Цифровой (СИ) - Ринат Тактарин

Сухмет, продолжал смотреть. Он уже не вмешивался в процесс экономии питания, теперь это решает первый.

— Жалко муры тощие попались, надолго не хватило, — бросила девушка, глядя куда-то в кусты.

— Пойдём, — сказал Сухмет. — Догонят, им ещё поохотиться надо.

Удивившись такому повороту, Рика поспешила за парнем.

— До деревни не так близко, придётся заночевать в лесу, — поддавшись дару погонщика, Сухмет осматривал округу и кое-кого нашёл.

Несколько точек на юге приближались, но вовсе не к ним, просто направление совпало. Примерно посередине паслось стадо копытных животных, об этом знали заражённые, а теперь и Сухмет.

Через несколько секунд, мимо парня и девушки пронеслась парочка заражённых, им пришлось бросить недоеденную консерву. Во-первых, приказ поводыря, а во-вторых, мясо животных для них предпочтительнее.

— Куда это они? — девушка чуть ли не жалась к Сухмету.

— За нашим ужином, — ответил парень, сосредоточившись на даре.

Спустя примерно час, на небольшой полянке полыхал весёлый костерок. Кто-то решит, что в условиях улья такое недопустимо. Погонщик с ним не согласится, ведь его лагерь охраняют два рубера и матёрый топтун. Остальную мелочь уничтожили на месте. Сытый Медведь принёс их головы, а Рубака, на правах старшего притащил коровью ляжку.

Над полянкой стелился лёгкий дым, неся с собой особый уют путешественника, а запах печёного на костре мяса, располагал к хорошему настроению.

Сухмет отрезал поджаристый кусочек и протянул его Рике. Довольная обстановкой девушка с радостью приняла угощение.

— Я их не вижу и не слышу, — произнесла Аурика, оглядываясь по сторонам.

— Вернулись к стаду, я приказал подтащить остатки ближе… Пусть едят неподалёку, всё равно же не успокоятся.

Удовлетворившись ответом, девушка с аппетитом откусила очередной кусочек сочного мяса.

— Даже без соли вкусно, — произнесла Рика, облизывая пальчики.

— Это потому, что на свободе.

Девушка закивала, смешно тряся чёлкой.

Очень скоро, на лес спустились сумерки и как это бывает на Стиксе, быстро сменились темнотой.

Сухмет, утеревшись травой завалился на спину и с интересом разглядывал чужие звёзды. Погасший костёр светился угольками от малейшего дуновения ветерка, создавая тем самым особую атмосферу. Кто-то назовёт её романтикой или как минимум походной магией.

В такие моменты, кажется, что всё будет хорошо, нет войны, нет смерти, а все плохие люди вымерли, а может просто переселились на другую планету. Короткий промежуток времени, к которому всегда хочется вернуться.

— Ты хотел бы вернуться домой? — девушка сидела напротив и, казалось, заворожено наблюдала за погибающим огнем. Подул ветерок, на момент ожививший пламя, заодно осветив грустное лицо Аурики. В этот момент, оно казалась бесподобным.

— Нет! — Сухмет был честен не только по отношении к себе, он не видел смысла во лжи. — Здесь лучше, сразу видно, кто есть кто, не нужны лишние слова, вместо них говорит оружие.

— А я бы вернулась, ненадолго. Повидать родителей, сестру… соскучилась сильно. Вот только с папой не получится, он тоже солдат, всегда в командировках.

Сухмет её прекрасно понимал, он и сам иногда об этом задумывался. Жалел ли он о содеянном? Конечно, да. Как бы парень не гнал эту мысль, она всегда возвращалась, каждый день, каждый час.

Убийство родителя тяжкий грех и даже собственная смерть не способна его смыть, это навсегда. Мать его так и не простила, умерла, когда Сухмет отбывал наказание, этот грех, тоже висит на нём.

Парень так бы и копался в себе доводя до исступления и бессонницы, такое уже бывало, но неожиданно почувствовал тепло. Это Рика легла рядышком, прижавшись к нему бочком.

— Так будет теплее, — словно извиняясь прошептала она.

Сухмет был ей благодарен.

«Такая маленькая, беззащитная, а так сильно греет,» — подумал он, засыпая.

Глава 19

Жизнь, это череда взлётов и падений, так когда-то говорил его отец. Сервий запомнил эти слова только потому, что после них обычно следовал подзатыльник. Он не помнил лица своего старика, но это его высказывание всплывало всякий раз, когда возникали незапланированные ситуации.

Что может понимать простой сапожник? Правильно, ничего! Он лишь повторял слова своего отца. Сапоги настолько заношены, что дешевле купить новые, вот что он скажет очередному клиенту, на том и заканчиваются его знания. Сервий понимал, что думать о подобном мелко, но на то она и мысль, что её невозможно остановить.

Что бы он предпринял, после появления этой девчонки? Откуда она вообще взялась? Он чистил, можно сказать вымерял каждый шаг погонщика, а тут появился смазливый ребёнок и все планы к чертям.

Сервий признавал силу её дара, очень даже неплохо. В других обстоятельствах он бы может использовал девчонку, после определённой обработки, конечно. Но сейчас, она плохо влияет на его протеже. По опыту он знал, такое влияние имеет большинство женщин. Придётся форсировать некоторые события.

* * *

На третий день пути, лес прервался, и мы вышли к небольшой деревушке. Аккуратные ряды домов, ухоженные участки и тишина. Вонь говорила о том, что кластеру не меньше недели. Заматеревший за эти дни Вискарь, помалкивал.

Почему я с ним считался? Да потому что он стал меня удивлять. Не сразу. Примерно через сутки после приёма чёрненькой, я копался в рюкзаке, прикидывая как бы растянуть небогатые запасы пищи. Пёс вдруг резко подскочил, превратившись в красивое изваяние и через секунду сорвался, тут же скрывшись в зарослях. Вернулся спустя пару минут, таща в пасти упитанного зайца. Что самое интересное, Вискарь не стал его есть, подошёл и аккуратно положил мне под ноги, типа дели бос.

Я, естественно, отмахнулся. Надо разделать, развести костёр, тем самым пригласив на обед всех ближайших заражённых. Пёс с удовольствием сожрал косого и на следующий день, проделал всё тоже самое, только уже с птицей.

А вот сейчас задумался, может у него дар проснулся? И он тоже что-то видит или чувствует, зверь же! Не дождавшись реакции, глянул сам.

Ветерок по траве, это слабовато, нужно было что-то более резкое. Дождался скрипа калитки, картинка сразу на десятки метров. Заборы, дома, кости животных и людей, живые тоже были, пара бегунов на единственной улице, стояли себе, пятка-носок.

— Пошли, только тихо. Там пара бегунов, больше никого не видел, — зачем-то отчитался перед Вискарём.

Тот виду не подал, шёл рядышком принюхиваясь, пока не заметил две цели. Я и моргнуть не успел, пёс сорвался молнией, успел пробежать половину расстояния, когда бегуны его срисовали и радостно урча поскакали навстречу. Прыжок, первый самый шустрый вроде как проскочил чуть дёрнувшись Вискарь налетел на второго, совершив собачее сальто отпрыгнул назад и как ни в чём не бывало спокойно пошёл в мою сторону. Заражённые рухнули одновременно, и на деревенскую грунтовку