Открытая дверь - Иэн Рэнкин

Мастерская выглядела заброшенной. В единственном боксе ржавела над смотровой ямой древняя «сьерра», повсюду были разбросаны старые покрышки, колесные диски, выхлопные трубы, фары с торчащими из них пучками цветных проводов. К стене над верстаком были прилеплены древние календари с грудастыми красотками. Рабочий день давно закончился, автомеханики разошлись по домам, и площадка перед мастерской была погружена во тьму. Шагая к дверям между грудами железного хлама, Майк думал о том, что это его последняя возможность отказаться от участия в рискованном предприятии и при этом сохранить хотя бы немного достоинства и самоуважения. Как только он войдет в мастерскую и возьмет в руки пистолет, пути назад не будет.

Чиб был уже на месте. Он стоял возле верстака и слегка улыбался, скрестив руки на груди. «Я знал, что ты никуда не денешься», — казалось, говорил весь его вид.

Остальные пистолеты лежали в хлипком картонном ящике из-под креветочных чипсов. Пока Майк осваивался с браунингом, Чиб достал из ящика обрез охотничьего ружья.

— Немного заржавел, — сказал гангстер, — но напугать им можно.

Он навел ружье на Майка и усмехнулся. В ответ Майк прицелился в него из пистолета. Чиб взвел курки и, направив оружие вверх, нажал на спуск. Раздался приглушенный щелчок.

— Все это барахло давно списано, иначе прокат обошелся бы тебе тысячи полторы в день.

— Это мне по карману.

— Я знаю, Майк, знаю. И поэтому не могу не спросить: зачем тебе все это понадобилось? Ведь ты и так можешь купить почти все, что захочешь.

— А если то, что я хочу, не продается?

— Как картины, ты хочешь сказать?.. — Чиб внимательно смотрел, как Майк переложил тяжелый браунинг в другую руку. — Попробуй засунуть сзади за ремень, так должно быть удобно.

Майк сделал, как ему было сказано.

— По-моему, так его будет заметно…

— В том-то и дело. Придется тебе надеть куртку подлиннее и посвободнее. — Чиб отложил обрез и снова опустил руку в коробку. — Тут еще пара стартовых пистолетов — оба заряжены холостыми на случай, если вам понадобится шумнуть. Второй браунинг и какое-то древнее барахло не то с Фолклендов, не то из Ирака…

— Это револьвер, — сказал Майк, принимая у него оружие. — Не знал, что они все еще стоят на вооружении.

Чиб равнодушно пожал плечами:

— Скажи своему приятеля Аллану и студенту — пусть немного потренируются. Когда дойдет до дела, они должны выглядеть так, словно оружие для них — дело привычное.

Майк кивнул:

— А как насчет остальных?

— Насчет моих ребят не беспокойся, они со стволами обращаться умеют.

Майк вернул револьвер в коробку и, взяв в руки обрез, с интересом его осмотрел. Браунинг так и остался у него сзади за ремнем. Ружье показалось ему тяжелым и неуклюжим, и Майк, покачав головой, снова положил его в ящик.

— Когда мы встретимся с твоими ребятами?

— Непосредственно перед делом — они будут в курсе. Я велю им делать все, что ты прикажешь.

Майк снова кивнул:

— Что с фургоном?

— Подходящий фургон угнали только сегодня. Думаю, как раз сейчас, пока мы с тобой разговариваем, на него ставят фальшивые номера.

— Но это не здесь, да?

Чиб покачал головой:

— У нас в городе есть несколько своих ремонтных мастерских. Так что, если тебе когда-нибудь понадобится талон техосмотра на левую тачку, обращайся.

— Спасибо, буду иметь в виду — Майк выдавил из себя улыбку. — Кстати, чуть не забыл: скажи своим ребятам, что мы все должны быть в масках. Пусть снимут серьги, цепочки, перстни и прочее — все, что может запомниться. Ну чтобы потом их никто не смог опознать.

— Да ты просто спец!.. — Чиб снова усмехнулся. — Ну что, на сегодня все? Вы-то готовы? Планы не изменились?

Майк не спеша кивнул:

— Да, у нас все готово. День открытых дверей состоится послезавтра. Надеюсь, к этому времени краска на копиях окончательно высохнет.

У Чиба засигналил мобильник. Гангстер вынул его из кармана и взглянул на высветившийся на экране номер.

— С этим типом придется поговорить, — сказал он извиняющимся тоном и, повернувшись к Майку спиной, нажал кнопку приема. — Я уж думал, ты совсем пропал… — проговорил он в телефон.

Майк принялся перебирать лежащие в коробке стволы, непроизвольно прислушиваясь к разговору.

— Значит, он согласен?.. — негромко сказал Чиб в трубку. Голову он опустил так низко, что казалось, гангстера крайне заинтересовали мыски его ботинок. — Что ж, это хорошая новость… Нет, здесь все по чесноку, без подвоха. Отличный залог… Два-три дня максимум… Ну тогда до встречи.

Он дал отбой и снова повернулся к Майку. На лице гангстера играла широкая улыбка.

— Отличный залог? — переспросил Майк, приподняв брови.

Чиб покачал головой.

— Значит, на сегодня все? — повторил он. Ему явно не терпелось закончить встречу и отправиться дальше по каким-то своим темным делам.

