Цифровой (СИ) - Ринат Тактарин

не всё так безнадёжно и безрадостно, если раньше он видел себя только рядом с подчинёнными тварями, то сейчас стал понимать, есть и другие люди, которые не хотят его убить.

Аурика тому блестящий пример. А ведь девчонка, не смотря на малый возраст перенесла неслабый стресс. Это Сухмет понимал. Насилие над телом и духом, когда ничего не можешь поделать, это жутко. А жизнерадостная девушка, ничем не показывала недавно перенесённое, словно не было, словно сон.

Лес, то редел, то вновь превращался в непроходимую чащу, присутствие Рубаки очень выручало. Монстр ни смотря на поклажу, находил лазейки среди зарослей, тем самым показывая дорогу.

— Сухмет⁉ А раньше до Стикса, кем ты был? — она как обычно прервала его размышления.

— Солдатом, я был на войне.

— О круто, так тебе повезло. Я тогда в седьмом классе училась, — Рика задорно улыбнулась. — Мальчишки меня по очереди домой провожали, потом дрались в палисаднике, тётя Маша, подруга мамина, их метлой гоняла.

Она всё же вызвала улыбку у Сухмета. Представил толпу ухажёров и злую женщину с метлой.

— Хорошо, что мы копии. Те настоящие живут себе в нормальном мире и бед не знают, — Аурика подарила парню очередную улыбку и принялась жизнерадостно скакать вокруг него.

Сухмет в отличие от девушки давно не жил в нормальном мире. Воспоминания об одиночной камере, портили настроение. И что есть нормальный мир? Он никогда не бегал за девчонками, всё детство и юность прошли в учёбе с тренировками. Затем тюрьма и долгожданная свобода. Когда пришло время, наставник на правах опекуна, женил его на своей племяннице. «Вот и вся любовь» — Сухмет прочитал эту корявую надпись на стене. В одиночке, видимо один из его предшественников имел ввиду что-то своё, парень же, воспринимал это как итог жизни, на тот момент он не видел выхода.

— Я не копия! — возразил Сухмет. — Нельзя скопировать душу, я это я!

Девушка перестала прыгать стрекозой и поскольку приказа останавливаться не было, она шла задом, глядя в глаза парню. Рубака бесшумно шагал впереди, труп постового на плече подпрыгивал в такт движению. Он опять испытывал голод, Сухмет чувствовал это, одной из граней своего дара.

— Это одна из теорий, просто люди пытаются себя успокоить… Типа я настоящий дома, а это так, наверное, страшный сон… Я тоже не ощущаю себя копией, и мне страшно, — на секунду её лицо исказилось обидой и болью. — Разве можно так⁈

Сухмет решил, что она сейчас заплачет, но девушка справилась. С присущей ей непосредственностью перешла на другую тему.

— Нам бы провизию пополнить.

В сумках постовых, был небольшой запас еды, пара банок тушёнки и печенья. Половину они съели на привале, оставшиеся слёзы и крошить-то смешно.

— Скоро будет деревня, там и пополним запасы, Рубака тоже голоден.

— Да он целого мура сожрал! И ещё один есть, — не смотря на извращённую неправильность ситуации, речь то шла о людях, девушка мстительно улыбнулась.

— Он всегда голодный, я привык. Что ты думаешь делать дальше? — Сухмет сменил тему.

Вопрос вовсе не из праздного интереса, парень почувствовал разницу. Его дар, помноженный на умение Рики усиливал влияние в разы. Божественная мощь! Да и компания девушки, его тоже устраивала, чего уж скрывать.

— Я думала вернуться в стаб, но он остался в другой стороне, дня три пути, — она указала пальчиком. — А тебе туда нельзя, не любят рейдеры погонщиков… Повесят без лишних разговоров, — девушка виновато посмотрела на парня.

Сухмет и сам догадывался, подтверждение его мыслей никаких расстройств не вызывало, потому, он криво ухмыльнулся в ответ. Девушка опять развеселилась и полезла с вопросами.

— Ты же на запад идёшь, а куда именно? А какие там стабы? А можно мне с тобой? Я умолять умею, — Рика молитвенно сложила ладошки. Вкупе с ангельским взглядом смотрелось довольно комично.

Сухмет всё же не выдержал, улыбнулся, не скрывая истинных чувств.

— Если пообещаешь больше молчать, я подумаю.

— Ой, да я… — она изобразила пантомиму зашивания собственного рта, затем пристроилась слева и шагала молча целую минуту. — А откуда ты знаешь, что скоро деревня? Это дар такой? Завязан на картографию?

Сухмет закатил глаза, но всё же пояснил.

— Я вижу карту, — потыкал пальцем себе в голову.

— Ух ты! Я про такой дар не слышала… Как назвать⁉ Картограф или глобус? — девчонка хихикнула. — Все знахари по стабам сидят, узнать не светит.

Рубака заурчал, да так громко и внезапно, что Аурика взвизгнула, перемещаясь за спину Сухмета. Парень остановился, по привычке хватаясь за автомат, но быстро передумал. Есть оружие посильнее.

В этот момент, из густых зарослей выскочила стремительная серо-зелёная тварь, размерами не меньше его слуги и метнулась было в сторону людей, но не тут-то было. Не совсем ясно, на что рассчитывал заражённый вблизи Рубаки, возможно голод затмил разум. Молниеносный выпад и нападающий отлетает в сторону.

Недовольное урчание, тварь вскочила, вожделенный взгляд на людей и боязливый на рубера. Первый втык он получил, ума прибавилось.

— Что за урод? — Рика высунулась из-за спины Сухмета.

— Не знаю, но похож на не мёртвого медведя! — Сухмет, полагаясь на интуицию, ослабил контроль над Рубакой, почти отпустив его.

Казалось бы, вот он шанс для рубера, каким бы погонщик не был супердарованием, ему не успеть за реакцией высшего звена, один рывок, один выпад и всё. Но заражённый не думал пользоваться случаем. Скинул «консерву» на землю и во мгновение ока оказался рядом с «младшим». Тот, несмотря на более мощное телосложение, опустил безобразную башку и мелко затрясся. Рубака заурчал и отвесил ему такую оплеуху, что можно было сломать молодое дерево. Нападавший лишь отшатнулся, не предпринимая попыток к нападению.

— Ух ты, твой Рубака его подчинил, — тихо сказала Рика. — Такого, я ещё не видела!

Сухмет, как погонщик согласился. Что самое интересное, не было нужды в усилении контроля, Рубака ощущался придатком типа третья рука, но не как Ибн — это уже другой уровень. Сервий, со свойственной рассудительностью, назвал бы это явление «альтер-эго» — второе я. Что оказалось бы ошибкой. На самом деле, всё гораздо тоньше и грубее одновременно и не каждый погонщик высшего звена это понимает, а Сухмет и подавно. Его сила в звериной интуиции, Рубака подчинился абсолютно и теперь набирал своих подчинённых.

Первое что он сделал после экзекуции, это прикормил новенького. Просто оторвал от консервы ноги и швырнул их подчинённому, тот с радостью принял угощенье, сам того не понимая усилил связь между первым и вторым. Рубака же — тот который первый, стал поглощать оставшуюся часть.

Рика отвернулась, не желая наблюдать за кровавой трапезой, а привычный к такому