"Один из..." - "100 миллиардов солнц". Компиляция. Книги 1-6 (СИ) - Петров Олег Георгиевич

Упомянутый покойник сейчас зол и мрачен, но старается не подавать виду. Он внимательно прослушал «интервью» до самого конца, одновременно с этим старательно изображая скучающего горожанина. Очень удачно сработала «закладка», оставленная еще несколько лет назад.

Иван Родин выбрался из тихого зеленого дворика на пересечении с Рождественкой и свернул на Кузнецкий Мост, обдумывая невеселые новости. Получается, что Вэй Тьяо оказался пронырой не хуже Яши Алексеева, мир его праху. Отыскал их с Борисом однокурсницу, Алену Азарову, прикинулся журналистом и вытянул-таки из нее заветную фамилию. Теперь Вэй поймет, что архивы университета зачищены специально. В те былинные времена еще никто не цифровал документооборот учебных заведений, а выкрасть несколько бумажек несложно. По задумке никто, кроме нескольких седых стариков, не может знать, что некий Иван Родин учился в одной группе с Борисом Мельниковым. А теперь Вэй поломал эту комбинацию, и придется что-нибудь придумывать.

А началось все с телешоу. Естественно, такое событие привлекло внимание не только Вэя Тьяо. Вон, американцы уже копают, целого адмирала заслали, да и немцы сделали стойку (или сидку?), как полицейский доберман на тротиловую шашку. Что совершенно невозможно скрыть, так это новообразованный академический Совет, «придумавший» телешоу, и его связь с Президентом. А там и имя Мельникова всплыло, все-таки доверенное лицо. Американцы и Вэй принялись копать под академика практически одновременно, но янки пока не сообразили проверить архивы, тут хитрый наблюдатель их опередил. Но даже если янки тоже отыщут Алену, им это не поможет. Они ведь не знают, что искать надо Ивана Родина, якобы погибшего в прошлом веке.

Пожалуй, это уже становится опасно. Вэй явно чувствует и понимает, что идет по следу. Нужно предупредить Бориса и постепенно ограничить его публичное присутствие. Спускаясь по широким ступенькам, Иван проверил охранные схемы своих «демонов» и на всякий случай огляделся. Он уже спустился в нужный подземный переход, а наверху делово гудит улица Петровка. Иван еще раз убедился, что его никто не видит и, открыв неприметную железную дверь, двинулся дальше. В секретные тоннели попасть совсем не сложно, если знаешь несколько таких грубоватых дверей и имеешь подходящие электронные ключи. А еще лучше, технику, способную их взламывать. Иван предпочитает возвращаться в бункер, ни разу не повторяя старые маршруты, а лазеек в московских подземельях столько, что на несколько жизней хватит, да еще и останется.

Еще несколько минут блуждания по совершенно темным подземным катакомбам, и в лицо, наконец, ударяет прохладный подземный ветерок, знакомый любому пассажиру метро. Густо пахнет креозотом, а в открывшемся черном провале тоннеля тускло блестят рельсы. Почти добрался! Здесь Иван включил полную маскировку и перешел в боевой режим, чтобы потренироваться в обмане местных систем безопасности. Никогда не знаешь, в какой момент этот навык может пригодиться!

Полигон Тюра-там, 29 января 1958 года

Казалось бы, еще года не прошло с даты вывоза первой «семерки»! А традиция провожать ракету до старта пешком уже так прочно вошла в обиход, что кажется, будто всю жизнь топал за мотовозом! Иногда по шпалам, а иногда прямо по голой степи. Колеса почти неслышно перестукивают на стыках, скорость очень небольшая, никто не отстает. Космическая идиллия.

Королев сбился с мерного шага, вспомнив, насколько тщательно готовили именно эту ракету. Проверяли и давно отработанный, казалось бы, «пакет», недавно попавший в аварию, и летящий впервые блок «Е», а про сам аппарат и говорить не приходится, гоняли в хвост и в гриву. Воронежцы (ОКБ-154, ныне КБХА, г.Воронеж - прим.авт.) нещадно сожгли на стенде несколько своих изделий (РД-0105 - прим.авт.), и теперь, после доработок, это фактически уже конструкция, аналогичная двигателю третьей ступени позднего «Востока» из его снов. Не подведет!

