Sex и ничего личного - Алайя @Linuxikk Рейс

назвалась чужим именем, и в этот момент Сайвер понял, что он не хочет того, что неминуемо случится, если они перешагнут порог номера. Такие отношения его не устроят. Он слишком любит её. Он был готов не раздумывая предложить ей руку и сердце, простить проведенные в одиночестве годы, пока она вила семейное гнездышко с другим, он даже был готов принять Алана как собственного ребёнка. А она не была настроена на развод, Сайвер – всего лишь отдушина. И он, собрав в кулак всё мужество, отказался быть развлечением. Не с ней!

Поступок любимой Ирен разочаровал Маерса до глубины души: ему уготовили роль любовника… Он мог свернуть горы ради этой женщины, а она предложила разделить с ней ночь. В тот вечер он попрощался с мечтой. Во второй раз.

Конечно, в то время у него была Кэтрин, пылавшая к нему чувствами. Она отвлекала его от грустных мыслей, и Сайвер время от времени задумывался, а не жениться ли ему на ней?.. Но в один прекрасный момент Сайвер узнал, что та переспала с директором с целью получить место декана. Опять обман – а она уверяла, что любит и верна…

В своих размышлениях он пришёл к выводу, что ему просто не суждено иметь семью и любящую верную супругу. С тех пор женщины воспринимались им как средство скрасить одиночество. Так проще: секс и ничего личного…

Глава 19

Надин собиралась на новогоднюю вечеринку без энтузиазма. Ей было стыдно попадаться Генри на глаза, а Алисия сказала, что она специально позвала его, чтобы Надин было не одиноко.

Покинув ванную комнату, она открыла шкаф и с раздражением начала перебирать ящик в поисках приличного нижнего белья, бубня себе под нос:

– Как мне надоели все эти условности! Обязательно кто-нибудь напьётся и полезет под юбку! А собственно, чего я заморачиваюсь? Какая разница, в темноте всё равно не видно, главное – чистое…

– Надин, ты уже спишь? – в дверях показалась Мэри, которая почти не появлялась в их комнате последнее время.

– Ещё нет, – быстро вытерев слёзы, ответила Надин. В руках она держала только что выуженные из дальнего угла трусики-шортики ярко-оранжевого цвета.

– Какие жуткие панталоны! Прямо парашюты, – поморщилась подруга. – У тебя свидание с пожарным?

– Что ты выдумываешь? Конечно же, нет, – оборвала Надин и как бы между делом добавила: – Я просто разбираю шкаф…

– А-а, – протянула Мэри, ехидно вздёрнув брови и сложив губки бантиком. – Вот эти ничего, – она брезгливо потянула двумя пальчиками аккуратные чёрно-бордовые слипы с маленьким бантиком сзади. – А верх к ним есть?

Щеки Надин предательски покраснели.

– Так всё-таки на свидание? Зря стараешься, мне кажется, что Генри не оценит… – заключила Мэри, пока однокурсница искала в ящике верхнюю часть комплекта. – Ой, Надин, дай, пожалуйста, посмотреть, как ты оформила эссе по Куинджи, я не успела!

– Конечно, – быстро согласилась Надин. – Бери, только не потеряй, вернёшь завтра. А сейчас возвращайся уже к своему Алексу!

– Поняла, – игриво прошептала довольная уловом Мэри. – До завтра! И помни: каким бы ни был секс, главное, чтоб он был…

– Заткнись и проваливай, – улыбаясь, буркнула Надин, выпроводив подругу из комнаты.

– С новым годом! – с последним ударом часов пробка с глухим хлопком вылетела из бутылки, и к ней устремились пустые фужеры.

– У меня тост… – Миллиртон закинул белое полотенце на плечо, как бармен. – За нас!

– А что тут потеряла русская? – спросил Енг, кивнув в сторону Миховски.

– Это мы её позвали, – хором ответили Алисия и Алан. На их головах были надеты одинаковые полосатые колпачки из картона. – Её ухажер не захотел разделить с нами вечер, а Надин пришла!

– Подруга, ты провела инструктаж? – спросила Ирма, поставив на стол большую салатницу. Милз и Хан весь вечер подозрительно хихикали, из чего Надин сделала вывод, что курили они явно не сигареты…

– Ой, нет, конечно!

Ирма одарила её осуждающим взглядом.

– Вот поэтому я была против посторонних! – она почему-то похлопала себя по пятой точке.

– Ирма, брось, я сам ей всё объясню, – вмешался Алан. Он налил себе шампанского и отозвал Надин в сторону.

– Не знаю, говорила ли тебе Алисия о правилах…

– О каких правилах? – параллельно рассматривая портреты в коридоре, уточнила Миховски.

– Запоминай: в родительскую спальню – синяя дверь, – не заходить, в погреб не спускаться, презервативы в ванной в первом ящике.

– Зачем они мне?

– До конца дослушай! Курить только на лоджии со стороны внутреннего дворика, чтобы соседи не увидели. Да… Постельное белье находится в ящиках под кроватями. Телефон выключен. Так, что ещё? А… шторы на фасадных окнах не отдёргиваем.

– А анализ мочи не надо сдать?

– Ну, вообще-то мы сдаём… только другие анализы, – Алан будто бы смутился. – Но тебя это не касается…

– Я всё поняла. Буду сидеть на балконе, зашторившись в углу и натянув на голову презерватив.

– Очень смешно! – отпустила шпильку проходившая мимо Гия. Она несла вазу с фруктами.

– Ты ей всё рассказал? – к ним подошла Алисия.

– Да, – Алан поцеловал её в висок.

– Чувствуй себя как дома! – подколола Гия, которая возвращалась на кухню.

Это пожелание больше походило на издёвку. Надин сидела на ступеньках и понимала, что такого ужасного Нового года у неё не было, пожалуй, никогда. Даже в прошлом году кафе, где она работала, арендовала какая-то весёлая компания, и ночью весь персонал отмечал праздник вместе с посетителями.

«А бабушка, наверное, испекла пирожки с капустой и лимонный пирог, Анька состряпала оливье…» – Надин взглянула на стол: при всём его богатстве в нём не было души. В центре стояло большое блюдо с креветками и мидиями. Несколько ресторанных салатов, икра в тарталетках, какая-то запеченная жуткого вида дичь. Всё покупное.

Что Надин особенно раздражало, так это разноцветные кособокие обливные кексы – капкейки. Их готовили все кому не лень и проносили к столу, внося свою лепту. Считалось, что это очень натурально и по-домашнему.

– Почему ты ничего не ешь? – поинтересовался Алан, пытаясь уместить в ладонь несколько тарталеток с риетом.

Конечно, Надя попробовала парочку: запеченный паштет, приготовленный из крупных кусочков нежного филе лосося с добавлением пряного укропа и солёно-острых каперсов. К слову, банальное селёдочное масло ей нравилось гораздо больше!

– А я не скидывалась на стол.

– Не понял…

– Кто-то всё это оплачивал… Мне неловко.

– Ты вообще о чём? Ирма нас угощает. Вернее, её родители, – Алан был искренне удивлён реакцией Надин.

– А… – только и смогла выдавить Миховски.

– Алис, представляешь, что сейчас отмочила наша русская гостья? – Тьер заинтересовано подняла брови. – Что она не будет есть, так как не платила за угощение!

Алисия