Приму твою любовь - Дэй Леклер

Некоторое время она безуспешно сражалась с дверью, потом решила выбраться через водительское место.

— Как далеко до ранчо?

— Не так уж далеко. Миль двенадцать — пятнадцать. Если поторопимся, поспеем к ужину. — Заметив испуг у нес на лице, он едва не рассмеялся. — Я шучу, милая.

Она облегченно вздохнула.

— Так до дома не пятнадцать миль?

— Нет, это правда. Но, думаю, нас обязательно кто-нибудь подбросит.

— Слава Богу!

Они шагали некоторое время, потом Тай сказал:

— Но когда мы вернемся, я прибью твоего сынка.

— Хатч! Но зачем бы он?.. — Она обернулась и посмотрела на машину. — Нет, не может быть!

— Наверняка он. Словно подростки на первом свидании, помнишь, сама сказала? Это же классика.

У Кэссиди вырвался негодующий возглас. Она догнала Тая и взяла у него одну из сумок.

— Тебе не надо будет его убивать, — произнесла она.

— Почему?

— Потому что я сделаю это первой.

— Как думаешь, зачем он выделывает все эти штучки?

Кэссиди вздохнула.

— Я-то знаю. Но это не значит, что ему удастся поженить нас таким образом. Чего стоил только случай с кроватью.

— А мне больше понравилось, как он отключил свет. — Тай с удовлетворением отметил, как она вспыхнула. — По-моему, это почти сработало. Но если бы мы зашли дальше, это закончилось бы разбитым стеклом в…

— Разговор с ним не помог, — поспешила прервать его она. — Может, лучше его просто не замечать? Если он увидит, что его штучки не срабатывают, то уймется?

— А они не срабатывают?

— Нет, — убежденно отрезала Кэссиди, — не срабатывают.

— Ну как? На этот раз сработало? Кэссиди сидела на полу сарайчика для хранения седел и злилась на абсурдность происходящего.

После случая с машиной прошло уже больше недели, и они надеялись, что Хатч оставил свои попытки «подружить» их. Но они ошибались.

— Меня не так просто завоевать, пойми это.

— Эх, надо было купить лом! — пробормотал Тай. Он уже раз пятьдесят безуспешно пытался вышибить дверь, но маленький домик оказался построенным на совесть. — И чем, по мнению твоего сыночка, мы должны здесь заниматься?

— Разговаривать? — предположила она. — Выяснять отношения? Целоваться? Кто его знает? Я перестала понимать его с четырех лет. А уж сейчас, когда ему десять…

— А что Лонни? — Он отодвинул груду седел и уздечек и сел рядом с ней на пол. — Как он справлялся с Хатчем?

— Так же, как и со всем прочим.

— То есть убегал?

— Настолько быстро и далеко, насколько это позволял ему его бумажник. Мы почти и не жили вместе, — помрачнела она.

— Хатч шокировал его?

— Можно сказать и так.. — Она посмотрела на него. — А тебя он не шокирует? Тай прислонился к стене.

— Хатч много раз меня об этом спрашивал. Выяснял, не тревожит ли меня, что он такой умный и прыткий.

— А что ты?

— Меня это не тревожит. Единственное, что меня интересует, так это когда он прекратит свои фокусы? То, что мы не обращали на них внимания, не помогло.

— Может, не стоит обращать внимание еще какое-то время?

— Лучше, наверно, занять его делом, чтобы у него не оставалось свободного времени. Она усмехнулась.

— А много ли надо было времени, чтобы послать меня сюда под дурацким предлогом и запереть дверь?

— Совсем немного.

— Все это становится уже не смешно. Мне ничего не остается, как съезжать отсюда и искать себе новое жилье.

— Но ты же думала пробыть здесь до фиесты, обеспокоено напомнил он. — Живя здесь, ты экономишь на плате за квартиру и…

— И подаю Хатчу надежду. Плохо, что он тратит столько сил и энергии, чтобы свести нас.

— Наверно, лучше не обращать на него внимания, — сказал Тай. — Послушай… если уж мы заперты здесь, надо провести время наилучшим образом. Хоть ты и говоришь, что не хочешь снова заводить романы, но ты уже завела его.

— Нет…

— Вопрос в том, — прервал он ее, — почему ты так боишься признать это? Что плохого в том, что я тебе нравлюсь?

Что плохого? Да это может разрушить ей жизнь! Когда страсть умрет, их больше ничто не будет связывать, останутся только два чужака в одном доме. Может, у них будут еще дети, кроме Хатча, но и эти дети останутся несчастными, когда Тай отправится на сторону или соскучится сидеть с ней за одним столом каждое утро.

— Разрыв отношений всегда слишком болезнен. Хатчу это сильно повредит.

— А почему ты думаешь о разрыве?

— Я думаю, потому что знаю. Всегда все кончается.

— Так часто бывает…

Дверь распахнулась, на пороге стоял Лоренцо. Он посмотрел на Тая, потом на Кэссиди и поспешно отступил.

— Стой, подожди!

Кэссиди бросилась к выходу. На пути она споткнулась о моток веревки и растянулась бы во весь рост, если бы Тай в последний момент не подхватил ее. Одной рукой он обнимал ее за плечи, другой держал дверь открытой.

— Извини, я такая неуклюжая.

— Неуклюжая? Ты? — Он поднял с пола шляпу. — Не заметил.

Тай стоял на крыльце и с удовольствием озирался вокруг. Последние две с половиной недели выдались необыкновенно счастливыми, интересными и приятными. Он уже привык к обществу Кэссиди начал понимать необычную натуру Хатча, получая удовольствие от происходящего. Жизнь обретала смысл.

На крыльцо вышла Кэссиди с двумя чашками дымящегося кофе.

— Сегодня прохладно. Может, воспользоваться этим для поездки? Он взял у нее чашку.

— Не заблуждайся насчет этого утреннего апрельского холодка. Скоро потеплеет. К полудню будет уже…

— Жаль, у меня нет купальника.

Он улыбнулся.

— Ну, это совсем не обязательно. Обещаю, что к бассейну никто не подойдет и ты сможешь купаться нагишом. Могу даже выделить двух пойнтеров для охраны.

— Спасибо.

— Не забывай про наши планы на фиесту, — напомнил он. — После обеда мы уедем и на пару ночей остановимся у Менгера.

— Я забыла, — призналась она. Он видел, что ее что-то очень тревожит. Наконец она решилась. — Так на самом деле нужно? Ради наших свиданий не обязательно тратиться на отель.

— Здесь за нами постоянно кто-нибудь наблюдает, а там мы будем только вдвоем. Не надо будет оглядываться через плечо, чтобы удостовериться, что твой сын ничего не замышляет. — Он не собирался обсуждать с ней это. — Прими все как есть, Кэссиди. Хатч купил специальный праздничный выпуск, и что из этого получилось? Отель уже зарезервирован. Уилли согласилась приглядеть за парнем, пока нас не будет. Скоро она приедет.

Она нахмурилась, сердясь, что не может придумать ответ.

— Не знаю, Тай. Мне кажется, об этом еще стоит поговорить… — Она осеклась, всматриваясь. — Поговорить о Хатче. Что он там делает?

Тай напрягся. Нет сомнений — мальчишка что-то задумал. Он деловито шагал по тропинке, перекладывая что-то из руки в руку. Тай долго всматривался, но не мог разглядеть, что тот несет, однако, когда Хатч вышел на свет, Тай с ужасом увидел яркое красно-желтое пятно у него в руках.