Лунный прилив - Стелла Камерон

Грир решительно зашагала к церкви. Витражные стекла отражали солнечный свет, превращавший фасеты в сверкавшие грани драгоценных камней. Массивные дубовые двери в раме, выполненной в нормандском стиле, были украшены потускневшими медными вставками. Легко повернув ручку, Грир вошла в здание церкви и поморщилась от ударившего в нос запаха ладана и старинных книг.

Именно старинные книги и были главной целью визита Грир. А точнее, записи о крещении. Ее собственная справка о крещении была подписана викарием этой церкви. А деревня Ферндэйл когда-то была домом ее матери. Так что и о ней тоже должна найтись запись.

Неровные каменные плиты эхом отвечали на шаги Грир. Три ряда деревянных скамеек, разделенных широкими проходами, тянулись к кованой решетке алтаря. Грир медленно прошла под величественными каменными сводами, колонны которых были увенчаны резными щитами и фигурками херувимов. В полосках света, проникавшего через окна и прорезавшего дорожку к алтарю, парили блестящие пылинки.

— Добрый вечер, мисс. Я могу вам помочь?

Грир подпрыгнула от неожиданности:

— Что?

Она обернулась, ища, откуда раздался голос, и увидела пожилого мужчину, преклонившего колени перед кафедрой на одном из особо отгороженных мест.

— Прошу прощения, если напугал вас, — сказал старик. Когда он поднялся, разглаживая складки черной рясы, то оказался ростом не выше ее.

— Нет... э... викарий. — В любом случае это обращение должно подойти, решила Грир. — Просто не ожидала никого здесь увидеть.

— Я мистер Рассел, — представился мужчина. — Всего лишь церковный служитель, не пастор. Вы хотели его видеть? Думаю, он на месте.

Мужчина был кем-то вроде смотрителя, насколько поняла Грир. И выглядел довольно пожилым, а значит, служил на этом месте уже долго.

— Не думаю, мистер Рассел. Я бы хотела посмотреть церковные записи о крещении. Не могли бы вы показать мне, где их найти?

Проницательный взгляд серых глаз внимательно изучал ее лицо.

— Зависит от времени. Новые записи находятся в открытом доступе на паперти. — Он кивнул лысой головой в направлении входа. — Десятилетней давности — в ризнице.

— А более старые? — Грир молилась про себя, чтобы остальные записи не были отосланы куда-нибудь далеко или, хуже того, уничтожены.

Мистер Рассел почесал подбородок.

— Заперты в шкафах — тех, что наверху, в галерее. Но насколько далекое прошлое вас интересует?

Вытянув шею, Грир осматривала галерею, скрытую за невысокими стенами, завешанными хоругвями.

— Около пятидесяти лет назад. Может быть, чуть меньше. — По ее подсчетам, примерно таков должен быть сейчас возраст ее матери.

На секунду Грир показалось, что служитель не согласится. Она с замиранием сердца следила за тем, как он подбирает слова для ответа.

— Потребуется немало времени, чтобы их отыскать, — наконец произнес служитель. — Могу ли я узнать, зачем они вам понадобились?

Он добрый человек, Грир чувствовала это и решила быть с ним откровенной, надеясь на сочувствие.

— Я пытаюсь отыскать свою семью. Особенно мать. Мне точно известно, что меня крестили в этой церкви и что мама жила в Ферндэйл. Я надеялась найти ее адрес — или что-нибудь, что подсказало бы мне, откуда начинать поиск.

— О, — кивнул служитель. — Понятно, — добавил он, хотя на его озадаченном лице не отразилось ни намека па понимание.

— Вы знали Руби Тиммонс? — Достав кошелек, Грир поискала клочок бумаги, на который выписала то немногое, что ей было известно о Руби.

Он медленно покачал головой, глядя на листок, но не предпринимая попытки взять его в руки.

— Не помню этого имени, мисс. Но я приехал сюда только после того, как вышел на пенсию. Двенадцать лет назад. Никто из вашей семьи не знает... то есть... Вы ведь не англичанка, правильно?

Грир совсем сбила с толку бедного мужчину.

— Меня удочерили, когда я была маленькая, — американская пара забрала меня в Штаты. Они знали только то, что моя мать родом из этой деревни. В общем, если вы сочтете, что я слишком многого прошу, ничего страшного. Все равно я вряд ли здесь что-нибудь найду.

Она уже собиралась развернуться и пойти прочь, но мужчина остановил ее, удержав за руку.

— Ерунда. Мне вовсе не трудно, юная леди. — Его румяное лицо подернулось тенью. — Следуйте за мной, и мы откроем те шкафы. Мне придется покинуть вас, но вы можете копаться в них сколько пожелаете, так что удачи вам. Удачи.

Перемена в отношении мистера Рассела была поразительна. Он пропустил Грир перед собой вверх по ветхим ступенькам к галерее. В алькове, сплошь заваленном потертыми гобеленовыми подушками для коленопреклонения, истрепанными песенниками и другими отслужившими свою службу вещами — даже старое побитое пианино покоилось там, — стояло два высоких шкафа. Только два. Пока служитель отпирал дверцы, Грир в облегчении подняла глаза к потолку. Слава богу. Она уже приготовилась увидеть дюжины шкафов.

— Ну вот, мисс?..

Грир благодарно улыбнулась:

— Грир Бэкетт. Спасибо большое.

— Тогда просто оставьте ключ в одном из замков. — Его мягкое старческое лицо излучало доброжелательность. — Я заберу его после вечерни.

Под ногтями у Грир скопилась грязь, все пальто было испачкано в пыли. Она присела на крошечный стульчик в детском уголке церкви. Блокнот, который сжимала в руках девушка, содержал короткий список имен, дат и адресов.

Руби Тиммонс была дочерью Молли и Уильяма Тиммонс из коттеджа Марш на улице Кэллоуэй, и сейчас ей должно было быть сорок восемь лет. Этим вечером уже поздно идти туда, но она попробует найти коттедж завтра. На поиски записи о Руби ушло больше часа. Каждая книга была пронумерована, но старые тома лежали в беспорядке, а золотые цифры на их корешках поблекли.

В блокноте под именем ее матери значилось еще одно, с тем же адресом. Курт Уильям Тиммонс. Курт. Она попыталась воссоздать образ человека с таким именем.

Любопытство побудило Грир поискать запись и о своем крещении. Ферндэйл была маленькой деревней с населением не более нескольких сотен людей. В регистре, на предпоследней странице которого содержалась информация о рождении Грир, поразившая девушку своей обезличенностью, также имелась статистика за несколько предыдущих лет. Листая книгу, она обратила внимание еще на одну запись по Тиммонсам. За шесть лет до появления Грир на свет Руби родила мальчика — Курта.

Засунув маленькую книжку в карман, Грир обняла колени руками. Слезы снова навернулись ей на глаза. Как она и говорила Кейси, стоило ей только начать плакать, как она уже не могла остановиться. Грир судорожно вздохнула, и взгляд ее затуманился. За один день ей довелось испытать такую гамму эмоций, которая могла бы вымотать целую армию людей. Но это не были слезы горя или тревоги — это были слезы счастья.