Валентин Глушко молча топает рядом. Сергей не смог не отметить, как тот переменился за последние месяцы, причем в лучшую сторону. Сидящие в нем старые обиды, часто двадцатилетней давности, и неуемная гордость, переходящая в абсолютно неконструктивный гонор, вдруг, показав свою отвратительную сущность, куда-то почти исчезли. Видно, что Валентин снова, как в молодости, не на шутку увлекся работой, а получив полномочия и почти неограниченную поддержку, стал работать с невероятной отдачей.

Сергей с удивлением признался самому себе, что и сам стал относиться к Валентину по-другому. Ему тоже есть что припомнить старому другу и сопернику. Но сейчас, на пороге столь великих свершений, все это кажется таким далеким и мелким, что и в телескоп не разглядишь. А Луна, вот она, висит на виду, желтая и почти круглая!

Всего три дня после полнолуния прошло, и наша машина (не моя, не его, а наша!), которая сейчас медленно катится по этим рельсам к стартовой позиции, скоро окажется там, где-то среди гор и кратеров видимой стороны ночного светила. Нет, товарищи, вы только вдумайтесь в это!

- Что-то Борис разулыбался, - вдруг нарушил молчание Валентин. - И озирается больше обычного.

- Молодец, пусть запоминает, как дело было, - усмехнулся в ответ Сергей. - Мы, конечно, теперь все на кинопленку снимаем, но живые свидетели тоже нужны. А Борис потом книжку напишет про нас с тобой.

- Думаешь, когда-нибудь можно будет?.. - Валентин не договорил на полуслове, но Сергей его прекрасно понял. Оба достаточно честолюбивы, и полная безымянность из-за тотальной секретности их безмерно тяготит.

- Я надеюсь, что дождемся, и желательно при жизни, - мрачно пошутил Королев.

Глушко слегка приуныл, а потом по-мальчишески отчаянно махнул рукой. - Да какая разница, лишь бы полетела. Лишь бы полетела, - повторил он.

- Полетит, - тихо сказал Королев. - Я всего три часа спал, но зато как младенец. Даже без снов. Хорошая примета.

- Я тебе почему-то верю, - странным голосом ответил Валентин. - Даже не знаю, почему. Я в другое поверить не могу.

- Что на Луну летим? - Сергей сам еще не до конца поверил.

- Вот именно. Мы еще год назад про такое и не думали.

- Не мы, а вы, - посмеиваясь, ответил Королев будущим афоризмом. - Пока некоторые на ярмарке тщеславия по совместительству торговали, другие по ночам докладные в Москву писали и планы с Келдышем обсуждали.

- Да молодец ты, Серега, - не обиделся Валентин. - Много чего про тебя болтают, но я-то знаю. Такие горы свернул.

- Не я один, - Королев на мгновение остановился и покачал головой. - Без тебя, без Володьки, Бориса и остальных ничего бы я не сделал, пророк хренов.

Махнув рукой, Сергей зашагал дальше. Валентин все так же шел рядом с ним, оба молчали минуты три.

- Валентин, - наконец, тихо и серьезно сказал Королев. - Мне нужен крепкий тыл. Опора в делах. Не друг, и не жилетка, в которую поплакаться можно, а железобетонная глыба, как наш стартовый стол. Понимаешь?

- Я понимаю, - на выдохе ответил Глушко, чуть убыстряя шаг. - Но и ты должен понимать, что мы с тобой как два медведя в одной берлоге.

- Вот именно. Поэтому хочу знать, что нас ждет. Пойми, Валентин - Королев снова остановился, - Мне ли не знать, что у тебя на душе? Как тебя гложет то, что Главный - я, а не ты! Не спорь, я же вижу. На твоем месте со мной было бы то же самое. Но я должен знать.

Королев оборвал фразу на полуслове, но Валентин все понял. Оба помолчали, шагая под перестук колес еще с минуту.

- Ты хочешь знать, не всажу ли я тебе нож в спину в самый критический момент, когда все будет зависеть от нашей кооперации? - вдруг прямо спросил Глушко.

- Неплохо сформулировано, - усмехнулся Сергей. - И у тебя нет теперь возможности уклониться от прямого ответа. Что скажешь?

В этот раз Валентин обошелся без пауз.

- Знаешь, еще полгода назад я бы ни за что не поддержал этот разговор, если бы он состоялся.

- Полгода назад я бы его и не начал, - парировал Королев.