Потерянная невинность - Нэнси Пикард

— Ну конечно! — энергично закивала головой Эбби.

— Что-то могли съесть койоты или втоптать в землю коровы, — продолжил Рекс. — А еще это ваше «что-то» мог унести ураган. — Он чуть наклонился вперед, пытаясь выглядеть как можно убедительнее. — Послушайте, я знаю, как вы все рветесь в дело. Я вас очень хорошо понимаю. По крайней мере, вас двоих я понимаю. Вы просто хотите хорошо выполнять свою работу. Кроме того, сейчас очень модно раскрывать старые преступления. А вот что касается тебя, — он сверкнул глазами на свою старую подругу, — я не знаю, что ты задумала. Подозреваю, что тебе просто нравится совать во все свой нос. Но послушайте, — он одарил своих помощников вымученной улыбкой, — я ведь тоже смотрю «Остывший след».

Заместители несколько пристыженно улыбнулись в ответ, смущенные тем, что их уличили в том, что они черпают вдохновение из телевизионного шоу, посвященного расследованию нераскрытых преступлений.

— И я счастлив, что вы хотите этим заняться. Честное слово, — продолжал Рекс. — Но я хотел бы вам кое о чем напомнить. Вам придется иметь дело с весьма актуальными проблемами. Одна из них заключается в том, что мы располагаем все теми же ограниченными ресурсами, как и всегда. В округе нет лаборатории. У нас нет денег. И людей у нас тоже недостаточно. — Он кивнул в сторону окна. — Возможно, в нашем округе и немного преступлений, но, черт возьми, финансирования не хватает и на это! Теперь насчет людей. Кто будет делать вашу работу, если я освобожу вас от всех обязанностей, поручив расследовать преступление семнадцатилетней давности?

Он поднял руку, когда все трос начали говорить одновременно.

— Вы знаете, сколько работы в расследовании этих «висяков»?

— В Майами есть семинар… — снова оживилась Флорной.

— Вот именно, — расхохотался Рекс. — Держи карман шире! Я отправлю вас обоих в Майами только тогда, когда куплю всем по «хаммеру». — Он посерьезнел. — Это невероятно долгий и трудоемкий процесс. Одной бумажной работы хватит, чтобы вы закопались с головой. А я знаю, как вы любите бумажную волокиту.

Они немного приуныли, как и рассчитывал Рекс.

— Кстати, о текущей бумажной работе… — угрожающим тоном произнес он.

Заместители поняли намек и, прихватив стаканчики с кофе, покинули кабинет, предоставив Эбби в одиночку противостоять дурному настроению их босса.

Рекс развернул кресло и посмотрел ей в лицо.

— Какая муха тебя укусила? — поинтересовался он.

— Сама не знаю, — призналась она. — Хотя, возможно, знаю. Все началось с того, что мы с тобой нашли Надин. Тогда я начала думать об этой убитой девушке и о том, что, возможно, сейчас, с учетом новых технологий, о которых говорила Эдит, мы могли бы узнать, кем она была.

— И узнать, кто ее убил?

Эбби пожала плечами.

— Насчет этого я не знаю. Я просто хочу, чтобы ее могила перестала быть безымянной.

— Почему?

— Почему? — Эбби удивленно моргнула. — Разве ты не хочешь ее опознать? Разве все жители города не хотят узнать, кто она?

— Разумеется, хочу. Конечно, хотят. Я не об этом. Я хотел спросить, почему тебя это так интересует?

Эбби задумалась, глядя в окно у него за спиной.

— Наверное, мне просто любопытно, — наконец сказала она.

— Мне кажется, это не простое любопытство.

Эбби пожала плечами.

— Я не знаю.

Он глубоко вздохнул и выпрямился в кресле.

— Вот что я тебе скажу. Мне очень жаль, но этого не будет. Если только не произойдет одна из тех случайностей, благодаря которым и раскрывается большинство преступлений. Чтобы получить образец ДНК, нам придется ее эксгумировать. Этого мы позволить себе не можем. II на все остальное денег у нас тоже нет. И не надо мне рассказывать насчет того, что ты за все заплатишь. Я знаю, что твой дом давно пора покрасить, и знаю, сколько лет твоему грузовику. Поэтому можешь об этом и не заикаться. Договорились?

— Договорились, — ответила она так быстро и покорно, что Рекс насторожился.

— Эбби?

— Нет, Рекс, я серьезно. Что я могу сделать в одиночку? Ничего.

— Вот именно, — подтвердил он. — Ничего. Вот ничего и не делай.

Эбби поднялась со стула, улыбнулась Рексу и направилась к выходу. У самой двери она обернулась.

— Твоя мама тоже не хотела, чтобы я что-нибудь делала.

— Моя мама?

Но Эбби уже исчезла. В воздухе витал только мускусный аромат ее духов. «Хотя, возможно, это запах одеколона Джона Марвела», — подумал Рекс и улыбнулся.

