Дети, сотканные ветром. 2 - Артём Ерёмин

– Кажется, нашёл крепление от наплечника, – сказал он и передал находку Игнату.

Вий в нетерпении заколотил по двери. Никто не откликнулся и не спешил их впустить.

– Будь сдержанней, – посоветовал Игнат другу.

– Чья мастерская тут находится? – Есения высказала терзающий всех вопрос. – Может нам поискать того мастера.

– Не успеем, – отринул идею Лель. – Всё впустую.

– Мы что-нибудь придумаем, – Игнат глянул на всполоха, и тот уяснил его замысел.

– Тогда увидимся на арене.

За Лелем к подъёмнику отправилась Есения, а за ней Зоря. На прощание она чуть склонила голову, и Лев неуверенно отзеркалил её жест. Как только подъёмник направился вниз, Игнат навис над дверным замком.

– И ты упрекал меня сдержанностью? – вспылил Вий. – Давно ли кого секли за скотным двором?

– В Соборе телесные наказания под запретом, – в руках Игната зашевелились тонкие металлические усики.

– Откуда у тебя отмычка?

– Успокойся, Вий.

Лев понял, что многое не знает о детстве Игната в Сточных Водах. И он не верил, что тот мог терять холодную голову. Взбалмошный Вий, напротив, сейчас старался быть рассудительным:

– Сыграем в следующем году.

– Да поймите же! – капитан вьюнов обратился на ребят. – Не будет следующего года в Соборе. Уж для меня точно.

Игнат умолял не мешать ему. Лев вспомнил, что он вынес за прошлый месяц. После драки в общем зале на него сыпались наказания даже за мелкие провинности. Старшие подмастерья всячески стремились поддеть его.

– Лев, тебе бы тоже не рисковать.

– Помогу вам донести доспехи.

– Спасибо, – поблагодарил Игнат и посмотрел на Вия.

– Была не была, – махнул тот рукой.

Игнат продолжил взламывать замок. Похоже, опыта ему не занимать. Лев отчего-то не хотел смотреть на дверь. Он прятал возрастающий страх. Ему-то бы не встревать в тёмные делишки.

Замок звучно щёлкнул.

– Готово, – ликовал Игнат. – Живее пока… Ай!

Вьюн засунул палец в рот.

– Чего с тобой? – испугался Вий.

– Укололся… Ерунда. Заходим!

Лев ринулся было за вьюнами, но под ногой что-то хрустнуло. Трубочист проследил за дорожкой из извести, тянущейся от стены с решёткой вентиляции.

– Что за странный кабинет, – донёсся голос Вия.

– Не знаю. Чувствую, нас обдурили.

– Ребята! – позвал Лев. – Кажется, я нашёл доспехи.

Снаряжение оказалось спрятанным за наспех налаженной решёткой. Вьюны вытащили из вентиляции два тяжёлых мешка.

Напоследок Игнат запер дверь, и ребята устремились на арену. Игра вот-вот начнётся.

– Кажись, пронесло, – выдохнул Вий, когда Лев затягивал на нём наплечники.

Доспехи словно плелись из тысяч прочных нитей. Лёгкие и крепкие, они защищали важные органы, прочее укрывала стёганка. Крепления подтягивались плотно к телу.

– Ай, Лев, – простонал Вий. – Рука аж отнимается.

– Разбегаешься, – сказал ему Игнат. – Хорошо запущенная комета легко ломает кость.

– Вольноступ уверял, будто для младших подмастерьев его зажгут наполовину, – с сомнением вспомнил Сорока.

– Значит, и времени, чтобы победить у нас в два раза меньше.

Вскоре грозной поступью явился наставник:

– Готовы, вьюны? На утренней тренировке вы показали, что из вас может выйти толк. Помните, что я вам твердил?

– Быть одним целым, как кулак, – проговорил Игнат, почёсывая руку.

Вольноступ постучал обрубками пальцев по лбу:

– И быть одной головой. Теперь живей под купол!

На льду ждали первогодки из страты Воды в заткнутых за пояс синих плащах. Вьюны надели зелёный цвет. Когда закрылась калитка купола, их встретил громогласный свист и улюлюканье. Сидящий рядом со Львом Клим вжался в скамейку, у Дыма же оказался хребет прочнее.

– Им всё по силам, – сказал он. Кому как не ему знать, что чувствуешь под всеобщим презрением.

В толпе Лев высматривал сторонников вьюнов. В самой гуще страты Огня им хлопали Есения и Зоря. Лель всем видом выказывал нейтралитет. В ложе учителей и мастеров предпочтение всецело было на стороне росов. Единственный возможный союзник вьюнов – Яков Полынь дремал в обнимку с бутылкой.

Вьюны принялись раскатывать коньки, разминать мышцы. Под полузакрытыми шлемами не увидеть лица, но то, как они озирались на враждебные трибуны, выдавало их волнение. Лев помахал вьюнам, и его примеру последовали Клим с Дымом. Игнат зацепился за них взглядом и вздрогнул, когда рядом на колонне встал человекоподобный автоматон.

– Н-начинается, – взволнованно прошептал Клим.

Остальные автоматоны с фарфоровыми лицами поднялись с колен, в руках они держали незажжённые кометы.

– Девять Старцев-ткачей, – Дым объяснил Льву. – Герои чаровников, спасители цивилизации. Вернее, её малой части.

– Зачем они?

– Следят с вышины своих тронов затем, чтобы на льду чтилось честное соперничество.

Лев едва не присвистнул – так его воображение нарисовало способности почти разумных автоматонов, которые окружили овальный каток.

Дым заметил изумление трубочиста и соизволил уточнить:

– Они лишь чувствуют неположенные чары или тех, кто замыслил причинить зло.

На лёд вышел пожилой мужчина с одутловатым лицом. Его солидный живот поддерживал деревянный ремень. Глава Гама – магистр волхвов, неловко скользя по льду, подошёл к одному из механических старцев, и тот отдал ему комету.

Арена замолкла.

– Пусть повезёт лучшим! – воскликнул Глава и подкинул на лёд монету.

Игнат и капитан рос хотели подъехать к упавшей монете, но магистр спешно спрятал её в карман. Лев был не единственным, кто почувствовал подвох.

– Синее пламя!

Трибуна страты Воды ликовала.

– У противника перевес в одну комету, – подсказал Дым.

– Несправедливо, – ошалел Лев.

– Удача благоволит лучшим, – попробовал объяснить лунси. – Ваши предки преклонялись ей наравне с Праотцами. В иных турнирах команды сходятся дважды, дабы каждый сыграл с преимуществом. Собор же чтит... традиции.

Росы выстроились в атаку, вьюнам же досталась защита зависшей над головами шарообразной конструкции. С десяток металлических кругов разного диаметра вращались вокруг одного центра.

Планета, как объяснил Дым, изменяет внутри себя пространство. Создаёт гравитацию, которая не только держит её в воздухе, но и притягивает кометы. Таков смысл жарольда: кто забросит на орбиту больше лун тот и выиграет.

Глава Гама, зачаровав шар, выкинул его в центр катка и опасливо поспешил убраться из купола. Комета миг дымилась и после взорвалась синим пламенем. Арена занялась свистом и ором.

Огненный шар отскочил ото льда и устремился в сторону ложи учителей. Врезавшись в