Газета День Литературы # 95 (2004 7) - Газета День Литературы

"ДЛ". Бывали ли вы на Западе, где, и каковы ваши впечатления о Западе и западной современной культуре?

Д.Г. Я всю жизнь прожил в Москве почти безвыездно. В этом году съездил в Минск и в Псков. Это для меня настоящие путешествия. Надеюсь ещё поездить. Если не считать Минск, за рубежом я ещё не был.

"ДЛ". Кто ваши литературные учителя, кроме Розанова? Кого вы цените в современной литературе из старшего поколения, из сверстников?

Д.Г. Розанов для меня не писатель, а философ. Писатель он никудышный, и у него в жизни не было естественного чувства реализма, столь характерного для русских писателей. Он, например, всю жизнь, как дурак, покупал у жуликов фальшивые монеты. Навряд ли так просто могли бы обмануть Толстого, Достоевского или Чехова. Из русских писателей классического периода на меня оказали влияние все. В общем, у меня стандартный набор пристрастий. Из 20 века Набоков очень сильно подействовал. Отчасти Платонов. Никаких экстравагантных пристрастий, как видите, у меня нет. Современную литературу я знаю плохо. Разве по кино. Хорошая экранизация "Пиры Валтасара" по Искандеру. В детстве очень увлекался фантастикой: Стругацкие, Ефремов, Снегов.

"ДЛ". Не кажется ли вам, что ваше поколение творчески не состоялось? Кого, кроме вас самих, вы могли бы предъявить миру и России из писателей, поэтов, философов, мыслителей?

Д.Г. Ещё раз повторяю, ТУДА БЕЗДАРНЫМ СВОЛОЧАМ И ДОРОГА.

"ДЛ". Должна ли литература служить государству, вообще кому-либо или чему-либо служить? Должна ли быть духовная цензура? И какая?

Д.Г. Интеллектуал существо сильное и опасное. Разумное государство должно его подкупать. Подкупать культурно, уважительно, давая некоторый простор для творчества — лакеи из писателей, художников, музыкантов, учёных получаются не ахти какие.

Общества без цензуры не бывает. В развитом обществе отсутствуют только грубые её виды, вроде предварительного штемпелевания текстов.

"ДЛ". Художник и политика. Что между ними общего? Вы интересуетесь политикой?

Д.Г. Политикой интересуюсь как историк и как член сословия интеллигентов-интеллектуалов.

"ДЛ". Верите ли вы хоть частично в патриотические высказывания Путина? Ваше отношение к нему и нынешнему режиму?

Д.Г. Впервые с 20-х годов во главе государства находится человек, имеющий нормальное среднее образование. К тому же, в отличие от Ленина, Путин не сумасшедший. Всё это не может не радовать. Другое дело, что он мало что решает.

"ДЛ". Что, по-вашему, можно противопоставить хаосу абсолютной свободы? Религию? Абсолютизм? Авторитаризм? Диктатуру?

Д.Г. А что значит, абсолютная свобода? Как зверь, хомо сапиенс умеренный демократ. В естественных условиях он живёт группами в несколько десятков особей со слабо выраженной иерархией.

"ДЛ". Что вы сейчас пишете, кроме святочных рассказов? Почему вы пришли к сказкам? Для детей? Для себя?

Д.Г. Кое-чего пишу, в основном по истории. Сейчас подготавливаю "Майн Кампф" из полного собрания сочинений Ленина. Туда входит 2231 отрывок из его работ и писем. Сказки? Я всегда был сказочником. Моей маленькой сестре было 4 годика, а мне 11. Я ей рассказывал на ночь сказки. Главным действующим лицом был чайный гриб Григорий. Он жил на кухне в большущей стеклянной банке.

"ДЛ". Каковы ваши критерии в жизни? Ваши правила игры?

Д.Г. На всё смотреть сквозь пальцы. Кроме главного, когда пошло НА ПРИНЦИП.

"ДЛ". Духовные ценности, которые вам наиболее дороги?

Д.Г. Думаю, я здесь не оригинален.

"ДЛ". Способны ли вы работать на какое-то общее дело? Или это вам чуждо?

