Его Величество бомж (СИ) - Элина Градова

для него обновлениями, и я молю его не умереть сегодня, чтобы правда восторжествовала. Он медленно и со скрипом открывает соцсеть, сообщение от Лёхи, ставшего моим другом в прошлую смену, теперь думаю, лучшим другом, уже прилетело!

Ну что ж, Катенька, как говорится «À la guerre comme à la guerre», и пленных не берём!..

Глава 15

— Лёха, прям вижу, как тебе Оскара вручают, — нахваливаю рыжика, отходя от боевых действий, — за операторскую работу!

— Ага! — смеётся, — главное начать с верного жанра!

— И чего? Многие известные звёзды заходили в кинематограф с порно! — прыскаем оба. Нам теперь весело и смешно! Мы победили!

Собрав весь Катькин фан-клуб, что подвывал ей с утра, пока она гордилась своими боевыми ранениями, я включила Лёхин компромат. Дебют Чичолины на большом экране сразил всех наповал!

Только не саму звезду! Она вызверилась на меня так, будто я увела у неё обманом законного мужа! И орала на всю сестринскую и полоскала меня, как могла. Но мне уже всё равно, и зрителям всё равно. Поклонники покидали своего кумира с лёгкими смешками и переглядками, да ещё и вставляли шпильки в самые нежные места!..

Костика тут же освободили от оков, но он по-прежнему спит беспробудно. Вот это и напрягает!

— Что вкололи?! — я теперь имею право задавать вопросы!

— Обычный транквилизатор, — оправдывается процедурная сестра, — как доктор назначил…

— Где назначение?

— В истории посмотри…

Историю выдрала с боем, а в ней ничего нет! Я обратно,

— Где? Сколько?

— Двойную дозу, он же большой!

— Он худой! В нём веса половина! — убила бы! — тем более, не на взводе был! А вы его ещё двойной дозой приложили!

— Тебе-то что?! Замуж за бомжа собралась? — вот нравятся мне такие споры! Главное, по существу дела! Ещё сучкой могла бы обозвать в качестве весомого аргумента!

— Это в оправдание в суде скажешь! — я тоже не лыком шита, найду что ответить.

— Каком суде?! Мне Катька сказала, что так назначено, я и сделала!

— Ну, значит, с Катькой вместе и сидеть будете, если он помрёт! — смотрю, у неё уже руки трясутся, — ты тоже себе кольни чего-нибудь… двойную дозу! А то мимо задниц промахиваться будешь!..

Возвращаюсь в палату, пока иду, понимаю, конечно, что никакого суда не будет, а вот внутренние разборки я им устроить могу вполне!

Но мне сейчас плевать на все разборки, лишь бы Костик очнулся!..

Сижу на краю койки, прислонившись к спинке и тупо жду, когда шевельнётся хоть немного…

— Та-ань! — рыжик тормошит меня за плечо.

Оказывается, я заснула. Гляжу на телефон, полтора часа прошло.

— Лёха, что?

— Глянь! — всматриваюсь, ну, слава Богу! Зашевелился!

— Костя! Костик, просыпайся! — глажу по щеке, он открывает глаза. Вид, как у Лунтика, — эй, друг любезный, ты тут? Ты с нами? — сфокусировался на мне и расцвёл! Значит, с нами!

— Костян, с возвращением! — Лёха по-мужски солидно жмёт безвольную вялую руку, — ну, ты как? Кайф словил?

Похоже, Костяну слово «кайф» ни о чём не говорит. Он хмурится, пытается сесть и тут же хватается за голову и валится на бок. Ну, ясно,

— Кружится? — спрашиваю, он кивает, показывая указательным пальцем вертолёт.

— Давай-ка, поехали отсюда! — надо нафиг забирать, пока совсем не уморили добрые люди! Думают, раз бессловесный, и никому не нужен, так можно издеваться, как угодно, — ноги сами долечим!

— А, я?! — Лёхе явно моя идея не по душе.

— А, ты — молодец! Спас его! А в другой раз рядом можешь не оказаться, сам же понимаешь?

— Понимаю, — вздыхает рыжик.

— Не грусти, завтра у меня дежурство, увидимся! — утешаю.

— А, можно мне Костяна проведать, когда выпишут? — надо же, как парень прикипел!

— Можно! Будешь самым дорогим гостем! Я сейчас пойду всё улажу и вызову такси, посиди пока с ним, если заплохеет, звони мне, этих куриц не зови! С них ещё станется…

* * *

— Танюш, уверена?! — в глазах Ирины Геннадьевны неподдельная тревога, — ты даже не знаешь, что у него на уме!

— Не знаю, — вздыхаю, — но и здесь не могу оставить. Я уже отказ написала.

— Как написала, так и заберёшь, кто ты ему, чтобы ручаться?

— Он бомж, так что всё равно, кто. Ещё день-два, ну неделя, и так бы выписали.

— Давай, до завтра? Твоя смена, никто его не тронет, заодно очухается от седации, — и я понимаю, что старшая права, надо горячку отложить хотя бы на сутки…

— Здесь что ли ночевать?

— Так боишься оставить?

— А Вы бы не испугались? После такого? — нашим прениям приходит конец, откуда не ждали…

— О, Танюха, привет! А чего не в свою смену? — Миха нарисовался с очередным пациентом, — тебе же завтра заступать?

— Да вот, так получилось, — не объяснять же, что тут у нас получилось.

— Следующий вызов в твою Тмутаракань, перевозка инвалида назначена, сейчас сгрузимся и рванём, хочешь с ветерком прокатиться? — вот всё и решилось!

— Как же ты вовремя, Миха! А ещё пассажира возьмёте? Лежачего?

— За три минуты уложишься, возьмём, плацкарт свободен, — смеётся.

— Уложусь! — это я уже на бегу…

— Лёха! Кидай вещи, у нас тут оказия вышла, с ветерком доставят!

Лёха ничего не понимая, тем не менее, одной рукой сбрасывает нехитрый Костин скарб в пакет и мимо, а я, подкатив каталку, помогаю моему недееспособному на данный момент герою перебраться в неё. Хорошо, что он уже немного пришёл в себя, участвует, как может.

Потом, собираю, всё, что накидал сосед мимо пакетов, Костику на колени и… Лёха напоследок пожимает огромную руку друга, и мы катим к лифту.

На удачу, свободен. Три этажа вниз, там уже Миха весь на измене,

— Копуша! Где застряла?! Нам же на вызов, всё-таки, хоть и перевозка всего лишь, но цигель, цигель!

— Вот мы! — выкатываю своего пассажира.