— Пожалуй да… — согласился Майк и тут же досадливо сморщился. — То есть нет, не совсем. Есть еще одна вещь.

— Какая же?

Майк сунул руки в карманы, словно хотел, чтобы его просьба прозвучала как можно небрежнее.

— Это насчет жертвы одного грабежа.

Глаза Чиба слегка расширились от удивления, но он тут же прищурился, словно что-то понял.

— Ты хочешь, чтобы я нашел того, кто это сделал, и примерно его наказал?

— Не совсем. — Майк выдержал эффектную паузу. — Видишь ли, это ограбление еще даже не состоялось…

Чиб снова прищурился.

— Не понимаю… — признался он.

— Я тебе сейчас все объясню…

14

— Чиб действительно огорчился, когда узнал, что в собрании Национальной галереи нет ни одной работы Веттриано,[14] — сказал Майк.

Гиссинг фыркнул в бокал.

Оба заговорщика сидели в безымянном баре рядом с вокзалом. Заведение предназначалось только для любителей выпить: ни телевизора, ни музыкальных автоматов здесь не было, а из закусок имелись только картофельные чипсы. Чипсов Майк не позволял себе уже лет десять, но сейчас заказал сразу два пакета — тех самых, со вкусом креветок. Картонный ящик с оружием за неимением места получше лежал в багажнике его машины, и Майк все время о нем думал.

Когда он вошел, на табуретах у барной стойки сидели три завсегдатая. На Майка они не обратили никакого внимания, и он спокойно сделал заказ. Профессор был уже на месте — он выбрал дальний от двери столик, и Майк перенес свои покупки к нему.

Гиссинг, впрочем, чипсами не соблазнился и продолжал запивать свое виски светлым пивом.

— Веттриано очень немногие считают настоящим мастером, — заметил он, вытирая с губ пивную пену.

— Тем не менее он довольно популярен, — возразил Майк, которому были прекрасно известны взгляды профессора.

Гиссинг, однако, не поддался на провокацию.

— Что же выбрал наш криминальный друг?

— Аттерсона.

— «Сумерки на Рэннохских верещаниках»?

— Именно. Уэсти сказал, что ему будет совсем не трудно ее скопировать.

— А Кэллоуэю ты показал репродукцию?

— Да.

— И как, ему понравилось?

— Он спросил, сколько может стоить эта картина.

Гиссинг возвел очи горе.

— Ну да бог с ним, с Аттерсоном. Нам-то он ни к чему.

Профессор глотнул еще пива, и Майк вдруг понял, насколько сильно его друг нервничает, хотя сам он с каждым часом становился все спокойнее.

Из интернета Майк скачал и распечатал карту прилегающих к складу улиц и начертил на ней самый подходящий для фургона маршрут. С Чибом он уже обо всем договорился — где они заберут четверых помощников и где потом высадят. Сейчас, глядя на Гиссинга, Майк порадовался, что старому профессору не придется штурмовать склад вместе со всеми: его рука, протянувшаяся за бокалом виски, так сильно дрожала, что он, наверное, и пистолета бы не удержал.

— Не волнуйтесь, все будет в порядке, — подбодрил Майк Гиссинга.

— Разумеется, мой юный друг, разумеется. Или ты думаешь, что я сомневаюсь?

— Всех случайностей все равно не предусмотришь. Что-то может пойти не так…

— Ты справишься с любыми неожиданностями, Майк. — Профессор устало улыбнулся. — По-моему, наша затея тебе все больше и больше по душе.

— Может быть, и так, — признал Майк. — Но идея-то была ваша…

— Не сомневайся, когда все будет позади, я ни о чем жалеть не буду. А вот как насчет тебя?.. Не знаю… — Он покачал головой.

— Я пожалею о том, что сделал, только в случае, если мы все окажемся в тюрьме, в одной камере с Чибом, который, конечно, будет очень недоволен.

Гиссинг поднял ладонь.

— Как сказали бы американцы, об этом лучше не думать.

Улыбнувшись друг другу, Майк и Гиссинг сосредоточились на своих напитках. До назначенной операции оставался еще целый день, и Майк знал: чтобы справиться с предстартовым волнением, он должен будет наполнить его делами. План операции они втроем проработали уже не один раз, обсудили и отрепетировали все детали, потом еще и Аллан прошелся по нему частым гребнем, пытаясь выявить узкие места. Каждый знал, что он должен делать и сколько у них будет времени, и все же существовали факторы, учесть которые они не могли при всем желании. Не потому ли, спросил себя сейчас Майк, он чувствует себя так спокойно? Que sera sera, как говорят французы. Что будет, то будет. В бытность главой собственной компании он любил сам управлять событиями, контролировать процессы, предвидеть неожиданности и учитывать последствия, но сейчас ему было в высшей степени наплевать. Стоило ему только взять в руки браунинг, как его словно током ударило. Казалось, самый вес оружия, совершенство его форм и точность обработки деталей заставили Майка забыть обо всем. В детстве он обожал игрушечные пистолеты и ружья и постоянно возился со своими пластмассовыми солдатиками, ковбоями и индейцами. Даже если ему давали банан, он начинал целиться из него как из пистолета. То же самое было с бумерангом, который тетка привезла ему из Австралии: сощурив глаз, маленький Майк тотчас во что-то прицелился и издал звук, имитирующий выстрел и жужжание уносящейся вдаль пули.