Свет дня - Эрик Эмблер

— Да, безусловно. Но нам совсем не обязательно выходить на связь только в точно установленное время. Мы установим круглосуточное наблюдение, поэтому, как только у вас будут возникать реальные или даже предполагаемые трудности, вы, полагаю, всегда сможете найти причину, чтобы отъехать и поставить нас в известность, сделав один-единственный короткий звонок. После чего в случае необходимости мы сможем использовать иной вид связи. Конечно, несколько более рискованный для вас, но, увы, этого не избежать. Хотя, повторяю, только в крайнем случае. Будем надеяться, это вообще не понадобится. Вы должны будете делать отчеты в письменном виде, закладывать их в пустые сигаретные пачки и в должном месте выбрасывать их. Тот, кто как бы случайно будет следовать за вами, — причем машины и водители, естественно, будут меняться каждый день, — будет подбирать их и немедленно связываться со мной.

— Вы хотите сказать, мне придется выбрасывать их в окно машины на ходу и при этом надеяться, что они этого не заметят? Или, по крайней мере, не обратят на это внимания? Не заподозрят?

— Конечно же нет. Вы сможете делать это в любом удобном для вас месте и в любое время. Например, когда вам по тем или иным объективным, подчеркиваю, объективным причинам потребуется остановиться и выйти из машины…

А что? Почему бы и нет? В общем-то совсем неплохо. Просто надо заранее позаботиться, чтобы у меня всегда было при себе — в кармане или где-нибудь в машине — несколько пустых сигаретных пачек, которые надо время от времени выбрасывать, только и всего. Что в принципе совсем не трудно. Единственное, что меня никак не устраивало, — это необходимость писать отчеты. Регулярно! О чем я с ним тут же и поделился.

— Да, небольшой риск, конечно, здесь есть, — согласился Туфан. — Но придется на него пойти. Не забывайте: обыскать вас они решатся, только если вы дадите им реальный повод для подозрений. Поэтому постарайтесь им его не давать. И все будет в порядке. Вам понятно?

— Понятно-то понятно, но отчеты ведь писать все равно придется. Интересно, где и когда?

— Можете делать это, скажем, в туалете. Не думаю, что там за вами будут наблюдать… Ну а теперь несколько слов о ваших дальнейших инструкциях. — Он открыл свой портфель и достал оттуда небольшой транзисторный радиоприемник, который мне не раз приходилось видеть у немецких туристов. — Вот вам. Нечто новое. Будете носить его в своей сумке. Если его увидят или услышат, как вы им пользуетесь, скажите, что он у вас от одного из немецких туристов. В нормальном варианте он принимает только стандартные частоты, а вот ваш сделан, так сказать, по спецзаказу. Смотрите, я покажу вам. — Он вынул приемник из кожаного футляра, открыл заднюю крышку и ткнул пальцем в небольшой переключатель рядом с отделением для двух батареек. — Нажмите его и получайте ВХС-инфо на обычной частоте с расстояния до половины одной мили, которая будет передаваться с нашей машины. Система хорошо проверена и пока еще не давала серьезных сбоев. Если, конечно, между двумя передающими точками нет крупных зданий или иных блокирующих волны препятствий. Тогда ждите проблем. Но это только если… Нормальное время связи семь утра и одиннадцать вечера. Как показывает практика, самое безопасное время. Это ясно? Для большей безопасности рекомендую использовать микронаушники. Совсем не обязательно, но все-таки так будет лучше.

— Понятно, сэр, конечно же понятно… Значит, говорите, это чудо-приспособление специально модифицировано? Означает ли это, что оно не принимает самых обычных радиопередач? Включая местные… Если да, то как мне объяснить…

— Принимает, принимает, не волнуйтесь. Только если вы не забудете передвинуть вот этот рычажок. Только и всего. — Он неторопливо, размеренным движением вернул на место заднюю крышку. — Далее, для вас есть также и некоторая дополнительная информация: и ваш драгоценный Харпер и наша, к сожалению, не менее драгоценная мисс Липп путешествуют по швейцарским паспортам. Уточнить детали в аэропорту, не вызывая никому не нужных подозрений, у нас просто не было возможности. Так уж случилось… Так что на данный момент мы имеем следующее: Вальтер Карл Харпер, тридцать восемь лет, инженер, родился в Берне, и Мариа Липп, тридцать шесть, судя по объяснениям, студентка, родилась в маленьком немецком городке Шлафхаузен.

— Студентка? В ее-то возрасте?