Д.Г. У меня всегда была тяга к корпорации. В школе я был распропагандированным школьником ("школьный вальс"). На заводе я ощущал себя трудягой, рабочим классом ("та заводская проходная, что в люди вывела меня"). В университете считал себя студентом ("гаудеамус игитур"). При этом в школе я не успевал по всем предметам, рабочих считал низшим классом, а учёбу на философском факультете МГУ — профанацией.

"ДЛ". Вы — монархист? Как вы относитесь к идее монархии?

Д.Г. Вопрос с монархией сильно идеологизирован. Ни на чём не основано утверждение, что монархия — первичная форма правления, из которой кристаллизуются демократические институты и монархию свергают. Наоборот, монархия возникает из демократических институтов и возникает довольно поздно. Европейские монархии возникли в 16-17 веках. Монархическая форма правления более эффективна, но меньше соответствует демократической природе человека. Русская монархия в начале 20 века была современной передовой формой правления, обеспечившей нашему обществу процветание. Отказ от монархии привёл к абсолютному краху. Однако восстанавливать монархию сейчас, когда поезд ушёл и всё мировое развитие пошло по другому пути, — безумие.

Николай II является для меня образцом умного, компетентного и удачливого главы государства. Он привёл Россию к триумфу, а когда его перед триумфом отстранили от власти, всё разрушилось. Его личность сильно мистифицирована. Ясно, что никакого Распутина не было, Распутин был одним из придворных юродивых, которых специально содержали в пропагандистских целях для простого народа. Кажется, Николай с ним и виделся один или два раза. Все дневники и письма царской четы — подлог, сфабрикованный большевиками. Думаю, Николай даже не отрекался от престола.

"ДЛ". Вы за небольшую, этнически однородную Русь или же за новую Империю?

Д.Г. Думаю и то, и другое невозможно. Духовные силы русских подорваны, они изменились даже биологически, у них нет правящего класса. Скорее всего, их ждёт роль белой общины в Бразилии.

"ДЛ". Возможно ли воссоединение славянских народов? Или это вред и бред, как писал ещё Константин Леонтьев?

Д.Г. Славяне вполне могли объединиться под эгидой России в первой трети ХХ века. Русские с огромным отрывом преобладали и этнически, и политически, и экономически, и культурно. Но после 1917-го года всё навсегда пошло под откос.

"ДЛ". Ваши любимые занятия?

Д.Г. Люблю читать, рассматривать географические карты, лазить по интернету, собирать пазлы, выращивать растения, рассматривать животных в естественных условиях (особенно уток), фотографиро- вать, писать дневники, письма, рассказы, пьесы и сказки, играть в компьютерные игры, гулять в парке.

"ДЛ". Какое место занимает в вашей жизни любовь, в жизни страны, в жизни человечества?

Д.Г. В детстве я был обделён любовью настолько, что понял это только в зрелом возрасте. Мне казалось, что ситуация всеобщего равнодушия или даже злобы — жизненный стандарт. Любовь многое смягчает и облагораживает в жизни.

"ДЛ". Можно ли вас считать пропагандистом и агитатором определенных ценностей в жизни?

Д.Г. У меня большая пропагандистская мощность. Я умею внедрять свои мысли в головы других людей, причём делаю это с большой изобретательностью. Но меня всегда пугала власть над людьми. Мне казалось нечестно пользоваться людской слабостью.

"ДЛ". Есть ли у вас друзья? Какое место в вашей шкале ценностей занимает дружба?

Д.Г. Мой идеал — спокойные ровные отношения с людьми, которые я поддерживаю десятилетиями. Истерическая мужская дружба кажется мне подозрительной. Зацикленность на замкнутой группе друзей — свойством криминальной психологии. Можно сказать, что меня окружают друзья и знакомые без резко очерченной границы между этими двумя категориями.

"ДЛ". Какой период истории России вы больше всего любите и хотели бы в нём жить?

Д.Г. Мне бы хотелось жить в разных временах понемногу и безопасно. Походить по летней Москве 1937, попить газировки. Потом махнуть в Венецию 1650 года.

"ДЛ". Расскажите о ваших родителях, об отце и матери, о близких родственниках.

Д.Г. Родственников у меня нет. Одни умерли, другие отдалились. Есть старенькая мама и сестра. Я их люблю. В общем же, я принадлежу к людям, основывающим династию. Я не вижу среди своих предков, включая отца, "Галковских". Можно сказать, что я сирота. О моей жизни (целиком) никто не знает, и о моих планах и фантазиях никто не знает.