился и из него вышли двое в чёрных водолазках и чёрных бронежилетах.

Друзья переглянулись. Они сразу поняли кто и на кого работают эти люди.

— Выхода нет, — обнадёжил Михаил.

Он отстегнул ремень, открыл дверь и вышел наружу. Герман проклинал друга несколько секунд, после чего понял, что проклинать вечно не получится. Нужно что-то делать. Он тоже отстегнул ремень и был вынужден покинуть автомобиль следом. Стоя на улице, Герман обернулся, понимая, что их пытаются зажать с двух сторон. Сил не было совсем. Герман понимал, что бежать — не выход. Оставалось только одно…

Герман набрался смелости и сделал шаг — шаг навстречу хорошо подготовленным головорезам. Они сошлись в пяти метрах от авто — двое на одного. Ещё двое окружили Михаила — те остались позади.

— Вы покинули место содержания, — произнесла безымоциональная физиономия в очках.

— Я что, заключённый?

— Госпожа Полякова будет недовольна.

У Германа сложилось ощущение, что он разговаривает с роботами.

— И что мне теперь сделать?

— Вернуться обратно.

— Я себя прекрасно чувствую, — соврал мужчина. — Я свободный человек. Разве нет?

«Опасно, очень опасно», — думал Герман. Он понимал, что не стоит злоупотреблять такими словами. В любой момент они могли бы сказать, что никакой он не свободный человек. Просто скрутили бы его и бросили бы в машину. А дальше уже никто бы не узнал, где его бездыханное тело было в последний раз.

Внезапно к Герману пришла гениальная идея.

— Могу я поговорить с госпожой Поляковой?

Головорезы переглянулись. Из-за тёмных линз очков было невозможно понять реакцию господ.

Наконец, один из них потянулся к заднему карману. Он вынул смартфон и набрал номер. Герман выдохнул. Он понимал, что расслабляться рано — звонить могут кому угодно, — но всё же надеялся, что звонят именно сестре Вероники.

Приветствия не последовало: как только на том конце ответили — ответили крайне недовольно, — мужчина открыл рот и проинформировал:

— С вами хотят поговорить.

Выслушав ответ, человек в очках протянул телефон Герману. Герман не стал мешкать и принял тот, сразу же приложив динамик к уху.

— Слушаю, — донёсся строгий голос.

— Это Герман Дмитриевич.

— Я ведь сказала: слушаю.

У собеседницы явно не хватало терпения.

— Я хочу помочь с поисками Вероники.

— Это невозможно, — коротко ответила девушка.

Герман понял — просто так не договориться. В дело вступил бизнес.

— Вам нужны данные по синдикатам, с которыми работал мой отец?

Тишина.

— Что у тебя есть?

— Много всего, что может вас заинтересовать.