Он встал и закрыл дверь кабинета.

Затем вернулся к столу, взял связку ключей и принялся ее перебирать. Наконец он нашел то, что искал: крошечный серебристый ключик от нижнего ящика стола. Он открыл ящик, на первый взгляд набитый бумагами. Рекс приподнял бумаги и днище ящика, под которым была спрятана небольшая квадратная коробочка.

Он открыл коробочку.

В ней лежал красный эластичный кружок. Девчонки, с которыми он учился в школе, называли такие кружки резинками. Это и была резинка для волос. С одной стороны на ней темнело пятно, а в ее складках запуталось несколько темных волосков. Когда они с отцом и Патриком подняли мертвую девушку в кузов грузовика, положили ее на холодный металлический пол и накрыли мешковиной, Рекс спрыгнул на землю последним.

Отец и брат уже садились в кабину.

Он увидел, что на снегу что-то темнеет, и, наклонившись, поднял красный лоскуток эластичной ткани, удерживавший на затылке ее длинные волосы.

От дверей донеслось легкое покашливание, заставившее Рекса резко поднять голову и поспешно сжать кулак, пряча резинку.

Взглянув на часы, он поразился. Оказалось, что прошло уже полчаса.

В дверях, широко улыбаясь, стояла Эдит Флорной.

— Эй, босс, — заговорила она, убедившись, что ей удалось привлечь к себе его внимание, — я забыла вам сказать… Сегодня утром я застала вашего брата за очень интересным занятием.

Рекс глубоко вздохнул.

— И что же он делал? Грабил банк? Вел машину в нетрезвом виде?

— Не-а. — Она засмеялась, решив, что он шутит. — Похоже, он провел ночь у Эбби. Я рано утром проезжала мимо ее дома и увидела, как он оттуда выходит.

Атмосфера в кабинете мгновенно переменилась. Эдит это почувствовала и поспешила уйти, бросив:

— Кажется, я лезу не в свое дело.

Рекс ощутил прилив гнева, который испытывал всякий раз, вспоминая о брате. На этот раз ситуацию усугубляло еще и то, что Эбби совсем недавно сидела напротив и ни словом не обмолвилась о том, что провела прошлую ночь с Патриком. Хотя, зная его отношение к этому вопросу, она ни за что не стала бы делиться с ним такой информацией. Если бы он заподозрил, что между Эбби и Патриком завязывается что-то серьезное, то тут же арестовал бы ее за что-нибудь, лишь бы удержать от самой большой ошибки в жизни. Хотя, возможно, он просто пристрелил бы Патрика. Впрочем, Рекс вынужден был сознаться себе в том, что если бы мог пристрелить старшего брата в полной уверенности, что это сойдет ему с рук, то уже давно сделал бы это.

Рекс разжал кулак и снова уставился на резинку.

Она соскользнула с волос, когда они несли ее к грузовику. Увидев резинку на снегу, Рекс несколько секунд колебался, прежде чем решился ее забрать, а затем быстро сунул ее в карман куртки, чтобы позже отдать отцу. Хотя, возможно, на самом деле он и не думал этого делать. Может, он просто хотел сохранить ее как память о погибшей девушке. Ведь именно он подарил ей эту резинку.

Глава 17

Август 1986 года

Возможно, все дело было в жаре — прикрученный на углу хлева термометр показывал сто десять градусов[3]. А может, в этот раз Рекс решил проследить за Патриком, потому что за последние пять дней его старший брат трижды исчезал с поля, где они должны были скирдовать сено, предоставляя ему потеть над этим в одиночку.

Рекс был так зол на Патрика, что ему хотелось ткнуть его головой в корыто с водой и утопить. Тем не менее пожаловаться родителям он не мог. Это лишь навлекло бы родительский гнев на его собственную голову. Они никогда не позволяли братьям жаловаться друг на друга. С раннего возраста детям внушалось, что они обязаны улаживать свои раздоры самостоятельно. Поэтому, когда отец накричал на них за то, что они возятся с работой слишком долго, глаза Рекса метали в старшего брата молнии, но в присутствии родителей он держал рот на замке. Он знал, что его отец не глуп. Натан был отличным физиономистом и, кроме того, понимал, что один из его сыновей отличается трудолюбием и исполнительностью, а второй — лодырь, склонный делать только то, что ему хочется. Даже если Натан и не знал о сути данного конфликта, ему было ясно, что причиной является Патрик. Тем не менее он считал, что Рекс должен разобраться с этим самостоятельно. Он также рассчитывал, что сено будет убрано прежде, чем испортится погода, независимо от того, будут сыновья заниматься этим вместе или вся работа свалится на плечи одного из них. Таким образом братьям приходилось расплачиваться за то, что, помимо ранчо, у их отца была еще и должность шерифа округа. Натан не смог бы совмещать оба эти занятия, если бы у него не было двух крепких помощников в лице подросших сыновей.