Прекрасен… и недоступен - Ребекка Уинтерз

Ей удалось сделать прекрасную карьеру, и вдруг она влюбилась… в принца, который навсегда останется для нее недоступным. После коронации она останется одна. Чувство одиночества постепенно заполняло ее душу. Как жить дальше?

Пока Зоуи с криками восторга бежала навстречу отцу, Дотти воспользовалась ситуацией, чтобы выскочить из бассейна и укрыться в своей комнате. Встреча с Алексом принесет лишь новый приступ боли.

Считая, что Алексу и Зоуи надо побыть вдвоем, Дотти не спешила присоединиться к ним. Она быстро приняла душ, надела джинсы и майку и села за компьютер. Доктор Райс прислал сообщение:

«Дорогая мисс Ричардс,

Наконец все уладилось. Вас заменит Мириам Хавес. Она прилетает в Афины завтра. В Нью-Йорке вас ожидает трехлетняя девочка, которой требуется тестирование. Удачи, и оставайтесь на связи.

Доктор Райс».

Дотти перечитала письмо и закрыла лицо руками. За рыданиями ее и застала маленькая принцесса, вбежавшая в комнату.

– Почему ты плачешь? – Она ткнулась носиком в лицо Дотти. – Бо-бо?

Зоуи выговорила «бо-бо» очень четко, и это должно было обрадовать Дотти, но сейчас она не могла думать ни о чем. Да. Ей было бо-бо. И от этого ее сердце разрывалось на мельчайшие частицы.

Женщина всхлипнула и вытерла слезы.

– Я поранилась, вылезая из бассейна. – Дотти не лгала. В спешке она оцарапала бедро о бортик. – Марк прилетел?

– Да. Он гоняется за павлином. Можно ему выдрать одно перо из хвоста?

Дотти рассмеялась сквозь слезы:

– Нет, солнышко. Павлину будет больно.

– А! – Видимо, Зоуи об этом не подумала. – Папочка просит тебя прийти.

Дотти ждала этого, и, конечно, у нее не было выбора. Придется поздороваться с Алексом и Марком.

– Добрый день, ваше высочество.

– Добрый день, – произнес Алекс низким чувственным голосом.

– Хорошо, что вы привезли Марка. Как ты сегодня, Марк?

– Отлично. У меня нет температуры, и мама позволила мне приехать.

Дотти заняла привычное место на бортике, опустив ноги в воду.

– Мы очень рады, что ты с нами, правда, Зоуи? – (Девочка кивнула, прислонившись к папиному плечу.) – Зоуи сказала, что ты хочешь забрать перо павлина домой в качестве сувенира.

– Да. А можно?

Внезапно Дотти поймала на себе искрящийся радостью взгляд Алекса. Она буквально не узнавала его. Это был совершенно другой человек.

– Что скажете, принц Алексиус? – поинтересовалась Дотти.

Он посадил Зоуи на свои могучие плечи.

– Марк, павлин будет линять в следующем месяце. Когда это случится, у него из хвоста выпадут перья. Можешь забрать домой хоть все.

– Спасибо!

– Круто, папочка.

Алекс разразился хохотом:

– Что ты сказала?

– Круто, – ответил за девочку Марк.

– Я так и понял.

– Это я ее научил.

Зоуи погладила папу по голове:

– А Марк может прийти на коронацию к дяде Стаси?

Глаза Алекса скользили по телу Дотти, сидящей на бортике. На следующий день после этого события она собирается покинуть Хелленику.

– С моими папой и мамой. – В глазах Марка светилось нетерпение.

– Только Йайа говорит, что надо вести себя очень тихо, – добавила Зоуи.

– Я не буду болтать.

– Это будет очень торжественная церемония в храме, – объяснила мальчику Дотти. – У Хелленики появится новый король. Вы увидите, как на его голову надевают корону. Зоуи подхватила:

– От нее болит голова.

Дотти рассмеялась. Она не смогла сдержаться, хотя испытывала разрывающую сердце боль.

– Эй, не смешно, – послышался голос Стасио. – Вы знаете, что корона Хелленики весит больше пяти фунтов? Мне придется носить на голове эту тяжеленную штуковину целыми днями.

– Дядюшка Стаси! – завизжала Зоуи, захлопав в ладоши. Дотти не ожидала, что братья прилетят вместе.

– Да, это я. – Стасио прыгнул в бассейн ласточкой и обрызгал всех вокруг. Вынырнув, он посмотрел на детей: – Берегитесь. Я слышал, здесь водятся акулы.

– О-о!

Пока дети визжали, Дотти поднялась и побежала к себе, не оборачиваясь. Однако в комнате одновременно с ней появился Алекс. Он был раздет, если не считать мокрых плавок. Дотти затрепетала.

– Ты не должен приходить сюда. Мы договорились.

Он не шевельнулся.

– Прошлой ночью наше соглашение было расторгнуто раз и навсегда.

– Почему? – прошептала Дотти, терзаемая предчувствием.

Он внимательно изучал ее лицо:

– Конечно, ты все узнаешь, но сейчас не время отвечать на твой вопрос. Королева опять заболела, однако сейчас ей лучше, и она соскучилась по Зоуи. Я пообещал привезти дочку на Хелленику. Стасио присмотрит за детьми на вертолете. А мы с тобой поплывем на катере. Мы отчалим, как только ты соберешься.

И он исчез за дверью.

Дотти собрала сумку. Ее не удивило, что королева хочет видеть правнучку. Несомненно, это поднимет ей настроение.

Вскоре они с Алексом сидели в лимузине, увозившем их к причалу. Он сам вывел катер из небольшой бухты. Вертолет сделал небольшой круг над ними, детишки помахали им, а Алекс в ответ дал три гудка.

– В вертолете летит очень ценный груз, – сказала Дотти. – Два маленьких несчастных аутсайдера очень сильно изменились. Не знаю, насколько удался эксперимент, но, кажется, у них взаимная симпатия.

– Тебе только кажется?

– Ну, наверняка я сказать не могу. Возможно, Марк притворяется, чтобы заполучить несколько павлиньих перьев.

Плечи Алекса затряслись от смеха. Поскольку его настроение заметно улучшилось, Дотти решила рассказать о письме доктора Райса.

Он кивнул:

– Мне он тоже написал.

Она должна была это предвидеть.

– Я думаю, новому логопеду лучше приехать на Аурум и поселиться в одной из гостевых комнат. Мы поможем Зоуи привыкнуть к ней, вовлекая в совместные игры. – Не услышав ответа, Дотти начала нервничать. – У мисс Хавес свои собственные методики работы с детьми. Но ко времени коронации мы успеем согласовать наши позиции. Зоуи будет тяжело прощаться со мной, поэтому надо вести себя очень деликатно.

– Я согласен. – Его голос был на удивление спокоен. – Я подумаю, как лучше поступить.

Дотти порадовалась за Алекса. Он наконец обрел долгожданное умиротворение. Она размечталась. Представила, что они – обычная влюбленная пара, наслаждающаяся обществом друг друга и голубым сиянием моря.

Ее безмятежный настрой прервал голос Алекса:

– После того как мы причалим, ты свободна до вечера. В восемь тридцать я пришлю за тобой. В свете завтрашнего прибытия мисс Хавес я хотел бы обсудить итоги работы. Ради Зоуи прошу тебя не заходить сегодня вечером к ней.