Замок Dead-Мороза - Кащеев Кирилл

– Огонь!

И голоса, идущие, казалось, из далекого прошлого, откликнулись тройным воплем:

– За Родину, за Сталина! Hoch Deutschland! [11] Хай живэ вильна Украина!

И прямо на братков ринулись… призраки прошедшей войны! Солдаты некогда сражавшихся здесь армий, казалось, восстали из мертвых, чтоб объединиться против них! Старые деды в маскхалатах бежали на бандитов, выставив допотопные автоматы. А из окошка угловой башни шарахнул выстрел! Второй… Пуля врезалась в биту, вырвав ее из рук бандита.

– Обложили! – заорал тот, в ужасе оглядываясь на башню.

Дула автоматов прицельно уставились в бритые лбы, выбирая среди братков мишени, будто в тире… Позади ахнул третий выстрел.

И братки рванули к единственному оставшемуся пути отступления – к свисающим со стены тросам. Обдирая ладони, они съезжали вниз – скорее, пока сверху не хлестнули автоматные очереди! На гребне возник Юрась. В руках его были здоровенные ножницы. Щелк! И перерезанные тросы попадали вниз прямо вместе с братками.

Из бойницы угловой башни высунулся шофер Витя с отобранным у охранника пистолетом.

– Победа! – завопила Инга, сама не веря своим глазам. – Штурм отбит! – И восторженно запрыгала.

– Тише… – устало сказала Ганна, наблюдая, как изгнанное из замка воинство, цепляясь за кусты, вылезает на другую сторону расщелины. Кто-то полз сам, кого-то волокли за шкирку. Над ними, презрительно глядя на своих потрепанных бойцов, возвышалась атаманша в кожанке. – Тише! – повторила Ганна. – Мы не победили. Мы просто не сдались без боя. Только шо мы будем делать, когда они пийдуть на второй штурм… – В голосе ее впервые прорезался страх. – И нихто не придет нам на помощь!

Глава XV. Тайна старого замка, или Нацистский клад найден

Атаманша тетя Оля круто повернулась на каблуках и направилась к машинам, у которых уже топтались хмурые побитые братки. Пульт в ее руке пискнул, и багажник «Хаммера» распахнулся, будто волшебный сундук с драгоценностями. Из толпы братков послышались радостные возгласы, они рванули к багажнику. Инга увидела, как первый отходит от машины, закинув на плечо… небольшой укороченный автомат. Приведенная воспитательницей детского сада совсем недетская банда разбирала оружие.

– Ну и что? – немного дрожащим голосом сказала наблюдавшая за ними со стены Инга. – У нас тоже… пистолет и три автомата есть!

Стоящий у нее за спиной престарелый командир партизанского отряда имени Дружбы народов смущенно откашлялся и промямлил:

– Так это… Сколько ж лет прошло… Сперва друг за другом по лесам гонялись… Потом все вместе за энкавэдэшниками… Патроны-то того…

– У вас что? – не веря своим ушам, переспросила Инга. – Нет патронов?

– Ну дык с 48-го года как нету, – потерянно развел руками дедок.

– У меня четыре штуки в обойме осталось, – из окошка угловой башни подал голос Витя.

Они все дружно поглядели вниз. У тети Оли и ее банды патронов было явно больше. Из багажника выгрузили целый ящик, и теперь братки разбирали обоймы. Отчетливо слышался лязг передергиваемых затворов.

– Сражение завжды выграють те, в кого бильше оружия, – с грустной философичностью наблюдая за ними, вздохнул сивоусый. – А инакше хибы б мы вам, москалям клятым, проиграли?

– Ты говори, да не заговаривайся! – взвился бородатый командир. – Против красных войск все остальные завсегда были – тьфу, и растереть! – Он сплюнул для убедительности. – Вон, фрицы от нас как драпали! – Он в подтверждение кивнул на старого немца. – А у них все было – и танки, и пулеметы, и даже… ракеты, – старик вдруг осекся и пристально поглядел на немца. Забыв о споре, его сивоусый сотоварищ тоже уставился на третьего члена их сводного партизанского отряда. Старый немец испуганно попятился под этими взглядами, прикрываясь разряженным автоматом.

Внизу братки перекидывали «стволы» за спины. По рукам пошла бутылка водки. Бандиты наскоро прихлебывали из горлышка, мрачно поглядывая на замковые стены.