— А почему бы и нет?.. В принципе почему бы и нет? Студентом можно назвать любого, кто что-то старательно и добросовестно изучает… Включая, кстати, и вас. Остальное вообще-то практически не имеет смысла. Во всяком случае, для нас. Мы с вами занимаемся конкретным делом, а не теорией вопроса. Итак, — он достал из портфеля еще одну бумагу, — теперь о вилле. Она является собственностью вдовы бывшего министра правительства президента Инону. Ей сейчас восемьдесят. Вдова уже несколько раз пыталась продать виллу, но никто не хотел покупать ее за назначенную цену. Последние пару лет ей удается сдавать ее в аренду военно-морской миссии НАТО, однако в начале этого года миссия закончила свои дела в этой зоне и покинула Стамбул. Три месяца тому назад к местному агенту вдовы обратился австриец по фамилии Фишер, остановившийся в отеле «Хилтон». Еще одним именем господина Фишера является Ганс Андреас. Местом постоянного проживания он назвал город Вену. Ему нужна вилла на два месяца, причем не именно эта самая, а практически любая, но только в этом районе и рядом с побережьем. Он выразил полнейшую готовность хорошо заплатить и передал требуемый залог в швейцарских франках. В полученной им лицензии на аренду род его занятий определяется как «производитель промышленной продукции». Он прибыл сюда три недели тому назад, когда начался срок действия аренды. В полиции официально еще не зарегистрировался. Точный маршрут и способ его прибытия проследить мы еще не успели, так что паспортные данные нам тоже пока неизвестны.

— Он производитель конкретно чего?

— Тоже пока не знаем. Мы, конечно, направили запрос в Интерпол, но, полагаю, ответ будет отрицательным. Как уже произошло в случае и с Харпером, и с Липп. Это только увеличивает возможность того, что они проходят в спецслужбах по политической части.

— Или действуют под вымышленными именами.

— Что ж, тоже не исключено… Итак, на вилле также находятся муж и жена, местные турки, которые вот уже несколько лет следят за ее сохранностью, убирают… Кроме них там проживает повар, которого попросил найти Фишер. Агент хозяйки нашел турецкого киприота по имени Гевен, который некоторое время работал в Италии и хорошо знаком с итальянской кухней. Он хороший повар, но частенько напивается и становится весьма агрессивным. Относительно недавно отсидел небольшой срок за нанесение телесных повреждений официанту. Полагают, что, рекомендуя его Фишеру, агент, скорее всего, не был в курсе этого досадного эпизода.

— А против этой супружеской четы что-нибудь имеется?

— Нет. У них вполне хорошая репутация. Честные, нормальные люди. — Он отложил бумаги в сторону. — Это все, что мы пока знаем, однако развитие какого-то заговора начинает вырисовываться все очевиднее и очевиднее. Схема, скорее всего, здесь такая: первый участник появляется раньше остальных, чтобы организовать базу для последующих операций, второй организовывает доставку оружия, третий прибывает на специальном транспортном средстве с заранее приготовленной легендой прикрытия. Настоящие заговорщики, возможно, еще не прибыли. Информацию о них мы рассчитываем получить от вас. Пока же от вас требуется как можно скорее узнать две вещи: остается ли оружие все еще в машине, и если уже нет, то где оно теперь хранится. Первое будет относительно легко, второе, полагаю, куда сложнее.

— Если вообще возможно.

Он пожал плечами:

— На данном этапе особенно рисковать вам просто нельзя. В основном продолжайте прислушиваться, запоминать имена людей, названия мест… Особое внимание обращайте на возможные политические намеки, ссылки. Даже на самые мельчайшие… На сегодня все. У вас есть вопросы?

— Десятки, — не раздумывая, ответил я. — Осталось их только правильно сформулировать.

Ему это совсем не понравилось, что было заметно невооруженным взглядом. В общем-то довольно нагловато с моей стороны, но и он мне, честно говоря, достаточно надоел.

Туфан бросил на меня пристальный взгляд:

— А знаете, Симпсон, мой шеф вами пока доволен. Даже говорил о возможности помочь вам не только снятием всех предъявленных обвинений, но и кое-чем еще. Если, конечно, ваше сотрудничество с нами поможет нам успешно разрешить эту проблему, которой мы с вами сейчас занимаемся. Это ваш счастливый шанс, Симпсон. Не упустите его.

«Этот мальчик, безусловно, мог бы добиться больших успехов. Его необходимо всячески поощрять к развитию в себе более позитивного отношения к обучению в школе: физическое развитие — удовлетворительное; пунктуальность — удовлетворительная; поведение — оставляет желать лучшего.