– Пошевеливайтесь! – хмурая тетя Оля нетерпеливо пристукивала каблуком.

– Щас, хозяйка, – утирая губы рукавом, многообещающе кивнул один из братков. – Чуток согреемся… Не огонь же тут разводить…

– Огонь! – тихим шелестом пронесся над стеной загробный голос бабки Олеси. – Столб огня! – Глаза старой ведьмы закатились под веки, оставив лишь полоски белков. – Огнь очищающий! Огнь вздымающийся! Явится огонь – исчезнет кровь! В огне наше спасение!

– Старый ведьма бредить! – заикаясь, бормотал немец, все еще пятясь и испуганно зыркая по сторонам. – Was…

– Кислый квас! – отрезал бородатый командир, надвигаясь на него. – Конечно, бредит, она как бредит, так всегда все насквозь видит, такой вот антинаучный феномен! Ты лучше скажи, сколько ты ее еще прятать собрался? Пока нас всех тут не поубивают?

– Она есть собственность великой Германии! – отмахиваясь бесполезным автоматом, кричал немец, продолжая пятиться. – Вам про нее даже знать не есть положено!

– Тю, дурный! – сивоусый навис над ним с другой стороны. – Та якщо б мы знали лыше те, що положено, мы б до людей ще в 45-м выйшлы!

– Я не знаю, о чем вы тут говорите. – Пауль, с напряженным лицом наблюдавший то за ними, то за братками, высасывающими из бутылки последние капли необходимой для нового штурма решимости, протолкался вперед. – Но кажется, начинаю догадываться!

Инга подумала, что у Пауля есть несомненное преимущество – она не понимала ничего, кроме того, что сейчас те, внизу, допьют – и всех убьют!

– Если это то, что я думаю… – медленно произнес Пауль. – Так хочу напомнить, что здесь есть граждане объединенной… то есть великой Германии, и вы, как солдат вермахта, клялись нас защищать!

Старый немец посмотрел на Пауля. Оглянулся на мрачно толпящихся вокруг него деревенских. Решимость на его лице сменилась сомнением… Он поглядел вниз – братки допили. И снова двинулись к расщелине. Видно было, что теперь их отношение к засевшим в замке изменилось. Игры окончены, бандиты шли убивать – быстро, безжалостно и профессионально.

Старый немец молча повернулся и бросился к угловой башне. Остальные ринулись следом. Цепляясь разряженным автоматом за стены и держась за поясницу, бородатый командир ковылял по крутым ступенькам, крича на ходу:

– Давай, немчура поганая, заводи свою машинерию!

Уже выскочивший во двор старый немец снова нерешительно остановился.

– Вы уверены, что стоит? – пробормотал он. – Понимаете, она же самая ранняя, первая… Несовершенная! Она не может далеко летать, поэтому ее здесь оставили…

– А нам не надо – далеко! – с трудом сохраняя хладнокровие, прорычал Пауль. – Нам надо совсем-совсем близко!

Крючья с привязанными к ним тросами вонзились в каменную кладку. Из угловой башни на стену выскочил Юрась со своими ножницами. Он успел перерезать две веревки, прежде чем снизу ударила хлесткая автоматная очередь. Выбивая фонтанчики каменной пыли, пули заколотили в край стены. Мужик бросился ничком, попытался доползти до следующей веревки… Очередь впилась в камень у самой его головы. Юрась метнулся назад – автомат затарахтел снова, отрезая ему дорогу к башне. Похоже, там, внизу, уже забавлялись. Из бойницы башни снова раздался одинокий пистолетный выстрел. В ответ затарахтел с десяток автоматов – под бойницей одна за другой появились выбоины.

– Хорошо. Я попробовать. – Старый немец решительно кивнул. – Но я ни за что не ручаться! Аппаратура есть очень старый…

– Не тратьте патроны, идиоты! Вы до него все равно не достанете! – визжала за стеной тетя Оля, но автоматы разозленных братков продолжали грохотать, глуша ее голос.

Юрась, стараясь не поднимать головы над краем стены, шустро уползал обратно в башню.

Старый немец решительно направился к древнему замковому колодцу. Остановился у каменного кожуха… и, нашарив кирпич над декоративной бойницей, с силой вдавил его внутрь. Точно как в загадочной библиотеке, часть казавшейся монолитной стены отъехала в сторону, открывая тускло поблескивающую стальную дверь с надписями по-немецки: «Собственность немецкого рейха» и «За проникновение – расстрел!»